SturmInfanterieGescutz 33 StuIG 33


Штурмовой танк

Инициатором создания штурмового танка нового типа выступил в конце 1941 г. доктор Ф. Порше, занимавший до 1944 г. пост председателя «танковой комиссии» рейхсминистерства вооружения и боеприпасов. Он предложил изготовить на базе шасси основного танка PzKpfw III боевую машину, вооруженную 150-мм орудием, установленным в цельнобронированной рубке.

Несмотря на малый интерес к САУ господ из Управления вооружений (Heereswaffenamt), под давлением Ф. Тодта фирма Alkett в начале 1942 г. начала проектирование прототипа такой САУ. Контрактом предусматривалось изготовление в течение 1942 г. опытной серии из 24 таких САУ при сдаче первых 12-ти до окончания июня. Самоходы получили название «SturmInfanterieGeschutz 33» (StuIG 33), или «Sturmpanzer 33». Но только осенью с началом боев в Сталинраде изготовление САУ пошло быстрыми темпами. Первое подразделение, оснащенное StuIG 33, прибыло под Сталинград в октябре 1942 г. и зарекомендовало себя самым лучшим образом. Но из 24 машин там было потеряно 16. Оставшиеся САУ применялись на Курской Дуге и в боях за Днепр в составе 22-й танковой дивизии.

Sturmpanzer «Tiger» «Штурмтигр»



Штурмовой танк

Этот штурмовой танк интересен не только в плане использованного шасси, но и артсистемы. Уникальность его вооружения состояла в том, что впервые в сухопутной САУ был применен реактивный миномет (или мортира) столь большого калибра. Этот «пускатель ракет» (Raketenwerfer 61 L/5,4) калибром 380-мм (вес ракеты — 345 кг, макс. дальность стрельбы — 5500 м.), был разработан для нужд германского флота. Однако флот отказался от него и фирма «Рейнметалл» предложила миномет Управлению Вооружений сухопутных войск.

Летом 1943 г. фирма «Алкетт» выполнила проект установки миномета на шасси «Фердинанда», но ввиду отказа от его дальнейшего выпуска проект был переделан под шасси танка «Тигр». Прототип нового штурмового танка был показан А.Гитлеру 20 Октября 1943 г. и привел его в восторг. Под названием «38 cm Panzermorser, Sturmtiger (Штурмтигр) Ausf E» машина была принята на вооружение и ее производство (точнее — переделка из серийных «Тигров») началось в августе 1944 г. на фирме «Алкетт». До конца войны в Германии было выпущено 18 «Штурмтигров», некоторые из которых были не вполне комплектными.


Боевой дебют этой САУ имел место при подавлении Варшавского восстания. Позднее «Штурмтигры» эпизодически применялись против Англо-американских и советских войск, но чаще всего их примение наносило чисто моральный урон.

Sturmpanzer IV «Brummbar»


Штурмовой танк

В октябре 1942 г. Гитлер отдал приказ о начале производства 150-мм штурмовой САУ на шасси танка PzKpfw IV, ставшего к этому времени основным. Новая самоходная артсистема была разработана фирмами Alkett (бронекоробка) и Nibelungen (шасси) с учетом опыта работ над StuIG 33. В начале 1943 г. САУ вышла на испытания и была принята на вооружение под названием «15 cm Sturmpanzer IV, Brummbar (Медведь-ворчун, Гризли), SdKfz 166». Серийным выпуском этих боевых машин с мартьа 1943 г. и до конца войны занималась фирма «Deutsche Eisenwerke».

По сравнению с предшественниками в новом штурмовом танке была еще более усилена броневая защита, толщина которой в лобовой части была доведена до 100 мм. Однако в первых образцах оборонительный пулемет был изъят, так как считалось, что их прикрытием от вражеской пехоты должны заниматься панцергренадеры.


Первые САУ поступили на фронт в апреле 1943 г. и приняли участие в Курской битве в составе 656-го противотанкового полка. Здесь выяснилась необходимость дополнения штурмового танка оборонительным пулеметом, который был установлен на крыше (на манер штурмовых орудий). В ходе совершенствования конструкции САУ в ней была упрощена боевая рубка, установлен дополнительный вентилятор и оборонительный пулемет в шаровом яблоке лобового листа. В них также была несколько усилена ходовая часть так как масса машины превысила 30 тн.

15 cm sIG 33/2 auf Jagdpanzer 38 (Hetzer-Bison)


Штурмовой танк

В середине 1944 г. на фирме ВММ производились два вида шасси: «Jagdpanzer 38» («Хетцер») и «GW 38» («Мардер» и «Бизон»). Это усложняло производство, обслуживание и ремонт различных боевых машин в войсках. Решение о снятии с вооружения истребителя танков Marder III Ausm M не решало проблемы, так как этот же тип шасси использовался в производстве очень нужной войскам 150-мм САУ поддержки Bison. В то же время слабое бронирование «Бизона» ограничивало области его применения и он нуждался в лучшей защите.

Осенью 1944 г. ОКН принимает решение о разработке бронированного штурмового 150-мм орудия sIG 33 на шасси «Jagdpanzer 38» (Хетцер). Проект САУ и опытный образец построили довольно быстро. В качестве базы для его изготовления использовали «Bergerpanzer 38», в боевом отделении которого вместо лебедок и такелажного оборудования разместилось орудие sIG 33/2, дополнительно прикрытое спереди и боков броневыми листали толщиной 15-10 мм. После испытаний новая САУ была отнесена к разряду «штурмовых танков» и принята на вооружение.


В конце ноября 1944 г. заказ на изготовление этих штурмовых танков был передан, видимо, на фирму «Алкетт», где их изготовили заново в количестве 24 штук и еще 7 машин было переделано из ремонтных «Хетцеров».

tank.uw.ru

Тяжёлый штурмовой танк A39 Tortoise — британский сверхтяжёлый штурмовой танк, спроектированный, построенный и испытанный в период Второй мировой войны, но так и не запущенный в серийное производство. Машина была разработана для решения задач по разрушению сильно укреплённых районов, поэтому в её конструкции мобильность принесена в жертву огневой мощи и защищённости. Несмотря на то, что данная машина называется танком, её башня не является поворотной — что, в сочетании с мощным артиллерийским вооружением и низкой мобильностью, позволяет причислить её к сверхтяжёлым самоходным артиллерийским установкам.

В 1942 г британский генеральный штаб, отвечавший за выработку концепции развития бронетанковой техники, проявил интерес к так называемому «штурмовому танку» — тяжелой бронированной машине, способной действовать при прорыве фортификационных сооружений и способной выдерживать большое число прямых попаданий.


результате появилось несколько опытных машин, включая A33 «Эксельзиор», A38 «Вэлиэнт» и американский T14, кроме того было большое число проектов, так и не пошедших дальше чертежных досок. Среди них был и проект, подготовленный «Ньюффилд меканизэщион лтд» из Бермингема и представлявший собой AT1 (Штурмовой Танк) со 150-мм броней и небольшой, грушевидной башней под 75-мм пушку или 95-мм гаубицу. Корпус оказался похожим на таковой у «Вэлиэнта», а подвеска планировалась торсионной. Вес оценивался в 45 т. Были два варианта этого проекта: один похожий на танк, но с неподвижной башней; второй — более приземистую машину с 200-мм броней и с вооружением только из пары пулеметов. Но эти проекты не устроили генеральный штаб, потребовавший установки на крышу корпуса шестидюймового миномета и огнемета в правой надгусеничной полке.

31 мая 1943 г появился новый проект с расширенным корпусом, свешивающимся над гусеницами. Уровень защиты остался тот же, а вооружение изменилось, составив две спаренных пулемётных установки в башенках на крыше, 20-мм пушки слева лобового листа и шестифунтовки справа с автоматом заряжания «Молинз» по образцу 3,7-дюймовой зенитки. После нескольких переработок этого проекта, 26 июня 1943 г появился AT10. Этот вариант имел шестифунтовку, спаренную с пулемётом — справа, и 20-мм пушку также с «Бесой» — слева.


крыше корпуса, за командирской башенкой была спаренная пулеметная установка, рассчитанная на хорошие углы обстрела назад. Максимальная толщина брони теперь достигла 225 мм, вес оценивался в 45 т, высота по корпусу была 2,28 м. «Ньюффилд меканизащион лтд» посчитала такое сочетание защиты и вооружения достаточным и приступила к изготовлению полномасштабного деревянного макета. Однако, генеральный штаб потребовал от фирмы поставить на «Tortoise» («Черепаху») — так теперь назывался проект — 75-мм пушку с высокой начальной скоростью снаряда.

На «Ньюффилде» рассчитали, что необходимое удлинение корпуса приведет к росту веса до 65 т, тем не менее сэр Майлз Томас из руководства «Ньюффилда» заключил, что установить новую 17-фунтовую пушку на танк не представит особого труда, и предложение было принято. Новый проект AT13 появился 13 августа 1943 г и уже выглядел, как та «Черепаха», к которой мы привыкли. Но даже после этого пушка была сдвинута вправо, а 20-мм автомат — влево, хотя но заданию вместо него планировалась 95-мм гаубица. Подвеска представляла собой ряд двухколесных тележек с 32-дюймовой гусеницей. Пары тележек незначительно перекрывали друг друга. Внешние колеса тележек с каждой стороны могли демонтироваться вместе с гусеничным экраном, что позволяло танку проходить по ширине через мост Бэйли-бридж. Это напоминало аналогичную операцию с «Тигром» при его перевозке по железным дорогам, а на американском гиганте T28 — «кузене» «Черепахи» — вопрос решался еще более радикально — там демонтировалась внешняя пара гусениц.


Одновременно был решен вопрос с двигательной установкой. Для AT10 планировался двигатель «Форда», но какой — V8 серии GAA или V12 — еще было не ясно. На AT13 было решено поставить «Роллс-Ройс-Метеор» с трансмиссией «Мерритт Браун». У проекта была одна «деталь», которая могла по совокупности превзойти все другие технические проблемы — конструкторы «Ньюффилда» планировали цельнолитой корпус «Черепахи». Хотя это представляло несомненные выгоды с точки зрения баллистики корпуса, возникли сомнения в возможности завода обработать такую «деталь». Это была главная проблема, но Майлз предвидел и другие трудности: не окажется ли «Черепаха» слишком тяжелой для существующих транспортеров? К декабрю 1943 г был почти готов макет по проекту AT13, хотя последний раза три слегка изменялся. Так на AT14 вместо 20-мм пушки и пулемета слева был установлен только один пулемет — вес сократился до 60 т. На AT15 пушка была сдвинута к центру корпуса, а на AT15A рубка корпуса была, увеличена, что довело вес до 65 т.

На этой стадии вновь вмешался генеральный штаб, который потребовал установить новую пушку, идущую на смену 17-фунтовой. Макет был переделан под новую 37-фунтовую пушку, представлявшую собой противотанковое орудие на базе проверенной 3,7-дюймовой зенитки.


сле принятия решения проект был переделан уже, как AT16, и был заказан опытный образец из неброневой стали. В феврале 1944 г последовал следующий шаг — было решено заказать 25 танков, которым генеральный штаб дал обозначение A39 Tortoise, не дождавшись даже опытного образца. Этот трюк, испробованный ранее на «Черчилле», привел к печальному результату. Даже на этой стадии работы было ясно, что поставки могут начаться никак не раньше сентября 1945 г — оценка, которую следовало еще воплотить в жизнь. Тем временем были подготовлены еще два проекта — AT17 и AT18. Оба использовали то же шасси и отличались огнемётом, установленным на место пушки. Практически весь боевой отсек был занят четырьмя 610-л ёмкостями с зажигательной смесью, между которыми находились семь баллонов высокого давления, обеспечивающими выброс огнесмеси.

На AT17 один огнемет был на месте пушки, а другой в пулеметной башенке на крыше рубки. AT18 имел огнемет вместо пушки, при снятом лобовом пулемете. Оба проекта дальше чертежей не пошли. В ноябре 1944 г. появился еще один «конкурент» — SP4. Это был танк с башенной установкой 3,7-дюймовой пушки на шасси A41 («Центуриона»), который был реализован только в деревянном макете. К тому времени выяснилось, что характеристики пушки можно улучшить, заменив 37-фунтовый снаряд на 32-фунтовый.


являлось, что с ним характеристики орудия били в целом на 25 выше, нем у 17-фунтового орудия. С окончанием войны в Европе интерес к A39 Tortoise стал быстро сокращаться. Уже строились планы по новому поколению боевых машин, среди которых A39 смотрелся динозавром. Заказ был сокращен до 12 машин. В феврале 1946 г Комитет Обороны решил вновь уполовинить заказ, уже до 6 машин по цене 141666 фунтов каждая. Реально было закончено пять танков, а детали шестого использованы на запчасти.

Корпус A39 Tortoise сваривался из литых деталей и катаных листов брони. Самая большая отливка представляла собой рубку корпуса без крыши с толщиной лобовой части до 230 мм. Крыша представляла собой катаный лист. Еще одна литая деталь в лобовой части защищала трансмиссию. Моторное отделение сваривалось из катаных листов брони и нависало над гусеницами. В правой надгусеничной полке находилась укладка 3ИПа, в левой — зарядный агрегат и аккумуляторы. Нижняя часть корпуса выполнялась из катаных листов брони, с дополнительной защитой в виде тяжелых бортовых экранов. Подвеска была торсионной, хотя чисто внешне напоминала шасси «Шермана». Каждая колесная тележка (по четыре на борт) имела по две пары катков. Торсионы были сгруппированы под полом кабины по четыре, гак что на каждую бортовую тележку было два торсиона.

В большинстве случаев катковая тележка имеет одну ось и ее колеса двигаются в вертикальной плоскости одновременно, но на «Черепахе» каждый каток тележки имел еще и независимую подвеску.


о было предусмотрено еще на стадии проекта одновременно с возможностью снятия внешней пары катков тележки, для сокращения габаритов танков при перевозке, но одновременно такая подвеска снижала поперечную нагрузку на тележку, характерную для шасси с широкими гусеницами. Следует отметить, что не было предусмотрено какого-либо демонтажа другого оборудования, позволившего бы снизить вес и размеры при транспортировке. Что хотели, то и получили — возможность перевозки по железным дорогам, погрузки через рампу десантных судов и движения по наводным мостам пришлось отбросить. Траки гусеницы отливались из маргонцовой стали и имели центрирующий гребень. Ширина траков была 32 дюйма, каждое звено соединялось двумя штифтами навстречу друг другу.

Танк A39 Tortoise представлял собой довольно редкую среди английских танков схему с передней ведущей «звездочкой» при заднем расположении двигателя. Ленивцы были соответственно сзади. Гусеница имела шесть поддерживающих катков на сторону — по два на двух центральных валах и по одному на переднем и заднем. Двигательная установка состояла из безнаддувного двигателя «Роллс-Ройс» Мk.V «Метеор» — 12-цилиндровый, V-образный, мощностью 650 л.с. По бокам двигателя ставились два топливных бака — большой на 390 л справа и малый 245 л — слева. Слева также располагался маслобак, занимавший оставшееся место. Радиаторы были перед двигателем, а выхлопные трубы собирались в большой глушитель, шедший вдоль всего моторного отделения.

Как упоминалось выше, танк A39 Tortoise также нес зарядный агрегат четырехцилиндровый двигатель «Моррис»-8, работавший прямо на генератор. Движок был включен в контур охлаждения основного двигателя, а выхлопная труба с глушителем была выведена за боевой рубкой. Двигатель работал на коробку передач через сцепление «Борд&Бекк» и три вала, объединенных в общей трубе. Коробка передач была «Меррит-Броун» H51D, обеспечивающая через раздельный реверс шесть скоростей вперед и назад и имеющая бортовые тормоза для управления по курсу. Такая коробка передач позволяла танку разворачиваться на месте. После испытания опытного образца Р1 в трансмиссию внесли изменения, но какие не известно.

Одной из наиболее интересных особенностей этого танка — A39 Tortoise тогда рассматривался именно танком, пускай очень специфичным, но не самоходкой — было боевое отделение, вмещавшее экипаж из семи человек. Экипаж включал водителя, занимавшего место справа от орудия, стрелка лобового пулемёт — слева от орудия, еще один стрелок находился за водителем, командир сидел слева — за и выше первого стрелка. Таким образом четыре члена экипажа располагались по бортам рубки, освободив в центре место для артиллерийского расчета. Наводчик орудия располагался слева от орудия, а два заряжающих — за орудием. С последними возникла интересная проблема. Орудие было спроектировано под раздельное заряжание снаряды и заряды хранились отдельно. Небольшое число «готовых» снарядов хранилось на задней стенке боевой рубки в отдельных пеналах, а большая часть боезапаса располагалось под полом боевого отделения.

Проблема была: должны ли были заряжающие отдельно досылать в орудие снаряд и гильзу заряда, либо один из них должен был заряжать орудие, а другой — только оперировать замком? Последнее было стандартной практикой английских артиллеристов, но тщательный хронометраж показал, что более предпочтительней является первая схема заряжания, принятая на «Черепахе». История создания 32-фунтового (3,7-дюймового — 94-мм) орудия уже упомянута. Можно еще добавить; что начальная скорость снаряда была 880 м/с, а в боекомплект входили бронебойные и фугасные снаряды. Орудие монтировалось в шаровой опоре диаметром 24 дюйма, обеспечивающим +18° -10°. склонения и 20 градусов по горизонту в обе стороны. Прицел наводчика монтировался в отдельной шаровой установке слева от орудия, но был жестко связан с самим орудием.

Передний стрелок имел в своем распоряжении 7,92-мм пулемет «Беса», также в небольшой шаровой установке с углами склонения 35°. Еще два «Беса» были в верхней башенке с круговым обстрелом. Они имели углы склонения +15-10°. Необходимость а последней пулеметной установке была сомнительной, в то же время она ‘представляла определенную опасность для радиоантенны и компаса, которые были смонтированы на крыше корпуса, не говоря уж о членах экипажа. Так как вся крыша рубки становилась «зоной огня», спарка пулеметов была оснащена специальным устройством, предотвращавшим поражение оборудования, на крыше корпуса. Кроме того каждый люк был оснащен специальным выключателем, блокирующим огонь из пулеметов при открытом люке. Спуск пулеметов по этой причине был сделан электрическим. Управления пулемётами (в вертикальной плоскости) осуществлялось при помощи ручки с двумя кнопками электроспуска. Для этой установки требовались специально подготовленные стрелки, и не только из соображений безопасности — для устранения задержки «Беса» в столь стесненной установке обычное обучение не помогало. Командир также имел в своем распоряжении вращающуюся башенку со смотровыми приборами и бинокулярным перископом, подвижным в вертикальной плоскости. Последний через повторители был связан с прицелами наводчика орудия и верхнего стрелка.

На башенке командира, был смонтирован стандартный, шестиствольный дымовой гранатомёт, имевший, таким образом, круговой обстрел. Еще два таких гранатомета были на углах лобового листа боевой рубки. Слева от люка водителя, в подвижной установке был смонтирован двухдюймовый гранатомет. Место водителя показалось бы знакомым каждому, имевшему дело с «Центурионом», хотя первое было расположено выше и справа. Однако, если человек не имел специальной подготовки, он бы почувствовал себя не очень уютно на этом месте — управление танком было как бы сдвинуто вправо, так что водителю приходилось сидеть под некоторым углом к направлению движения. Кроме того, если водитель управлял танком через открытый люк и сиденье было следовательно приподнято, дотянуться до педалей было трудным делом. При полном оснащении на A39 Tortoise ставилась радиостанция N 19/38 (слева, между командиром и стрелком), обеспечивающая как внешнюю, так и внутреннюю связь, а также связь с пехотной, носимой радиостанцией, укрепленной за рубкой танка. Связь могли осуществлять командир и водитель, но реально осуществлять настройку станции мог только левый заряжающий.

Как уже отмечалось, A39 Tortoise была танком и именно так числилась в документах Королевского бронетанкового корпуса. В то же время она могла рассматриваться и неплохой противотанковой самоходкой. В этом случае A39 Tortoise попадала под юрисдикцию Королевской артиллерии, и когда летом 1949 г Р1 был послан на огневые испытания, он попал в Лакхилл под Сэлизбери Плэйн — сердце «страны артиллеристов». К тому времени было ясно, что как танк A39 Tortoise принят не будет, и артиллеристы решили попробовать танк для выработки будущих требований к противотанковым самоходкам. Но испытать его там не довелось. Сначала офицер полигона, ответственный за выработку параметров стрельбы, высчитал, что дальность стрельбы даже прямой наводкой слишком велика для обеспечения безопасности за пределами полигона. Потом Военный офис решил передать самоходную противотанковую артиллерию Королевскому бронетанковому корпусу.

В результате A39 Tortoise была забран в Лулворс под Бовингтоном — в танковую школу артподготовки; где были и достаточно место для стрельбы (именуемое Ла-Маншем), чтобы обеспечить безопасность при вылете снаряда за пределы полигона. Танкисты решили проверить на будущее особенности раздельного заряжания и одновременно сравнить способы заряжания орудия с принятыми в артиллерии. Для этого экипаж комплектовался как из танкистов, так и из артиллеристов. Для сравнительных испытаний в Лулворс был пригнан «Центурион»-III. Поскольку 32-фунтовку уже удалось испытать на кучность и бронепробиваемость, осталось время и для ходовых испытаний, которые дали те же результаты, что и ранее проведенные. Хотя судьба A39 Tortoise фактически была решена с концом войны, и на вооружение её принимать не собирались, два танка были использованы для испытаний в Европе.

В апреле 1948 г было решено послать в Германию A39 Tortoise Р4 и Р5, чтобы в первую очередь проверить возможность транспортировки столь крупных танков в пределах британской оккупационной зоны. Учитывалось начало работ по новой серии тяжелых танков FV200, так как было ясно: где пройдет «Черепаха», там можно «пропихнуть» все, что угодно. Предполагалось послать в Германию два образца, чтобы испытать их в различных дорожных условиях, а также провести огневые испытания по «живым» целям у Бельзена. Официально испытания начались 1 июня. Их описание заняло бы слишком много места, но в целом можно сказать, что в основном испытания заключались в транспортировке танков по Германии.

Оба танка A39 Tortoise во время испытаний получили личные имена, но из-за плохого качества фотографий было установлено только имя Р5 — «Эдвенче». Именно этот танк использовался для огневых испытаний под Бельзеном. Стрельба осуществлялась по щитам на дистанции до 2000 м, особо отмечалась хорошая кучность и хорошее впечатление нового орудия на экипажи, которые привыкли к капризной 17-фунтовке. Потом проводились стрельбы по списанному «Шерману», чья лобовая часть была просто разорвана в клочья. Наконец, стрельбы провели по «Пантере» — судя по фото, это была одна из машин, собранных после войны под английским контролем. По-видимому, это модель G с лобовой частью по типу танка, выставленного в Бовингтоне. С 1230 м снаряд с «Черепахи» пробил лобовой лист «Пантеры», вырвал кусок крыши над местом водителя и даже оторвал часть маски орудия, которую нашли в 5 метрах от цели. По результатам испытаний представители бронетанковых войск и артиллерии очень высоко оценивали танк A39 Tortoise. Однако, некоторые наблюдатели были настроены менее оптимистично, и отчеты об испытаниях пестрят такими фразами: «…отсутствие кругового обстрела», «…слишком тяжелый», «…слишком медленный», «…умопомрачительные проблемы с транспортировкой», «…раздельное заряжание». Судьба A39 Tortoise была решена…

Тактико-технические характеристики A39 Tortoise:

topwar.ru

Война в Сирии, кроме всего прочего, для военных и конструкторов оружия еще и бесценная лаборатория, позволяющая сделать важные выводы на будущее. Поэтому ход сражений на Ближнем Востоке пристально анализируют во всем мире.

Изучение опыта уличных боев в Сирии (а еще раньше — в Чечне) возродило в нашей стране задвинутую было в пыльный угол идею создания штурмового танка. Занялась этим корпорация «Уралвагонзавод». Причем, по собственной инициативе, без участия Министерства обороны РФ. В расчете, безусловно, что заинтересованность у военных все же скоро возникнет. А с ней и оборонный заказ.

Толчком, по словам заместителя директора УВЗ по спецтехнике Вячеслава Халитова, стало такое важное наблюдение: «Если внимательно проанализировать последние вооруженные конфликты в мире, то окажется, что боевые действия ведутся в основном в городах, никто в наши дни на открытой местности не сражается, потому что это, по сути, мгновенное уничтожение».

А что танку нужно, чтобы успешно бить противника в плотной городской застройке? Повышенная защищенность и увеличенная огневая мощь. Вот по этому пути в Нижнем Тагиле и пошли. В итоге там выкатили танк Т-72 весьма необычного вида. С бульдозерным ковшом спереди, который способен помочь преодолевать разного рода завалы и баррикады на разрушенных улицах. Одновременно — усиливать защиту боевой машины в лобовой проекции.

Штурмовой т-72

Турель зенитного пулемета укрыли бортовыми экранами с бронестеклами, чтобы командир танка меньше рисковал, стреляя по окнам, дверным проемам и подвалам, в которых могли бы укрываться вражеские гранатометчики.

А еще на штурмовой Т-72 навесили бортовые экраны с динамической защитой, дополнительное бронирование, противокумулятивные решетки. И установили модернизированную 125-мм пушку 2А46М, доработанный для стрельбы ракетами автомат заряжания, более эффективную систему управления огнем (СУО) с многоканальным прицелом наводчика «Сосна».

Штурмовой т-72

Считается, что эти новшества помогут существенно увеличить механическую живучесть Т-72 в уличном бою. И без того, впрочем, выдающуюся. Что не раз сирийскими танкистами было продемонстрировано в ходе только что победно завершившейся многомесячной битвы за Алеппо и в боях в Донбассе.

Мы же отметим, что попытки создать почти неуязвимый штурмовой танк во многих странах предпринимались и предпринимаются почти век. В том числе и в нашей стране, заслуженно считающейся одним из мировых лидеров в этой области.

Приведем лишь одну американскую оценку нашей последней на сегодняшний день разработки, уже пришедшей в войска — танка Т-90. Минувшей весной Карбер, президент исследовательской организации Potomac Foundation, отправился на Украину изучать опыт боев на ее Юго-Востоке. И пришел к неутешительным выводам: родная ему американская бронетехника безнадежно отстала от российской.

В мае нынешнего года Карбер доложил в Вашингтоне: «Украинцы не смогли зафиксировать ни одного подбития Т-90. Русские, на самом деле, спроектировали эти танки таким образом, чтобы иметь преимущество при слабом свете, в тумане и в зимних условиях».

И еще: «Я разговаривал с украинскими противотанковыми артиллеристами. Они говорят: «Я направил снаряд моей противотанковой установки прямо на танк, он подлетел к нему, но там возник этот удивительный щит. И вдруг моя противотанковая ракета изменила траекторию и просто улетела в небо».

Речь, естественно, о комплексе оптико-электронного подавления «Штора-1», установленном на российском основном боевом танке Т-90. И вот теперь война в Сирии показала, что для успешных боев в городских условиях одной лишь «Шторы-1» недостаточно. А Т-90 все же обычный, а не штурмовой танк. Поэтому «Уралвагонзавод» и принялся за новую работу с Т-72.

Между прочим, не один УВЗ. Несколько лет назад специалисты МВТУ имени Баумана совместно с конструкторами омского КБТМ и ОКБ-9 из Екатеринбурга предложили вариант создания для уличных боев «боевой артиллерийской машины» на базе Т-72 или Т-80. Вооружить ее предполагалось 152-мм нарезной пушкой-гаубицей. Эффективность огня такого орудия, как утверждают, втрое выше, чем у стандартной 125-мм пушки, стоящей на Т-72.

Толком, видимо, эта затея пока даже не обсуждалась. Все средства были брошены на опытно-конструкторскую работу «Армата». Вышел отличный танк Т-14. Обещают, что первые 2300 таких машин Вооруженные силы РФ получат к 2025 году. Но, судя по тому, что работающий над «Арматой» «Уралвагонзавод» своего проекта «штурмовой танк» все же не остановил, там считают, что несравненно более простая и относительно дешевая боевая машина для боев в городе должна стать важным дополнением к долгожданному Т-14.

Сергей Ищенко svpressa.ru

novorusmir.ru

ШТУРМОВЫЕ ТАНКИ ВЕРМАХТАКлассификация самоходно-артиллерийских установок Вермахта была довольно сложной и запутанной. Тут присутствовали несколько основных классов САУ: Sturmgeschütze — штурмовые орудия, Selbstfahrlafetten — самоходные лафеты, Panzerjäger und Jagdpanzer — самоходные противотанковые орудия, истребители танков, Flakpanzer — зенитные самоходные орудия. Неразбериха в классификации усугублялась тем, что машины, относившиеся к одному типу, при модернизации фактически приобретали характерные особенности другого. Так, например, штурмовое орудие StuG III после перевооружения 75-мм длинноствольной пушкой превратилось в классическую противотанковую САУ — Jagdpanzer, в этом качестве и использовалось, хотя до самого конца войны по-прежнему именовалось штурмовым орудием.

Среди этого многообразия имелся и класс так называемых «штурмовых танков» (Sturmpanzer). К танкам, правда, входившие в него боевые машины никакого отношения не имели. Большинство самоходок, причисляемых к штурмовым танкам, вооружались 150-мм тяжелым пехотным орудием sIG 33. При этом, однако, некоторые из машин, созданные по техзаданию на штурмовые танки, так никогда и не были к ним причислены, и, наоборот, указанным орудием вооружались не только штурмовые танки.

Так, например, первой САУ, на которой было установлено 150-мм пехотное орудие, стала самоходка на шасси танка Pz.l. Эту машину вообще можно рассматривать как первую немецкую серийную самоходную установку.

Демонстрация прототипа САУ и перевозчика боеприпасов (на самой самоходке боекомплект не перевозился) командованию Вермахта состоялась 29 января 1940 года, после чего последовал заказ на 38 машин.

Тяжелое 150-мм пехотное орудие sIG 33 (sIG — schwere Infanterie Geschütz) с длиной ствола 11,4 калибра, разработанное фирмой Krupp в 1927 году, устанавливалось на крыше корпуса Pz.l вместе с лафетом и колесами. Для защиты орудия с трех сторон была сооружена громоздкая рубка, сваренная из 10-мм бронелистов. При этом высота машины превысила 3 м, а масса достигла 8,5 т, поскольку само орудие в боеготовом состоянии весило 1750 кг. И то и другое самым негативным образом сказалось на проходимости. Кроме того, высокая и узкая САУ имела склонность к опрокидыванию. Тем не менее, эту машину неплохо встретили в войсках. Дело в том, что slG 33 состояло на вооружении рот пехотных орудий в пехотных полках Вермахта с 1933 года и было хорошо знакомо немецким артиллеристам. Но в буксируемом варианте орудие было тяжеловато, и поэтому солдаты не могли не приветствовать появление его самоходной версии.

В составе 701-й — 706-й рот тяжелых пехотных орудий эти машины принимали участие в боевых действиях во Франции и на Балканах, а затем и на Восточном фронте. Осенью 1943 года одна САУ этого типа еще находилась на вооружении 704-й роты тяжелых пехотных орудий.

Первой же самоходной установкой, созданной как штурмовой танк, хотя и не вполне отвечавшей тактико-техническим требованиям к последнему (в соответствии с ними боевая машина должна была быть полностью бронированной), стала САУ на базе легкого танка Pz.ll.

В феврале 1941 года завод FAMO изготовил на базе танка Pz.ll Ausf.B прототип самоходно-артиллерийской установки, вооруженной тяжелым пехотным орудием sIG 33. При этом шасси танка было заимствовано без каких-либо изменений, поэтому боевое отделение САУ оказалось слишком тесным.

Штурмовой танк Brummbär 1-й серии

Штурмовой танк Brummbär 1-й серии:

1 — 150-мм гаубица; 2 — заглушка амбразуры для стрельбы из личного оружия; 3 — кронштейн крепления бортового экрана; 4 — люк заряжающего; 5 — лючок для установки перископического прицела; 6 — люк наводчика; 7 – люк командира; 8 — ящик для снаряжения; 9 — броневой кожух вентилятора; 10 — запасной опорный каток. На видах сбоку, сверху и спереди противокумулятивные бортовые экраны условно не показаны

У серийных машин корпус был расширен на 330 и удлинен на 600 мм. В ходовую часть добавили один опорный каток на борт. В таком виде машину приняли на вооружение Вермахта под обозначением 15 cm sIG 33 auf Pz.Kpfw.ll или Sturmpanzer II.

Тяжелая 150-мм пехотная гаубица (качающаяся часть с верхним станком) устанавливалась в передней части открытой низкопрофильной рубки. Боевая масса машины составляла 12 т. Максимальная скорость достигала 40 км/ч, запас хода по шоссе — 140 км. Боевая рубка сваривалась из броневых листов толщиной 15 мм. В качестве дополнительного вооружения в машине размещался пулемет MG 34.

Серийное производство САУ началось в конце 1941 года на фирме Alkett. Впрочем, изготовлено было только 12 единиц (7 — в 1941-м и 5 — в 1942-м), из которых сформировали 707-ю и 708-ю роты тяжелых пехотных орудий. Обе роты отправили в Северную Африку, где они участвовали в боевых действиях, включая сражение у Эль-Аламейна. Последние Sturmpanzer II были захвачены западными союзниками во время капитуляции немецких войск весной 1943 года в Тунисе.

Инициатором создания следующего штурмового танка стал известный немецкий конструктор доктор Фердинанд Порше, занимавший до 1944 года пост председателя танковой комиссии Министерства вооружений. Он предложил использовать в качестве базы для САУ со 150-мм пехотным орудием шасси среднего танка Pz.III, значительно больше подходившего для этой цели, чем Pz.ll и, тем более, Pz.l.

Зимой 1941/42 года берлинская фирма Alkett изготовила прототип такой САУ. При боевой массе 21 т машина имела полностью бронированную рубку простой формы с лобовой броней 50 мм, усиленной впоследствии до 80 мм накладными бронелистами. В амбразуре лобового листа рубки устанавливалась качающаяся часть 150-мм орудия sIG 33. Справа от него в штатной танковой шаровой установке Kugelblende 50 размещался курсовой пулемет MG 34. В крыше рубки имелись люк для посадки экипажа и амбразура для выхода перископического прицела.

Рубки штурмовых танков Brummbär разных серий

Контрактом, заключенным с фирмой Alkett, предусматривалось изготовление в 1942 году 12 таких самоходных орудий, получивших название Sturminfanteriegeschütz 33 (StuIG 33) или Sturmpanzer 33). StuIG 33 применялись в Сталинграде в составе 177-го штурмового дивизиона. Их 150-мм снаряды больше других подходили для стрельбы по стенам зданий, неуязвимых для орудий меньших калибров. Полностью бронированный корпус САУ надежно защищал экипаж от пуль и осколков.

В сентябре 1942 года в спешном порядке началось изготовление еще 12 боевых машин этого типа. Однако, в Сталинград они не попали и весной 1943 года все были включены в штурмовую батарею тяжелых пехотных орудий 17-го учебного батальона. Боевые машины, участвовавшие в боях в Сталинграде, частью были уничтожены Красной Армией, частью захвачены. Что касается штурмовой батареи, то после потери пяти САУ ее расформировали. Оставшиеся семь StuIG 33 летом 1943 г. передали в 23-ю танковую дивизию. До наших дней сохранилась только одна боевая машина этого типа. Она находится в Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.

В ноябре 1942 года министр вооружений Третьего рейха А. Шпеер представил Гитлеру эскизы новой машины, к разработке которой приступила фирма Alkett. На этот раз в основу конструкции было положено шасси среднего танка Pz.IV. Гитлер потребовал в кратчайшие сроки изготовить 40—60 таких САУ, причем вооруженных усовершенствованным орудием с более мощным фугасным снарядом — бои в Сталинграде были в самом разгаре.

Поскольку мощности танковых заводов были загружены до предела и поступления вновь изготовленных шасси в больших количествах ожидать не приходилось, для изготовления САУ решили использовать шасси боевых машин, прибывавших для капремонта. Что касается нового орудия, то заказ на его разработку и изготовление получила фирма Skoda.

Баллистику нового орудия позаимствовали у sIG 33. Заново были разработаны противооткатные устройства и маск-установка, что позволило уменьшить его габариты, массу и откат при сохранении всех прочих ТТХ.

Орудие получило обозначение 15 cm Sturmhaubitze 43. Длина ствола составляла 1810 мм, масса орудия — 1850 кг. В боекомплект входили выстрелы раздельного заряжания с осколочно-фугасными снарядами JGr 33 и JGr 38 массой 38 кг и начальной скоростью 240 м/с, а также с кумулятивными снарядами Gr 39 Н1/А массой 25 кг и начальной скоростью 280 м/с, пробивавшие 160 мм броню. Максимальная дальность стрельбы из штурмовой гаубицы достигала 4300 м. За счет монтажа орудия в шаровой установке углы горизонтального наведения составляли 18° на сторону, вертикального — от -8° до +30°.

Первые шесть орудий Skoda изготовила в марте, следующие 40 — в апреле и последние 14—в мае. Соответственно, было выпущено и 60 САУ: 20 в апреле и 40 — в мае 1943 года. Для 52 из них использовались вновь изготовленные на заводе Nibelungenwerk шасси танка Pz.IV Ausf.G, для остальных — шасси поступивших в ремонт танков Pz.IV Ausf.E и Ausf.F. Сборка самоходных установок, получивших официальное название Sturmpanzer IV, осуществлялась на ремонтном заводе сухопутных войск в Вене при участии фирм Saurer и Simmering-Graz-Pauker. Впервые новая боевая машина была продемонстрирована Гитлеру 15 мая 1943 года на полигоне Arys.

Все Sturmpanzer IV имели полностью бронированную боевую рубку с расположенным под большим углом наклона 100-мм лобовым листом. Боевая масса машины достигла 28,2 т (против 23,5 т у базового танка). Несмотря на некоторую перегрузку ходовой части и силовой установки, максимальная скорость машины составляла 40 км/ч, а запас хода — 180 км.

Все 60 «штурмпанцеров» первой серии направили во вновь сформированный 216-й батальон штурмовых танков (Sturmpanzer-Abteilung 216). Боевое крещение батальон получил на Восточном фронте в ходе операции «Цитадель» летом 1943 года. «Штурмпанцеры» достаточно эффективно применялись для уничтожения фортификационных сооружений при прорыве линии обороны советских войск. Поэтому было принято решение о возобновлении их производства с темпом сборки 20 машин в месяц.

ШТУРМОВЫЕ ТАНКИ ВЕРМАХТА

Выпуск САУ вновь начался в декабре 1943 года. В качестве базы использовалось шасси среднего танка Pz.IV модификации Н. В конструкцию и форму рубки были внесены незначительные изменения. В частности, в увеличенной рубочке механика-водителя был ликвидирован заимствованный у танка «Тигр» прибор наблюдения Fahrersehklappe 80, а вместо него смонтирован перископ. Кроме того, с февраля 1944 года на боевых машинах начали устанавливать орудие 15 cm Sturmhaubitze 43/1 с удлиненным броневым кожухом ствола. Увеличились число и расположение вентиляторов и люков на крыше рубки. Всего было выпущено 73 Sturmpanzer IV так называемой второй или средней серии. Кстати, в 1944 году боевая машина получила неофициально название Brummbär («Бруммбер» — «Гризли»), под которым известна значительно больше, чем под своим официальным обозначением.

С июля 1944 года начался выпуск третьей, или поздней серии самоходок, продолжавшийся до марта 1945 года. Теперь в качестве базы использовалось шасси Pz.IV Ausf.J. Кроме того, заметно была переделана боевая рубка. Применявшуюся ранее шестиугольную форму с лобовыми скошенными «скулами» заменили на более простую четырехугольную. В лобовом листе над рубкой механика-водителя в шаровой установке Kugelblende 80 был смонтирован пулемет MG 34. На оснащении «Бруммбера» оборонительным пулеметом давно настаивали в войсках. На крыше рубки вновь изменились количество и форма вентиляторов и люков. Появилась командирская башенка, заимствованная у штурмового орудия StuG III Ausf.G. Кормовая двухстворчатая дверь рубки теперь располагалась в сдвинутом к левому борту броневом выступе.

Заметно изменилась и ходовая часть. Машины двух первых серий имели обрезиненные опорные катки. В результате перегрузки резиновые бандажи быстро разрушались, что приводило к выходу САУ из строя. Поэтому на «бруммберы» третьей серии стали устанавливать опорные катки со стальными бандажами. Сначала ими заменили обрезиненные только в первой тележке подвески, затем в двух передних. На большинстве же «бруммберов» позднего выпуска все опорные катки ходовой части имели стальные бандажи. Правда, применение таких катков ускоряло износ гусениц, но все же он не был таким быстрым, как разрушение резины.

По разным данным, до марта 1945 года было изготовлено 298—306 штурмовых танков Brummbär.

В конце 1943 года в дополнение к 216-му сформировали 217-й, 218-й и 219-й батальоны штурмовых танков, в каждом из которых имелось 45 боевых машин.

«Бруммберы» воевали на Восточном фронте, в Италии — под Анцио и Неттуно, а также на Западном фронте. Последними крупными операциями, в которых этим машинам довелось выступать в роли штурмовых танков, стали наступление в Арденнах в декабре 1944-го и контрудар в районе озера Балатон в январе — марте 1945 года. По состоянию на начало марта 1945 года в Вермахте еще имелось 188 штурмовых танков Brummbär.

М. КНЯЗЕВ

modelist-konstruktor.com

Штурмовой танк

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.