С момента появления на полях сражений танков одним из главных пехотных средств борьбы с ними стали ручные гранаты. Уже к концу Первой мировой войны связки ручных гранат и тяжелые «ручные подрывные заряды» (основное предназначение последних – проделывание проходов в искусственных препятствиях) являлись привычным противотанковым оружием ближнего боя.

Задача не для слабых

Дальнейший опыт «малых» и гражданских войн (в том числе в России и Испании) подтвердил, что в противотанковой обороне ручные гранаты играют не последнюю роль. В советском «Наставлении по стрелковому делу» 1935 года, например, давалось описание изготовления связок ручных гранат обр. 1914/30 г. и обр. 1933 г.: гранаты связывались бечевкой или проволокой по три или по пять штук так, чтобы рукоятка центральной смотрела в одну сторону, а других – в противоположную. Оборонительные гранаты типа Ф-1 или Мильса связывались плотно в мешке. Есть примеры использования советскими бойцами связок ручных гранат против японских танков на Халхин-Голе в 1939 году.


Связки гранат казались удобным решением, тем более что могли применяться и для уничтожения укрепленных огневых точек, и для подрыва заграждений – предусматривалось, например, привязывать к ним веревки с грузиками для «зависания» на проволочном заграждении.

Связка из пяти ручных осколочных РГД-33 весила около 2,5 кг, забросить такой груз на 15 м да еще из положения лежа или с колена мог не каждый. Реальное поражение танку фугасные гранаты или связки могли принести только при попадании на корму (на крышу моторного отделения) или под гусеницы и по ходовой части танка, когда они играли роль своего рода «быстро устанавливаемой мины». Поэтому и метать их нужно было, оказавшись сзади или сбоку танка, так что действия истребителей танков с гранатами на открытой местности часто оказывались самоубийственными. Связка гранат позволяла остановить машину, но далеко не всегда уничтожала ее – застопорившийся танк нужно было брать под огонь других, более действенных средств.

Старший политрук Железовский описывал эпизод действий 12-го стрелкового полка 53-й стрелковой дивизии под Малоярославцем в октябре 1941 года: «Утром этого же дня (17 октября. – С. Ф.) появились два танка противника, а вечером появились еще 17 танков, которые прошли через Черкасово на Малоярославец. Вести борьбу с танками нам нечем было… Пехоту мы задержали и оттеснили в Черкасово. Танки прошли на Малоярославец и через некоторое время стали проходить обратно. К этому времени я в лесу разыскал бутылки с КС – 40 штук. Организовал группу подрывников. Под первый танк бросил связку снарядов. Повредил танк. В последующем в танки были брошены бутылки, но неудачно. Танки ушли и на буксире утащили подбитый танк».


Гранаты против танков
 

Осколочные ручные гранаты имели дистанционный взрыватель, и их применение требовало не только меткого броска, но и хорошего расчета – иначе гранаты взорвались бы раньше, чем танк наехал на них, или после того, как проехал над ними. При попадании на крышу гранаты могли просто отскочить от брони, прежде чем взорвались бы.

Однако связки ручных гранат – средство, легко и быстро «готовящееся» в самих войсках из имеющихся осколочных гранат, – продолжали применяться на протяжении всей Великой Отечественной войны. Справедливости ради отметим, что и противник широко использовал такие связки в своей системе противотанковой обороны.

Тяжелые фугасные

Специальные противотанковые гранаты с ударными запалами мгновенного действия появились уже в 1941 году – их разработке и введению способствовал опыт Советско-финляндской войны.


гда в системе Наркомата боеприпасов было создано специализированное конструкторское бюро ГСКБ-30 под руководством Н. П. Белякова при заводе № 58 им. К. Е. Ворошилова, оно начало работы по новой осколочной гранате, противотанковой и противотанковой зажигательной гранатам. Противотанковые ручные гранаты этого периода представляли собой тяжелые снаряды фугасного действия. Поначалу отрабатывалась сравнительно легкая граната массой 850 г, но ее пробивное (точнее – проламывающее) действие было явно недостаточным – поражалась броня толщиной не более 10 мм. И в 1940 году на вооружение РККА поступила РПГ-40 ударного действия, созданная М. И. Пузыревым в ГСКБ-30. Противотанковые фугасные ручные гранаты отличались от противопехотных осколочных не только большим весом, но и большим коэффициентом наполнения: они имели тонкостенный корпус, а масса заряда взрывчатого вещества составляла 50–60% от общей массы гранаты.

РПГ-40 могла пробивать броню толщиной до 20 мм. В рукоятке помещался инерционный запал мгновенного действия с ударниковым механизмом и предохранительной чекой. Перед броском в осевой канал корпуса – по образцу ручной осколочной гранаты РГД-33 – через отверстие в крышке вставлялся детонатор.

Но по «бронебойному» действию граната уже вскоре перестала удовлетворять изменившимся требованиям противотанковой обороны – при взрыве на поверхности брони толщиной свыше 20 мм она образовывала лишь вмятину, не вызывая опасных отколов с внутренней стороны. Однако в начальный период войны РПГ-40 оставалась важным средством ПТО в пехоте, тем более что в боевых танковых подразделениях вермахта еще использовались легкие танки Рz.II, Pz.38(t), Pz.35(t).


Заказы на производство гранат распределялись среди многих заводов, срочно переводившихся на производство военной продукции. Это, естественно, рождало проблемы. В докладе первого секретаря МК и МГК ВКП(б) А. С. Щербакова от 6 декабря 1941 года о производстве гранат московскими заводами говорилось следующее: «Неудовлетворительное выполнение плана по РПГ-40 объясняется, с одной стороны, эвакуацией ряда предприятий, изготовляющих детали к этой гранате (заводы КИМ и № 191), и, с другой стороны, тем, что бюро комплектации НКБ не занималось работой предприятий… Без гранат, и в первую очередь противотанковых гранат, сейчас воевать нельзя. Мы обязаны дать фронту, всем нашим бойцам столько гранат, сколько нужно. А в ноябре по корпусам гранат план не выполнен, а по снаряжению гранат дело обстоит архиплохо. С большими трудностями развертывается снаряжение гранат РПГ-40 и РГД-33. Лишь со второй половины ноября выпуск гранат начал возрастать изо дня в день».

В 1941 году М. И. Пузырев на основе РПГ-40 создал РПГ-41 с увеличенным до 1400 г зарядом ВВ и повышенной до 25 мм бронепробиваемостью. Граната прошла полигонные испытания в апреле 1941-го. Хотя РПГ-41 приняли на вооружение, уменьшившаяся дальность броска (до 10–15 м у РПГ-41 и до 20 м у РПГ-40) не способствовала широкому ее применению (масса гранаты увеличилась до 1800 г против 1200 г у РПГ-40).


В июле 1941 года военный совет Северного фронта дал задание на разработку ручной противотанковой гранаты для постановки на производство на предприятиях Ленинграда. 10 июля бюро Ленинградского ГК ВКП(б) приняло постановление об изготовлении в течение месяца 100 тысяч ручных противотанковых гранат. Изобретатель А. Н. Селянкин на основе осколочной РГД-33 при участии ее конструктора М. Г. Дьяконова создал фугасную противотанковую гранату с увеличенным до 1 кг зарядом взрывчатого вещества, также получившую обозначение РПГ-41, но известную и под обозначением РГД. Гранаты снаряжали чешуированным тротилом, набивая его в корпус деревянными колотушками. Уже в 1941 году было выпущено около 798 тысяч таких гранат (всего ленинградские предприятия отправили на фронт 3 млн 150 тыс. ручных гранат). В сентябре 1941-го в мастерских Артиллерийского научно-исследовательского морского института в Ленинграде по предложению военинженера 2-го ранга Денисова изготовили партию фугасных противотанковых гранат… со стеклянным корпусом.

С ростом поставок тяжелых фугасных гранат в 1942 году увеличивались и масштабы их применения. Гранаты предназначались также для «разрушения прочных закрытий», их использовали против укрепленных точек противника, при бое в траншеях и в городских боях. Не случайно знаменитая статуя Е. В. Вучетича «Стояли насмерть» изображает воина с ППШ и тяжелой фугасной гранатой в руках. У бойцов противотанковые гранаты получили прозвище Танюша. Вследствие массивности они порой применялись и в рукопашных схватках – в отчаянной ситуации бойцы просто «глушили» ими противника.


Противотанковые гранаты широко использовались партизанами и в диверсионных группах для подрыва техники, организации диверсий и нападений на автоколонны. Вот строки из рапорта командования партизанского отряда Осташевского района в Управление НКВД по г. Москве и Московской области, декабрь 1941 года: «На вооружении отряда имелось: винтовок – 35… револьверов – 9… пистолетов – 4, мин ПТ – 50, пулеметов – 2, гранат ПТ – 40, гранат РГД – 200, смесь № 1 – 100… Всего отрядом уничтожено: танков – 2, бронемашин – 9, грузовых машин – 14, легковых машин – 2, мотоциклов – 4, подорван мост – 1, сожжена база с горючим – 1…»

В справке о работе спецшколы Управления НКВД по г. Москве и Московской области за период с сентября 1941 по сентябрь 1942 года указывалось: «В свете изменившихся задач, выполняемых партизанскими диверсионно-истребительными отрядами в тылу врага, изменился и табель их вооружения. На вооружении отрядов увеличено число пулеметов-пистолетов ППШ, ППД (от 3 до 8 штук на отряд). Отряды снабжались гранатами РГД-33, Ф-1, противотанковыми гранатами, ружейными гранатами Сердюкова и различными минами».

О том же говорилось в отчете начальника УНКВД Москвы и Московской области о деятельности истребительных батальонов и партизанских отрядов с 25 июня 1941 по 25 января 1942 года: «В соответствии с требованиями боевых операций в тылу противника все слушатели… изучали все виды мин и различное вооружение (гранаты Сердюкова, немецкие автоматы и пулеметы, пистолеты-пулеметы ППД и ППШ, противотанковые гранаты и т. д.)».


Фугасные противотанковые гранаты с увеличенным зарядом заводского и полукустарного производства применялись также при обороне Одессы и Севастополя, различные варианты гранат создавались в партизанских мастерских.

Коренной перелом

При большой массе действенность фугасных противотанковых гранат скоро перестала соответствовать их основному назначению. Но взамен пехота получила кумулятивные гранаты.

Исследования кумулятивного (от позднелатинского cumulatio – накопление, концентрация) эффекта «полых зарядов» велись еще во второй половине XIX века. В России направленное действие взрыва при наличии выемки в заряде взрывчатого вещества в 1865 году открыл военный инженер М. М. Боресков, в Германии – М. Фестер в 1883-м. Однако в последней этот эффект больше известен как эффект Неймана (Е. Нейман опубликовал свои работы в 1914-м, а в англоязычном мире – как эффект Мунро, по имени американца Ч. Мунро (или Монро), обнародовавшего свои исследования в 1888 году.

Долгое время данному эффекту не уделяли внимания как способу получения нового типа бронебойного снаряда. Он больше интересовал инженеров-строителей. Так, в СССР исследование практического применения кумулятивных зарядов в строительном деле провел в 20-е годы М.


Сухаревский. К началу Второй мировой войны были разработаны образцы инженерных кумулятивных зарядов для поражения бетонных и броневых колпаков. Кумулятивными зарядами активно занимались и в других странах – уже имелись, например, сведения о германских кумулятивных снарядах, получивших тогда у нас не совсем правильное название бронепрожигающих. В сентябре 1941-го по инициативе Научно-технического совета по координации и усилению научных исследований в области химии при Государственном Комитете Обороны (ГКО) начались систематические работы по использованию эффекта кумуляции энергии взрыва для создания противотанковых боеприпасов. Уже в октябре 1941 года в НИИ-6 Наркомата боеприпасов прошли испытания кумулятивных зарядов.

Тактико-технические характеристики ручных противотанковых гранат

1943-й стал годом коренного перелома не только в ходе войны, но и в системе вооружения воюющих армий. В частности, рост бронезащиты танков и САУ вызвал широкое использование кумулятивных боеприпасов различного типа, включая ручные гранаты. Ведь пробивное действие кумулятивного заряда не зависит от скорости встречи снаряда с броней; проникающие внутрь боевой машины элементы кумулятивной струи, осколки брони и ударная волна поражают внутреннее оборудование, экипаж, могут вызвать детонацию боекомплекта.

Н. П. Беляков в ГСКБ-30 (КБ-30) начал разработку кумулятивной противотанковой гранаты в 1942 году.


апреля 1943-го граната прошла первые полигонные испытания. Приказом заместителя наркома обороны, начальника ГАУ маршала Н. Н. Воронова от 18 апреля 1943 года на период 20–30 апреля назначались испытания на НИБТ полигоне в Кубинке «противотанковых гранат направленного действия конструкции КБ-30 в присутствии начальника КБ-30 Вицени и конструктора Белякова». Испытания проводились бойцами из войск 22–28 апреля и прошли удачно, и вскоре кумулятивная РПГ-43 (ручная противотанковая граната обр. 1943 г.) была принята на вооружение. Обращают на себя внимание короткие сроки создания нового оружия – от полигонных испытаний до войсковых прошло всего шесть дней, проводились они незадолго до начала сражения на Курской дуге, так что вопрос был более чем актуален. Уже летом 1943 года РПГ-43 начала поступать в войска.

Граната имела плоское дно и коническую крышку, под которой помещались жало и пружина запала. В корпусе размещались основной заряд с конической кумулятивной воронкой и дополнительный детонатор. Съемная рукоятка вмещала инерционный запал, двухленточный стабилизатор и предохранительный механизм. Уложенный стабилизатор прикрывался колпаком. Перед броском следовало снять рукоятку и вращением запала поджать его пружину. Рукоятка вновь присоединялась, за кольцо выдергивался предохранительный шплинт. После броска отлетала предохранительная планка, колпак стабилизатора сползал с рукоятки, вытягивая стабилизатор и при этом взводя запал. Стабилизатор обеспечивал правильный полет гранаты головной частью вперед и минимальный угол встречи.


Появление на Курской дуге германских танков Pz.V «Пантера», Pz.VI «Тигр» и тяжелого танка-истребителя «Элефант» («Фердинанд») потребовало повысить бронепробиваемость гранат до 100–120 мм. В московском филиале НИИ-6 М. З. Полевиков, Л. Б. Иоффе, Н. С. Житких при участии Г. В. Хрусталева, А. Н. Осина и Е. И. Пыховой разработали кумулятивную гранату РПГ-6, в которой нетрудно увидеть сходство с появившейся несколько раньше на фронте германской гранатой PWM1 (L).

РПГ-6 имела каплевидный корпус с зарядом, включавшим основную шашку и дополнительный детонатор, и рукоятку с инерционным взрывателем, капсюлем-детонатором и ленточным стабилизатором. Корпус снаряжался тротилом методом заливки – так получался основной заряд массой 580 г с кумулятивной выемкой, дополнительный детонатор представлял собой 40-граммовую тетриловую шашку. Ударник взрывателя блокировался чекой. Ленты стабилизатора укладывались в рукоятке и удерживались предохранительной планкой. Предохранительный шплинт вынимался перед броском. После броска отлетала предохранительная планка, вытягивался стабилизатор, выдергивалась чека ударника – запал взводился. Таким образом, система предохранения РПГ-6 была трехступенчатой (у РПГ-43 – двухступенчатая).

Существенной особенностью РПГ-6 являлось отсутствие точеных и резьбовых деталей, широкое применение штамповки, резьба получалась способом накатки. Технология производства корпусов была отработана на заводе учебных пособий № 2 «Физприбор» в Кирове, там же выпустили первую партию в 5 тысяч гранат. На заводе № 11 группа технологов, трудясь в три смены, за 20 дней отработала технологию и наладила процесс снаряжения РПГ-6 заливкой тротилом. Граната прошла войсковые испытания уже в сентябре 1943 года, причем проводились они по наиболее тяжелобронированной из трофейных машин – САУ «Фердинанд». Комиссия рекомендовала РПГ-6 для принятия на вооружение Красной армии как средство борьбы пехоты с бронированными машинами, имевшими толщину брони до 100 мм – такая «избранность» была понятна с учетом большей массы гранаты и мощности заряда. В конце октября 1943-го постановлением ГКО граната РПГ-6 была принята на вооружение. К концу года упомянутые заводы № 2 и № 11 начали валовое ее производство.

Впоследствии президент Академии наук СССР С. И. Вавилов отнес «создание кумулятивного снаряда, а затем и кумулятивных гранат, мин, бомб, резко повысивших уязвимость немецких танков», и «применение М. А. Лаврентьевым новой теории струй для создания кумулятивного снаряда» к числу наиболее важных достижений отечественных ученых и конструкторов в годы войны.

РПГ-6 стала также основой одного из вариантов противотанкового гранатомета с кумулятивной боевой частью. В специальном технологическом бюро НИИ-6, руководимом И. М. Найманом, по заданию НКБ группа конструкторов разработала «активный» ручной гранатомет ПГ-6. С помощью специального холостого или «метательного» патрона (на основе гильзы винтовочного патрона) выстреливалась кумулятивная граната РПГ-6 в поддоне или штатная 50-мм осколочная оперенная мина (после снятия с вооружения ротных 50-мм минометов остались немалые запасы 50-мм мин). В июле 1944 года система прошла полигонные испытания, а в ноябре наркомат заказал партию для войсковых испытаний при условии одновременного увеличения дальности стрельбы и уменьшения силы отдачи. Несколько таких ПГ-6 были подготовлены к началу 1945 года. Масса системы составляла около 18 кг, дальность стрельбы по танкам гранатой РПГ-6 – 75–100 м, по живой силе 50-мм миной – до 500 м. ПГ-6 мог использоваться также в качестве противобортовой мины. С окончанием войны работы над этой системой прекратились. Путь к ручному противотанковому гранатомету лежал через безоткатные и реактивные системы.

РПГ-43 и РПГ-6, впрочем, оставались на вооружении и после войны, пока в 50-е годы не были заменены ручной кумулятивной гранатой РКГ-3 с трехступенчатой системой предохранения и стабилизирующим парашютиком. А на смену последней пришел новый тип индивидуального противотанкового оружия пехотинца – легкие одноразовые гранатометы, получившие также название реактивных противотанковых гранат. Но это уже другая история.

Источник:http://weaponland.ru/publ/granaty_protiv_tankov/14-1-0-676

weapon.temadnya.com

Ручная противотанковая гранатаПехотой для борьбы с танками широко использовались ручные гранаты – как специальные противотанковые, так и осколочные. Данная практика также как и другие средства борьбы с бронетехникой зародилась во время Первой мировой. В качестве ПТС в то время рассматривали связки гранат и тяжелые гранаты, применявшиеся для разрушения проволочных заграждений (такие как русские гранаты Новицкого). В начале 30-х такие гранаты были «важным средством обороны… особенно при внезапном нападении бронечастей на закрытой местности». В советском «Наставлении по стрелковому делу» 1935 и 1938 годов имелось специальное указание, как вязать ручные гранаты образцов 1914/30 годов и образца 1933 года. Гранаты связывались проволокой или бечевкой по пять или три штуки таким образом, чтобы рукоятка центральной гранаты смотрела в одну, а остальных гранат в противоположную сторону. Гранаты типа Мильса или Ф-1 плотно связывались в мешке. Связки рекомендовалось метать по ходовой части и под гусеницы танка. Такие же связки, однако, снабженные несколькими бечевками с грузиками, использовались для подрыва проволочных заграждений. Немецкой пехотой применялись связки гранат М-24 – их вязались по семь штук, деревянную ручку с запалом вставляли лишь в центральную гранату (опыт Первой мировой).

Специальные противотанковые гранаты начала Второй мировой войны представляли собой фугасные тяжелые снаряды и являлись наследниками тяжелых гранат использовавшихся для разрушения препятствий в Первую мировую войну. Разработке и введению данных гранат способствовал опыт боев советско-финской войны. Поначалу отрабатывали сравнительно легкую гранату, однако ее пробивное (вернее – проламывающее) действие равное 10 миллиметрам было явно недостаточным. В 1940 году на вооружение РККА поступила РПГ-40 ударного действия. Данная граната была создана М.И. Пузыревым в ГСКБ-30 при заводе №58 им. К.Е. Ворошилова (данное конструкторское бюро, возглавляемое Н.П. Беляковым, по разработке гранат стало головным). РПГ-40 имела тонкостенный цилиндрический корпус, и была способна пробивать 20-миллиметровую броню. В рукоятке размещался инерционный запал мгновенного действия имеющий ударниковый механизм и предохранительную чеку. В осевой канал корпуса перед броском через отверстие в крышке вставлялся детонатор (по образцу РГД-33 – ручной осколочной гранаты). На корпусе размещали инструкцию по применению гранаты. Однако уже вскоре граната по «бронебойному» действию перестала удовлетворять требованиям ПТО – после взрыва на поверхности брони толщина которой превышает 20 миллиметров она образовывала только вмятину, не вызывая с внутренней стороны опасных отколов брони.

В 1941 году Пузырев на основе данной гранаты создал РПГ-41 имеющую 1400-граммовый заряд взрывчатого вещества и повышенной до 25 миллиметров бронепробиваемостью. Но уменьшившаяся дальность броска широкому применению РПГ-41 не способствовала. Фугасные гранаты рекомендовалось метать по ходовой части, гусеницам, на крышу моторного отделения или под башню танка. У солдат фугасные противотанковые гранаты получили прозвище «Танюша». Данные гранаты также предназначались для «разрушения прочных закрытий». Партизанами он широко использовали во время диверсий и нападений на автоколонны.

Ручная противотанковая гранатаВ июле 1941 года Военный Совет Северного фронта дал задание на разработку противотанковой ручной гранаты для производства на ленинградских предприятиях. Изобретателем А.Н. Селянкиным на основе РГД-33 при участии М.Г. Дьяконова (ее конструктора) создал фугасную противотанковую гранату с увеличенным до 1000 грамм зарядом взрывчатого вещества. Данная граната также получила обозначение РПГ-41. В 1941 году на ленинградских предприятиях выпустили около 798 тысяч таких гранат. Фугасные противотанковые гранаты с увеличенным зарядом полукустарного и заводского производства применяли при обороне Севастополя и Одессы, различные варианты противотанковых гранат создавали в мастерских партизанских отрядов.

Английская противотанковая граната «№ 73 AT» имеющая цилиндрический корпус длиной 240 мм и диаметр 80 мм оснащалась инерционный запал и предохранительным рычагом. Дальность броска составляла 10-15 метров при массе — 1,9 килограмм. Корпус гранаты был окрашен в желто-коричневый цвет, имела красный поясок. Граната металась исключительно из-за укрытия.

Действенность таких гранат при большой массе скоро перестала соответствовать основному назначению. Благодаря использованию кумулятивного эффекта положение изменилось в корне. Исследования кумулятивного (от латинского cumulatio — «концентрация», «накопление») эффекта «полых зарядов» вели задолго до того. Это обуславливалось потребностями строителей и инженерных войск. В России данные исследования начал военный инженер М.М. Боресков в 1865 году. За рубежом данный эффект больше известен под названием «эффект Манро». В СССР исследование практического применения данных зарядов в строительстве провел М.Я. Сухаревский в 20-е годы. В начале войны существовали инженерные кумулятивные заряды для поражения броневых и бетонных колпаков. В 1941 году основы расчета кумулятивных боевых частей разработал в НИИ-6 (ведущее НИИ Наркомата боеприпасов) инженер М.Я. Васильев. В октябре 1941 года в НИИ-6 провели испытания кумулятивных зарядов. В начале 1942 года разработали первый советский кумулятивный артиллерийский снаряд. Исследованием и разработкой кумулятивных боевых частей занимались и за рубежом. Кумулятивной боевой частью несется заряд взрывчатого вещества, в передней части которого имеется обращенная вперед сферическая или коническая выемка (воронка). При подрыве образующиеся газы фокусируются в мощный узкий поток высокой температуры. При этом образовывается давление до 10 Гпа. Скорость до 15 км/с. Металлической облицовкой воронки обеспечивается правильное формирование кумулятивной струи которая усиливается потоком частиц расплавленных металлов. «Пробивное» действие такого заряда превышает калибр снарядов и не зависит от дальности стрельбы и скорости встречи снарядов с броней. В СССР в начале войны в Военно-инженерной академии и Остехбюро НКВД разрабатывали «бронепрожигающие» боевые части основой которых являлся термитный заряд, ускоряемый пороховыми газами. Но они оказались неудачными поэтому работы прекратили. Работы были переведены к собственно кумулятивным боевым частям, которые, у нас еще долго именовались «бронепрожигающими», хотя их поражающее действие обеспечивалось не только температурой кумулятивной струи, но и давлением и скоростью. Серьезными проблемами во время создания кумулятивных боевых частей оказались выдерживание точности при изготовлении и создание чувствительного и в тоже время безопасного взрывателя.

В 1943 году с небольшим промежутком на вооружении армии СССР появилась ручная кумулятивная граната РПГ-43, а Германии – PWM-1(L).

PWM-1(L) состояла из деревянной рукоятки и каплевидного корпуса. В корпусе размещался заряд из сплава гексогена и тротила. В рукоятке находился детонатор, а на конце инерционный взрыватель, который срабатывал при различных углах касания. Вокруг рукоятки укладывался матерчатый стабилизатор, который раскрывался четырьмя пружинными пластинами. Стабилизатор в сложенном положении удерживал колпачок, для его снятия необходимо было отвести специальный язычок. Стабилизатор, раскрываясь после броска, вырывал чеку чувствительного взрывателя. Для подвешивания гранаты к ремню на головке имелось ушко. Корпус был окрашен в серо-бежевый цвет. Длина гранаты – 530 мм (рукоятки — 341 мм), диаметр корпуса — 105 мм, бронепробиваемость – 150 мм, при угле 60° — до 130 мм. Учебная граната PWM-1 (L) Ub, от боевой, отличалась цветом (красный) и тремя рядами отверстий на корпусе. На вооружении немецкой армии ручные кумулятивные гранаты, по словам Хейдте, «довольно быстро были вытеснены РПГ «Панцерфауст» (реактивной противотанковой гранатой)».

РПГ-43 разработал конструктор КБ-20 Н.П. Беляков в конце 42 — начале 43 года. В 16 апреля 1943 года данная граната прошла полигонные, а 22-28 апреля – войсковые. Вскоре ее приняли на вооружение. Летом 1943 года РПГ-43 начала поступать в войска.

Корпус гранаты имел коническую крышку и плоское дно. Под крышкой находилось пружина запала и жало. В съемной рукоятке вмещался инерционный запал, предохранительный механизм и двухленточный стабилизатор. Уложенный стабилизатор прикрывал колпак. Перед броском необходимо было снять рукоятку и поджать его пружину вращением запала. Рукоятка вновь присоединялась, предохранительный шплинт выдергивался за кольцо. После броска предохранительная планка отлетала, колпак стабилизатора с рукоятки сползал, вытягивая стабилизатор, при этом взводился запал. Стабилизатор обеспечивал минимальный угол встречи и правильный полет гранаты – вперед головной частью.

Появление немецких танков Pz.VI «Тигр», Pz.V «Пантера» и тяжелого танка-истребителя «Элефант» в боях на Курской дуге потребовало повышения бронепробиваемости гранат до 120 мм. Конструкторы Н.С. Житких, Л.Б. Иоффе, М.З. Полевиков в Московском филиале НИИ-6 НКБП разработали кумулятивную гранату РПГ-6. В данной гранате угадывались черты немецкой PWM-1(L). Войсковые испытания были проведены в сентябре 1943 года, и уже в конце октября она была принята на вооружение. У РПГ-6 был каплевидный корпус с зарядом (две шашки) и дополнительный детонатор. Рукоятка имела инерционный взрыватель, капсюль-детонатор и ленточный стабилизатор. Ударник взрывателя блокировала чека. Ленты стабилизатора (две короткие и две длинные) укладывались в рукоятке. Для их удержания имелась предохранительная планка. Перед броском вынимался предохранительный шплинт. После броска предохранительная планка отлетала, вытягивался стабилизатор, чека ударника выдергивалась – взводился запал. Таким образом, система предохранения у данной гранаты была трехступенчатой (РПГ-43 имела двухступенчатую). В плане технологии главной особенностью гранаты РПГ-6 было отсутствие резьбовых и точеных деталей, широкое применение накатки и штамповки. За счет этого удалось наладить серийное производство гранаты еще до конца года. РПГ-6 по сравнению с РПГ-43, была безопаснее в обращении и технологичнее в производстве. Метались данные гранаты на 15-20 м, бойцу после броска следовало укрыться.

Всего в СССР с 1942 по 1945 год было выпущено 20 882 800 противотанковых и 37 924 000 противопехотных ручных гранат (в 1942 году – 9232 тыс., в 1943 году – 8000 тыс., в 1944 году — 2830 тыс. в 1945 – 820,8 тыс.). Можно увидеть снижение количества ручных гранат в системе противотанковых боеприпасов пехоты. Ручными противотанковыми гранатами снабжали десанты, партизанские и диверсионные отряды – например парашютно-десантный мешок ПД-ММ, мог вмещать до 70 гранат. РПГ-6 и РПГ-43 оставалась на вооружении и по окончании войны, однако в начале 50-х годов их заменила РКГ-3 со стабилизирующим парашютиком и трехступенчатой системой предохранения.

Основной проблемой использования ручных противотанковых гранат было медленное срабатывания запала – граната, попавшая в цель, могла взорваться, отскочив или скатившись с брони. В связи с этим делались попытки «прикрепить» гранату к броне. Например, англичанами с 1940 года использовалась так называемая «липкая бомба» — фугасная граната №74 ST. Стеклянная колба (шар) диаметром 130 миллиметров снаряжалась нитроглицерином. На шар надевался шерстяной мешок, который был покрыт липкой массой. В длинной рукоятке размещался дистанционный взрыватель с чекой (задержка 5 сек.). Общая длина гранаты — 260 мм, масса — 1,3 кг. С шара перед броском снимался кожух выполненный из жести, выдергивалась чека. Однако граната не прикреплялась к вертикальной и влажной броне. Высокая чувствительность нитроглицерина делала гранату № 74 более опасной для пользователя, а не для противника.

Англичанами также была создана «мягкая» граната: ее корпусом служил трикотажный мешочек, стянутый снизу тесьмой, и заправленный сверху в металлическую крышку. Взрыватель навинчивался на крышку. Взрыватель прикрывался колпачком. № 82 метали на близкие дистанции и она не «скатывалась» с горизонтальной поверхности. Из-за характерной формы ее также называли «Гэмен» («окорок»). Считалось что для поражения танка необходимо попасть двумя такими «окороками» на крышу моторного отделения или башни.

Немецкая «приклеивающаяся» граната состояла из корпуса в котором размещался кумулятивный заряд и войлочной подушкой на дне, терочного запала и капсюля-детонатора «№8». Капсюль и запал были аналогичны используемым в ручных осколочных гранатах. Войлочную подушку пропитывали клеем и прикрывали колпачком, который снимался непосредственно перед броском или постановкой на танк. Длина гранаты – 205 мм, диаметр — 62 мм. Данная граната предназначалась для борьбы с бронемашинами и легкими танками.

Более интересной магнитной гранатой была «Н.Н.3» (Heft Hohladung — «ручной кумулятивный заряд») предназначенная для борьбы с САУ всех типов и танками. На дне конического корпуса, в котором размещался кумулятивный заряд (смесь гексогена и тротила), крепились три магнита, которые «фиксировали» гранату перпендикулярно поверхности брони. Съемная железная арматура предохраняла от размагничивания и блокировала магниты до применения гранаты. Капсюль-детонатор — «№ 8А1». Стандартный терочный запал (замедление 4,5 сек. или 7 сек.) находился в рукоятке. Граната была окрашена в зеленый цвет. Длина гранаты составляла — 300 мм, а диаметр ее дна составлял 160 мм. Гранату обычно «сажали» на танк когда он проходил над окопом. Также допускалось ее метание на дальность до 15 метров, хотя ее «закрепление» после броска было сомнительным. Сами же немецкие танковые войска в 1944-45 годах защищали свои машины от магнитных гранат при помощи обмазки «циммерит» – 5-6 миллиметровый слой ослаблял силу притяжения магнита. Поверхность делалась волнистой. Кроме того, «циммерит» защищал танки от зажигательных и «липких» гранат. Магнитная граната, по сути, являлась развитием инженерных кумулятивных зарядов, при помощи которых, например, в 40 году немецким парашютистам удалось захватить форт Эбен-Эмаль. Н.Н.3 была скорее не ручной гранатой а миной. В своих записках генерал-полковник Гудериан «дисковые противотанковые мины, магнитные мины кумулятивного действия и канистры наполненные бензином» относил к «пассивным средствам» ПТО.

Портативные магнитные мины-гранаты использовали и японцы на островах тихоокеанского региона. Американские танкисты чтобы защитить свои машины от подобного оружия использовали закрепленные на корме и бортах пакеты из деревянных брусков (эти пакеты в Европе служили для защиты от гранат «панцерфаустов»).

Пехота воюющих сторон применяла гранаты-мины и других типов. Например, у англичан имелась фугасная граната «№ 75» («Хоукинс Мк1») с плоским корпусом. Ее длина составляла 165 мм, а ширина – 91 мм. Сверху корпуса размещалась нажимная планка, под ней пара химических взрывателей-ампул. При разрушении ампул образовывалось пламя в результате химической реакции, которое вызывало взрыв капсюля-детонатора. После этого срабатывал дополнительный детонатор, от которого детонировало взрывчатое вещество боевого заряда. «Хоукинс» подбрасывалась под колесо бронемашины или гусеницу танка, а также использовалась на минных полях. Подобные гранаты укладывались на салазки, которые были привязаны к шнурам. Таким образом, получалась «подвижная» мина, «подтягиваемая» под движущийся танк. Плоские противотанковые мины, закрепленные на бамбуковых шестах, широко и довольно успешно применяли японские пехотинцы-истребители танков: наши танкисты столкнулись с этим еще в 1939 году на Халхин-Голе.

Источник информации:
Журнал «Техника и вооружение» Семен Федосеев «Пехота против танков»

topwar.ru

Ручные гранаты[править | править код]

Вначале основным видом оружия самообороны пехоты против бронированных машин стали ручные противотанковые гранаты. Их первые образцы представляли собой довольно тяжёлый (около 1 кг) бросаемый заряд взрывчатого вещества, способный при плотном прилегании своим фугасным действием раздробить 15—20 мм брони. Примером такого оружия являются советские гранаты РПГ-40 и РПГ-41 (с увеличенным до 1400 г зарядом взрываемого вещества и с повышенной до 25 мм бронепробиваемостью). Боевая эффективность противотанковых гранат дробящего действия оказалась весьма невысокой из-за опасности для гранатометчика, который должен был точно забросить тяжелую гранату подобравшись близко к танку, а затем попытаться укрыться от мощного взрыва, что ограничивало эффективное применение таких гранат.

Первые противотанковые гранаты представляли из себя самодельные устройства. Немцы первыми во время Первой мировой войны придумали импровизированные противотанковые гранаты, связав несколько корпусов распространённой гранаты Stielhandgranate без рукоятки с одной гранатой с рукояткой, чтобы создать одну более мощную гранату. В бою граната забрасывалась на крышу или под днище медленно (2-3 км/ч) движущегося танка, где броня была наиболее тонкой. Такая же граната применялась немцами и во время Второй мировой войны. Так как граната снаряжалась в основном суррогатами, она не обладала мощным ни фугасным, ни бризантным действием. Чтобы нанести значительный урон тяжелой бронетанковой технике РККА, германской пехотой практиковался рискованный прием: связка гранат из 3-5 штук при помощи поясного ремня подсовывалась под кормовую нишу башни танка и подрывалась; дистанции взрывателя гренадеру вполне хватало, чтобы спрыгнуть с движущейся машины и укрыться от взрыва. В случае успеха башню срывало с погона или, как минимум, заклинивало. Для поражения танка прорыва КВ-2 было очень действенным средством забросить гранату в ствол 152 мм гаубицы, которой тот был вооружен. Даже если в стволе на момент взрыва не было снаряда, сам ствол утрачивал целостность и при следующем выстреле разрывался.[2].

Во время Второй мировой войны, солдаты всех армий делали импровизированные противотанковые гранаты, укладывая несколько оборонительных фугасных гранат в мешок. Из-за их большого веса, такие устройства обычно применялись с очень близкого расстояния или же непосредственно помещались в уязвимых местах на вражеской технике, что конечно было очень опасным приемом. Другой метод, используемый например бойцами британского ополчения[en] в 1940 году, предполагал укладку динамита или какого-либо фугасного заряда в толстом носке покрытым густой смазкой, который до применения клали в подходящую размером консервную банку. Для применения боец поджигал бикфордов шнур и вынув устройство из банки, кидал его в направлении башни танка в надежде, что оно прилипнет к броне до взрыва. В случае успеха, это вызывало внутреннее растрескивание броневого листа, поражая экипаж танка. Неизвестно, применялся ли успешно этот тип импровизированной противотанковой гранаты когда-либо в бою. К концу 1940 года англичане ввели в эксплуатацию специально разработанную клейкую противотанковую гранату — известную как «Липкая граната» (Sticky Bomb).

«Липкая бомба» производимая во время Второй мировой войны была одним из видов противотанкового оружия, разработанного для использования в британской армии и ополчении в качестве специального решения проблемы отсутствия достаточного количества противотанковых орудий в период после эвакуации Дюнкерка. Разработанная группой военного ведомства MD1, включающей майора Миллиса Джефферса и Стюарта Макрэ, граната состояла из стеклянной сферы, содержащей нитроглицерин, покрытый мощным клеем, в окружении листового металлического корпуса. Когда солдат вытаскивал чеку на ручке гранаты, корпус раскрывался и открывал сферу; другая чека активировала спусковой механизм, и солдат должен был затем попытаться приложить гранату к одному из вражеских танков или другому транспортному средству с достаточной силой для разлома стеклянной сферы. После того как она была прикреплена к борту, отпускание рычага на ручке активировало пятисекундный предохранитель, который затем взрывал нитроглицерин.

Во время Зимней войны финская армия, которой катастрофически не хватало эффективного противотанкового оружия, широко использовала тяжелые фугасные гранаты. Финны использовали несколько вариантов фугасных гранат в зависимости от типа советской бронемашины. Считалось, что для повреждения гусеницы достаточно было 1-2 кг тротила. Взрыв зачастую разбивал 3-4 трака гусеницы, несколько повреждая каток. Удачно расположенная граната приводила каток в полную негодность. Нередко повреждался и балансир, вернее разбивало его подшипник. Трёх килограмм тротила, когда заряд был заброшен на крышу моторного отделения танка было достаточно, чтобы уничтожить любой танк, используемый в войне. Помимо фабричных гранат фугасного типа солдатами зачастую изготовлялись кустарные устройства из блоков взрывчатки, прикрепленных проволокой к дощечке.

В феврале 1940 года финская армия получила наставление по применению фугасных гранат, в которой было приведено количество тротила, достаточное для выведения из строя различных танков и бронемашин:

  • 2 кг было достаточно, для уничтожения 6-тонных бронемашин (Т-38)
  • 3 кг было достаточно, для уничтожения 12-тонных бронемашин (Т-26, БТ-7)
  • 4 кг было достаточно, для уничтожения 30-тонных бронемашин (Т-28)

Ручные противотанковые гранаты или метательные мины с кумулятивными головными частями[править | править код]

Теоретическая пробивная способность кумулятивных снарядов пропорциональна длине кумулятивной струи и квадратному корню отношения плотности облицовки воронки к плотности брони. Практическая глубина проникновения кумулятивной струи в монолитную броню у существующих боеприпасов варьируется в диапазоне от 1,5 до 4 калибров. Средняя дальность броска составляет 18-20 метров. Если солдат в окопе и танк идёт на него, рекомендуется лечь на дно окопа, пропустить танк над собой и метнуть гранату в корму[3].

Ещё в 1888 году американец Чарльз Манро (Charles Edward Munro) исследовал и подробно описал кумулятивный эффект в своих работах. Однако по той или иной причине в военных целях эти разработки были использованы лишь полвека спустя. В Советском Союзе в 1925—1926 годах изучением зарядов взрывчатых веществ с выемкой занимался профессор М. Я. Сухаревский. Первоначально кумулятивные снаряды назывались бронепрожигающими, так как считалось — исходя из формы пробитой воронки, — что они именно прожигают броню. В реальности же при подрыве заряда температура облицовки достигает всего лишь 200—600 °C, что значительно ниже температуры её плавления.

В 1938 году Франц Томанэк (Franz Rudolf Thomanek) в Германии и Генри Мохоупт (Henry Hans Mohaupt) в США независимо друг от друга открыли эффект увеличения пробивной способности при применении металлической облицовки конуса. Несмотря на это кумулятивные противотанковые гранаты получили широкое распространение лишь к середине Второй Мировой. Советская ружейная граната ВПГС-41 (Винтовочная противотанковая граната Сердюка образца 1941 года) производилась в 1941—1942 годах в качестве противотанкового оружия, но из за невысоких качеств и небезопасности конструкции широкого применения не получила и была заменена на ручные противотанковые гранаты. Позже появились ручные противотанковые гранаты или метательные мины с кумулятивными головными частями, например советские РПГ-43, РПГ-6 или немецкие PWM-1L. Бронепробиваемость выросла до 70—100 мм при встрече с преградой под прямым углом, что для многих типов танков завершающего периода войны было уже недостаточно. Кроме того, для эффективного выведения танка из строя требовался целый набор условий, что дополнительно снижало эффективность ручного метательного оружия с кумулятивной боевой частью.

В конце Второй мировой войны японцы, не имея достаточно эффективной противотанковой артиллерии и пехотных противотанковых средств, часто применяли тактику самоубийственных атак, посылая против американских танков своих пехотинцев с ранцевыми, магнитными минами и противотанковыми гранатами, и использовали смертников-камикадзе вооруженных кумулятивной гранатой на шесте в качестве оружия, против американских танков. После этого аналогичное оружие было также использовалось вьетнамцами в ходе Вьетнамской войны. Камикадзе должен был использовать гранату в качестве противобортовой мины обеспечивая оптимальный угол наклона по отношению к броне, что обеспечивало поражение брони толщиной до 150 мм. Однако к концу войны японские противотанковые камикадзе (Тэйсинтай) были малоэффективны потому что американские войска всегда сопровождали танки сильными подразделениями морской пехоты. Танковые сражения как на Восточном или Западном фронтах в Европе, были редки. Основную тяжесть боев на Тихом океане несла пехота которая сопровождала танки и была в состоянии защитить их от неприятеля.

В 1950 году принята на вооружение РКГ-3 — кумулятивная граната ударного действия. В полёте граната стабилизируется и летит донной частью вперёд, для этого во время полёта раскрывается матерчатый стабилизатор в форме конуса. При попадании в цель граната пробивает броню толщиной до 150 мм. Для борьбы с современными танками, оснащёнными динамической защитой, эти гранаты уже мало пригодны, но с БМП, БТР и другими бронемашинами они справляются без труда.

Images.png Внешние изображения
Армия США Концепция HAG начала 1980-х
Image-silk.png Details of HAG concept (US Army)
Image-silk.png Details of Combat Use of HAG (US Army)

В конце 1970-х, руководство армии США было обеспокоено отсутствием противотанковых средств у своих тыловых частей, необходимых для борьбы с прорвавшимся в тыл или же десантироваными с воздуха вражескими бронемашинами. Когда армия США попросила разобраться с этим делом, армейские инженеры предложили скопировать противотанковую гранату производства ГДР (AZ-58-K-100[4]), которая была добыта американской разведкой. Эта концепция была названа «ХАГ» (HAG то есть High-explosive Antiarmor grenade) то есть фугасная противотанковая граната (так как по армейской терминологии кумулятивные противотанковые боеприпасы назывались HEAT то есть High-explosive Anti-tank). В то время как гражданские инженеры, работающие для армии США думали, что это была прекрасная идея, она была немедленно отвергнута, так как почти все старшие офицеры армии США с опытом военных действий считали, что это оружие будет более опасным для своих войск, чем для неприятеля. Разработки были тихо положены «на полку» к середине 1980-х годов. Это решение оставило многие тыловые части без противотанкового оружия, более эффективного, нежели крупнокалиберный пулемет M2.

Жидкостные зажигательные гранаты[править | править код]

Обычная конструкция — стеклянная бутылка, содержащая горючую жидкость, и запал (в самом примитивном варианте на горлышке закреплена смоченная горючим тряпка). При использовании запал поджигают и бросают бутылку в цель, стекло разбивается, горючая жидкость растекается и воспламеняется от запала. Обычно содержит спирт и бензин, но использовались и другие горючие жидкости. Для создания задымления добавлялся дёготь или каменноугольная смола.

При попадании в цель стеклянная бутылка разбивается, горючая смесь разливается по поверхности цели и воспламеняется от горящей пробки. «Коктейли Молотова» применяются главным образом против автомобилей и бронетехники. При броске основной целью является попадание горящей жидкости в моторное отделение. Использование сопряжено с риском для жизни из-за необходимости подобраться к цели на расстояние броска. В целом эффективность бутылочных атак против бронетехники невелика — для поражения двигателя необходимо попасть в вентиляционные решётки сзади от башни, а для этого нужно находиться сбоку или сзади от танка, что обычно возможно только в условиях городской герильи, либо бросив бутылку из окопа, который в этот момент пересекает танк. Во время Второй мировой войны вентиляционные решётки танков стали закрывать рабицей. Благодаря этому бутылки пружинили и, не разбиваясь, скатывались с танка. Современные танки снабжены надёжными средствами защиты от бутылок с горючей смесью, хотя повреждение огнём наружных деталей танка может привести к снижению его боеспособности. Для британского ампуломета Northover Projector бутылка с зажигательной смесью была штатным боеприпасом.

Реактивные гранаты[править | править код]

Для увеличения дальности полёта были созданы реактивные гранаты. В них ускоряющий заряд сгорал постепенно, разгоняя гранату.

Противотанковые кумулятивные гранаты, выстреливаемые из гранатомётов, имеют боевую дальность до 400 метров и способны пробивать бетон, кирпичную кладку и другие преграды.

  • Сравнение популярных моделей
Оружие Диаметр Начальная скорость Боеголовка Бронепробиваемость (оценка) Дальнобойность Оптический прицел кратностью
Соединённые Штаты Америки M67 90 мм 213  м / сек 3.06 кг (Кумулятивный боеприпас) 350 мм 400 м 3X
Швеция M2 Carl Gustaf 84 мм 310  м / сек 1.70 кг (Кумулятивный боеприпас) 400 мм 450 м 2X
Франция LRAC F1 89 мм 300  м/сек 2.20 кг (Кумулятивный боеприпас) 400 мм 600 м Нет ист.
Союз Советских Социалистических Республик РПГ-7 85 мм 300  м/сек 2.25 кг (Кумулятивный боеприпас) 320 мм 500 м 2.5X
Израиль B-300 82 мм 280  м/сек 3.00 кг (Кумулятивный боеприпас) 400 мм 400 м Нет ист.

Учебно-имитационные гранаты[править | править код]

Images.png Внешние медиафайлы
Разрезные гранаты
Image-silk.png Разрезная граната РКГ-3ЕМ.

Учебно-имитационные гранаты не только копировали форму и вес, но и имитировали взрыв гранат звуковым и дымовым эффектом с помощью небольшого заряда дымного пороха. Внешне они отличались наличием отверстия в днище корпуса, через которое при имитации взрыва выходили пороховые газы. В отличие от разрезных и учебно-тренировочных гранат, которые назывались так же, как и их боевые прототипы, только с добавлением слова «разрезная» или «учебно-тренировочная», учебно-имитационные гранаты имели другие названия: имитирующая РГК-3 имела название УПГ-8 (учебная противотанковая граната). Имитационный запал состоит из ударного механизма и имитационной части, между которыми проложена переходная втулка. Ударный механизм устроен так же, как у запала УЗРГМ, только ударник у него немного длиннее. Имитационная часть также состоит из тех же частей, что и у УЗРГМ, но вместо капсуля-детонатора она имеет специальную гильзу с зарядом дымного пороха. При повторном использовании гранаты меняются только ударник и имитационная часть запала. Остальные части запала и корпус гранаты используются многократно. Учебно-имитационные гранаты позволяют отрабатывать навыки метания.

Защита[править | править код]

Противокумулятивный экран появился как ответ на создание кумулятивного боеприпаса перед Второй мировой войной в Германии. Во время войны советские танкисты приваривали к броне специальные сетчатые экраны фабричного производства (ошибочно интерпретированные на Западе как панцирные кровати), тонкие листы железа и жести для защиты от немецкого носимого противотанкового оружия с кумулятивным боеприпасом типа «Фаустпатрон», «Панцерфауст» и т. п. Широкого применения противокумулятивные экраны тогда не нашли, так как по результатам советских испытаний 1945 года показали себя неэффективными против последних версий фаустпатронов (с типичных дистанций городского боя броня все равно пробивалась, хотя диаметр пробоины и уменьшался). Корпуса немецких танков «Тигр» покрывались, для предотвращения прикрепления к ним ручных магнитных мин, специальным составом циммеритом. Те же меры были приняты в отношении немецких танков «Пантера» и САУ последнего периода Второй мировой войны. Однако такие мины использовались лишь в немецкой армии и не использовались её противниками, и в то же время нанесение такого покрытия было делом хлопотным и трудоемким, так что в 1944 г., через год применения, от него отказались. Ещё во время ВОВ было замечено, что поражение танка зачастую меньше, если поражающий танк снаряд попадает в навешенные поверх брони танка взрывчатые вещества. Поначалу такие наблюдения считались хотя и достойными доверия, но практически неприменимыми, поскольку в ряде случаев страдал не только противотанковый снаряд, но и сама броня. Однако сама тема не была закрыта, и первые образцы динамической защиты были разработаны в СССР в конце 1950-х годов НИИ Стали под руководством академика Богдана Войцеховского (Ленинская премия 1965 года); в середине 60-х годов аналогичные разработки провели в ФРГ инженер-исследователь Манфред Хельд (Manfred Held) — концерн MBB-Schrobenhausen. По ряду причин, таких, как достаточный уровень защиты советской БТВТ к моменту создания динамической защиты, её производство не начиналось до середины 80-х годов. Впервые динамическая защита, созданная на основе германского опыта, была установлена на танках Израиля во время Ливанской войны 1982 г.

См. также[править | править код]

  • Противотанковая управляемая ракета

ru.wikipedia.org

Ручная противотанковая граната

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.