Они умирали за родину без страха, со счастливой улыбкой на устах, а тот, кто не умирал, после возвращения домой заканчивал жизнь самоубийством. Они заплатили страшную цену — чтобы достичь эффекта в бою из них сделали киборгов, бесстрашных, но с очень коротким сроком эксплуатации. Кто они, универсальные солдаты? Как доктор Фрейд приучал пациентов к кокаину? Какая тайна связывала Булгакова с Герингом? И какой медицинский коктейль разрушил Адольфа Гитлера? Об этом и многом другом в программе Вячеслава Гармаша «В поисках истины. Наркотики Третьего рейха».

В Германии обнародованы детали засекреченной программы Третьего рейха — как выяснилось, во время Второй мировой войны многие солдаты вермахта шли в бой под воздействием наркотиков.

далее…


Могли не спать сутки напролет, не чувствовали ни страха, ни боли. Употребляло препарат и высшее командование, а испытывали его на узниках концлагерей.
Сильное впечатление на танкиста Петера Эммериха произвел препарат под названием «Первитин».
«В конце июня 1941-го мы перешли границу России и получили от нашего военврача по чудо-таблетке. Их давали всем, кто был за рулем. Как нам сказали, для бодрости», — вспоминает ветеран вермахта Петер Эммерих.
Чудо-таблетка бодрости — «Первитин», метиламфетамин. По химической формуле похож на современный наркотик экстази. После приема у солдат появлялась уверенность в себе, они не чувствовали боли и готовы были идти на любой риск. Такие универсальные солдаты как раз и нужны были командирам. Впрочем, и высший офицерский состав вермахта, включая Адольфа Гитлера, как уверяют немецкие историки, принимал «Первитин».
«Я чувствовал себя нормально, никакого опьянения. Просто я не хотел ни спать, ни есть. Времени на отдых не было. Приказ: любой ценой, только вперед», — говорит Петер Эммерих.
Войска гитлеровской Германии стали наркозависимыми задолго до операции «Барбаросса», вторжения в Советский Союз. В случае отсутствия «Первитина» солдатам разрешено было выдавать даже опиум. Однако «Первитина», его производили в Германии, как правило, хватало.
Доктор Горх Пикен уверен: метиламфетамин — один из секретов блицкригов Гитлера в Европе.


ленькая упаковка продавалась в аптеках рейха свободно. «Первитин» получали пилоты, бомбившие Лондон. Летчики Люфтваффе с таким допингом могли совершать по 6 боевых вылетов в день. Сколько в войсках съели этих наркотиков за всю войну, сосчитать невозможно.
Были не только таблетки. Чтобы было и вкусно и питательно, наркотики добавляли в шоколад. Специально для танкистов разработали так называемый «Панцершоколад с Первитином», для летчиков — «Флигершоколад». Немного другой состав. Кроме наркотических веществ — еще и кофеин.
Испытания спецпрепаратов проходили, в том числе и в концентрационном лагере «Заксенхаузен». В 1944 году на узниках лагеря испытали новый препарат под кодовым названием D-9, с добавлением кокаина.
«Они должны были ходить круг за кругом, за спиной у каждого были мешки с песком и камнями весом 15 килограммов, они имитировали снаряжение, — рассказывает научный руководитель мемориала «Концентрационный лагерь «Заксенхаузен» Астрид Ляй. — С использованием этих стимуляторов люди могли не останавливаться более суток»

www.stena.ee

Увеличивалась численность работающих на фабриках «Мерк» в Дармштадте, «Байер» в Рейнской области, «Берингер» в Ингельхайме. Росла зарплата рабочих. Фирма «Теммлер» тоже расширяла свою деятельность. Её главный химик доктор Фриц Хаушильд получил из США весьма эффективный амфетамин, именовавшийся бензедрином — в то время это допинговое средство ещё было легальным, — которое самым прямым образом сказалось на результатах проходивших в Берлине Олимпийских игр 1936 года.


<…>

Хаушильд усовершенствовал продукт и осенью 1937 года открыл метод синтеза метамфетамина. Вскоре после этого, 31 октября 1937 года, руководство фирмы «Теммлер» объявило о разработке первого немецкого метиламфетамина, по эффективности намного превосходящего американский бензедрин, после чего подало заявку в Имперское патентное бюро в Берлине. Торговая марка: первитин.

<…>

Руководство фирмы почуяло огромную прибыль и, прибегнув к услугам известного берлинского рекламного агентства «Матес и сын», провело доселе невиданную в Германии по масштабам промоутерскую кампанию.

<…>

В первые недели 1938 года, когда первитин начал своё триумфальное шествие, на столбах, стенах домов, в автобусах, поездах метро и электричках появились плакаты. Минималистские — в стиле той эпохи, — они содержали только название торговой марки продукта и медицинские показания к его применению: вялость, апатия, депрессия. Кроме того, на них были изображены характерные упаковки первитина в виде оранжево-синих трубочек с надписью наискось.


новременно с этим — ещё один рекламный трюк — все берлинские врачи получили от фирмы «Теммлер» письма, в которых без обиняков говорилось, что цель фирмы заключается в том, чтобы внушить лично каждому врачу: если кому-то что-то понравилось, он будет рекомендовать это другим. К письму прилагались бесплатные пилюли с тремя миллиграммами вещества, а также открытка для ответа с почтовой маркой: «Уважаемый герр доктор! Ваш опыт использования первитина, даже не самый успешный, представляет для нас ценность, поскольку даёт нам возможность произвести разграничение областей его применения. Мы будем очень благодарны вам за ваше сообщение на прилагаемой открытке». Новое средство проходило тестирование. Традиционный приём наркодилеров: первая доза бесплатно.

<…>

На прилагаемой карточке сообщалось, что данное средство сглаживает абстинентный синдром от употребления алкоголя, кокаина и даже опиатов. То есть своего рода средство, нейтрализующее воздействие наркотиков, которое должно было заменить все наркотики, и в особенности запрещённые.

<…>

Первитин стал симптомом формирования общества достижений. На рынке появились даже глазированные конфеты пралине, начинённые метамфетамином. На одну единицу этого удовольствия приходилось четырнадцать миллиграммов метамфетамина – почти в пять раз больше, чем содержалось в одной пилюле первитина. «Хильдебрандт-Пралине всегда приносит радость» – так звучал слоган рекламы этого весьма действенного лакомства: Mother’s little helper.


secretmag.ru

Наркотики сыграли важную роль во французской капитуляции 1940 года? Захватническая немецкая армия везла с собой 35 миллионов пилюль амфетамина, благодаря которым солдаты и офицеры могли бодрствовать сутками.

Правда ли, что в последние недели в бункере Адольф Гитлер был дряхлым наркоманом, страдающим от тяжелой абстиненции?

Новая книга рассказывает о наркомании в Третьем Рейхе.

46-летний Норман Олер (Norman Ohler) — немецкий писатель. Его предыдущие книги строились на выдуманных сюжетах, но в прошлом году появилась книга Blitzed — исторический труд о наркомании в нацистской Германии. Книга быстро стала бестселлером и была переведена на 18 языков. В Швеции книга вышла несколько недель назад под названием «Наркотики в Третьем Рейхе: допинговый блицкриг».

Норман Олер вырос в Берлине времен холодной войны. Стена пала, когда он был уже почти взрослым. Олер помнит течение 1990-х, когда молодежь из восточной и западной частей города собиралась в ветхих и заброшенных зданиях фабрик, слушала техно и экспериментировала с экстази и ЛСД.


Идею книги подал ему приятель-диджей. «А ты знаешь, какую роль наркотики сыграли в национал-социализме?» — спросил он.

Норман Олер не знал, но ему показалось, что это отличная идея для книги. Об этом не слишком много писалось. Изначально наркотики должны были стать фоном для художественного произведения. Но когда Норман Олер стал изучать военные архивы, то понял, что выпустит документальное исследование, пишет The Guardian.

Миф о человеке чистой жизни

В эпоху Веймарской республики между двумя мировыми войнами, прежде чем нацисты пришли к власти, Германия была мировым лидером по экспорту опиатов, в том числе морфина и кокаина. Наркотики можно было купить в аптеке.

В то же время в тесном кругу нацистской партии возник образ Адольфа Гитлера как человека чистой жизни, неустанно трудящегося на благо своей страны. Гитлер отрицал все возможные формы ядов в организме, он даже не пил кофе.

«Он — это гений и тело, — заявил один из товарищей Гитлера в 1930 году, — Он не пьет, ест практически одни овощи и не притрагивается к женщинам».

Нацисты хотели сказать, что только Германия занимает мысли Гитлера.

После прихода нацистов к власти в 1933 году отношение к наркотикам стало намного строже.


следующем году наркоманов нарекли «уголовниками и безумцами». Некоторые впоследствии стали жертвами программы умерщвления Т-4, их убивали при помощи смертельной инъекции вместе с физическими и психическими инвалидами. Других отправляли в концентрационные лагеря. Кроме того, нацисты стали связывать наркотики с евреями. Например, орган, следящий за расовой чистотой в нацистской Германии, утверждал, что злоупотребление наркотиками — одна из характерных черт еврейского народа.

Разумеется, в действительности все было иначе.

Собственный «чудо-наркотик»

Существовали наркотики, которые идеально подходили нацистам, несмотря на все запреты и наказания.

Главного химика компании Temmler доктора Фритца Хаушильда (Fritz Hauschild) вдохновили достижения ряда спортсменов, которые на Олимпийских играх в Берлине в 1936 году принимали американскую амфетаминовую смесь бензедрин. Хаушильд начал разработку собственного «чудо-наркотика». Год спустя ему был выдан патент на первый немецкий амфетамин — первитин.

Таблетки первитина имели в новой Германии огромный успех. Говорили, что они чудесным образом влияют на уверенность человека в себе, так что они стали «народным наркотиком». Множество граждан — от секретарей до машинистов — паровозов принимали препарат, чтобы сохранять бодрость и лучше работать.


Норман Олер называет первитин «национал-социализмом в пилюлях». Вскоре солдаты воюющей страны пали жертвами наркотической зависимости. Норман Олер приводит письмо с фронта, написанное солдатом Генрихом Бёллем (Heinrich Böll), будущим лауреатом Нобелевской премии по литературе 1972 года. В письме Бёлль просит родителей прислать ему первитин — единственное средство против постоянного желания спать, настоящего врага уставшего солдата.

В Берлине директор одного из государственных институтов доктор Отто Ратке (Otto Ratke) констатировал, что первитин — отличное средство для изнуренных солдат.

Ловушка захлопнулась: капитуляция Франции

Весной 1940 года Германия воплотила планы по захвату Франции.
Завоевание Польши годом ранее было скорее генеральной репетицией нового стремительного способа Германии вести войну — «блицкрига».
Но Франция — это не Польша.

Всему миру казалось, что там у Германии нет шансов на успех. С юга Францию защищала линия Мажино — практически неприступная полоса укреплений, совершенно неподходящая местность для молниеносных атак.

Единственный доступный путь располагался на севере — между Бельгией и Нидерландами. Но там немцам пришлось бы столкнуться с большей частью предположительно сильной и тренированной британско-французской армии.


Гитлер был в восторге от подготовленного немецким командованием нового плана. Для главного удара, осуществляемого в основном моторизованными частями, была выбрана гористая местность в Арденнах. Преимущество в воздухе и поросшие лесом горные гряды должны были прикрыть быстрое продвижение немецких частей и замаскировать их основную цель. Согласно плану, войска выходили на побережье вблизи Ла-Манша и блокировали переброшенные в Бельгию французские и британские дивизии. В Бельгии союзники ожидали удара немецких сил.

План вызвал сомнения у многих высокопоставленных немецких генералов. Будет ли наступление в Арденнах достаточно быстрым? Не успеют ли французы и британцы отступить и избежать ловушки, пока немецкие войска будут отдыхать, застряв на узких горных дорогах?

Армейским врачам разослали декрет: рекомендовалось давать каждому солдату по одной таблетке первитина днем и по две ночью, а также еще одну или несколько доз по мере необходимости. Таким образом круглые сутки поддерживалась максимальная возможная скорость наступления.

Немцы вступили во Францию с запасом в 35 миллионов таблеток первитина.

Немецкий план оказался успешным и даже превзошел все ожидания. Очевидно, британцам удалось эвакуировать большую часть дивизий из Дюнкерка, но капитуляция Франции в июне 1940 года шокировала весь мир.


В своей книге Норман Олер задается вопросом, смогла бы Германия разбить Францию, если бы Эрвин Роммель (Erwin Rommel) и другие командующие танковыми частями не бодрствовали сутки напролет.

Как бы то ни было, французский поход убедил немецких вождей в эффективности наркотиков. Солдатам больше не приходилось писать домой и просить прислать им препараты, как делал Генрих Бёлль. С тех пор доступ к наркотикам в немецкой армии стал почти неограниченным.

Но война продолжалась, и спрос тоже вырос. Ученые разрабатывали все более сильные средства. Одним из них была кокаиновая жевательная резинка — самый мощный наркотик из всех предлагаемых немецким военным.

Препарат тестировали в концентрационном лагере Заксенхаузен. Узников заставляли его принимать и ходить без остановки, пока они не падали без сил.

Гитлер — настоящий наркоман

Если верить книге Нормана Олера, диктатор Третьего Рейха был самым настоящим наркоманом, особенно в последние годы Второй мировой войны.

К концу 1944 года военные проблемы росли и нагромождались одна на другую. С запада наступали армии союзников. С востока более шести миллионов советских солдат уже стучались в двери Германии. Бомбардировщики уничтожали немецкие города и промышленные объекты. Но все более далекий от реальности фюрер на встречах с военным командованием сохранял удивительно хорошее настроение. Часто диктатор был взвинчен, оптимистичен и даже пребывал в эйфории.

Диктатор сидел на наркотиках — вот весьма правдоподобное объяснение его поведения.

Норман Олер изучил заметки лейб-медика Гитлера доктора Теодора Морелля (Theodor Morell). Гитлер и Морелль познакомились через общего приятеля задолго до войны. В конце 1920-х у доктора была небольшая частная клиника в Берлине. Морелль славился обыкновением делать своим пациентам витаминные инъекции.

Гитлер, у которого, по многим свидетельствам, был чувствительный желудок, не выносил пилюль. Но уколы Морелля ему нравились. От такого лечения диктатор чувствовал себя лучше. Вскоре Гитлер, проходивший под кодовым именем «пациент А», в вопросах здоровья уже не доверял никому, кроме доктора Морелля.

Но когда в военном 1941 году фюрер серьезно заболел, прежние уколы мало помогали. Нужны были более сильные средства. Морелль задумался над этой задачей. Сначала он протестировал на Гитлере, самом известном вегетарианце своего времени, инъекции гормонов животных. Продолжил усиленным коктейлем медицинских препаратов и в конце концов остановился на синтетическом опиате эукодал, который сегодня известен как оксикодон и имеет большое сходство с героином.

Диктатор получал инъекцию несколько раз в день, а позже лечение сочеталось с ежедневными дозами кокаина. Годы злоупотребления препаратами оставили глубокий след, в частности, повредили кровеносные сосуды Гитлера.

Морелль лечил и итальянского коллегу Гитлера Бенито Муссолини, чье кодовое имя было «пациент Д» в честь его прозвища «Дуче». Муссолини получал те же наркотики, что и Гитлер.

Тяжелая абстиненция

Похоже, последние недели были для Гитлера настоящим мучением.

Когда фабрики, производящие первитин и эукодал, оказались разрушены в бомбардировках, запас любимых наркотиков вождя начал иссякать. Для всех, у кого был доступ в бункер фюрера в Берлине, было очевидно, что состояние здоровья Гитлера резко ухудшилось.

Гитлер покрывался холодным потом, дрожал, у него текли слюни и он был бледен как полотно. Ученые предполагают, что он страдал от болезни Паркинсона.

А Норман Олер просто-напросто утверждает, что у Гитлера был тяжелый абстинентный синдром.

Наркотики закончились, и он почти проиграл Вторую мировую войну.

inosmi.ru

Книга немецкого писателя Нормана Олера The Total Rush раскрывает неизвестные подробности употребления в Третьем рейхе таких наркотиков, как кокаин, героин, морфин и прежде всего метамфетамин (он же первитин). В частности, Олер показал, как наркотики повлияли на психику Гитлера в его последние дни.

По словам Олера, если взять все изданные книги о нацистах, то цепочка из них окажется длиннее Шпрее. Трудно сообщить о фашистской Германии что-то новое. Однако историков мало интересует такая специфическая тема, как употребление наркотиков в Третьем рейхе, поэтому немецкий писатель взялся за эту работу. Вообще-то, Олер хотел написать роман. Однако первый же визит в архив заставил его изменить планы. Увидев документы Теодора Морелля, личного врача Адольфа Гитлера, писатель понял, что документальное повествование будет интереснее художественного. И принялся собирать материал.

История, рассказываемая Олером, начинается в годы Веймарской республики. Немецкая фармацевтическая промышленность процветала, экспортируя опиаты (в частности, морфин) и кокаин. Наркотики были на каждом углу. Как раз тогда приближенные Гитлера создавали ему образ деятеля, неустанно работающего на благо страны и не принимающего никаких наркотических средств, включая кофе.

По свидетельству одного из сподвижников Гитлера, он «умерщвлял плоть» так, что шокировал окружающих. Руководитель Национал-социалистической немецкой рабочей партии не употреблял алкоголь, был вегетарианцем и не касался женщин. Когда нацисты захватили власть в 1933 году, наркотики оказались вне закона. Наркоманов объявили «невменяемыми преступниками». Их отправляли в концентрационные лагеря или казнили посредством смертельных инъекций. Эксперты по расовой чистоте утверждали, что евреи были наркоманами по своей сути, и это послужило дополнительным поводом для преследований и убийств.
Однако препараты, способствующие повышению производительности труда, нацисты одобряли. Химики немецкой фирмы Temmler Werke, вдохновленные успешным применением амфетамина на Олимпийских играх 1936 года, разработали собственное «чудодейственное лекарство» — первитин (метамфетамин). Этот стимулирующий физическую активность наркотик произвел сенсацию и быстро распространился среди людей самых разных профессий. Олер называет этот препарат «нацизмом в таблетках».

Он приводит письмо Генриха Белля. В 1939 году будущий лауреат Нобелевской премии по литературе был на фронте и просил своих родителей прислать ему первитин для борьбы с сонливостью. Доктор Отто Ранке, директор Института общей и оборонной физиологии, пришел к выводу, что метамфетамин — прекрасное средство для солдат. Препарат позволял работать без отдыха 50 часов подряд.

В 1940 году первитин помог нацистам захватить Францию. Военные врачи следили, чтобы солдаты принимали по одной таблетке метамфетамина в день, две на ночь и еще одну или две — по необходимости.

Гитлер требовал наступать через Арденны. Генералы возражали: солдаты должны отдыхать ночью, поэтому есть риск застрять в горах. Стимулятор позволил армии бодрствовать в течение трех суток.

После этого лекарство рассматривалось как эффективное оружие. В 1944-1945 годах, когда нацисты осознали, что войну они проигрывают, в немецкий флот поступили одноместные подводные лодки. Идея была в том, чтобы подниматься в них по эстуарию реки Темзы. Пилоты снабжались жевательными резинками с кокаином, чтобы не спать несколько суток. Этот наркотик опробовали в концентрационном лагере Заксенхаузен на трассе по испытанию обуви. Узники совершали многокилометровый марш, пока не падали с ног.
Сам Гитлер вовсю употреблял наркотики. Этому способствовал его личный врач Теодор Морелль, чья репутация была построена на витаминных инъекциях. Фюрер страдал от сильных болей, однако Морелль сумел ему помочь. В 1941 году Гитлер серьезно заболел, и врач назначал ему все более сильные препараты, начав с гормонов и закончив опиоидом оксикодоном. В итоге фюрер принимал оксикодон два раза в день, сочетая его с щедрыми дозами кокаина, прописанного от боли в ушах после взрыва в ставке «Волчье логово».

Когда заводы, выпускающие первитин и оксикодон, разбомбили, а запасы препаратов иссякли, у Гитлера возник абстинентный синдром. Многие приближенные обращали внимание на его крайне болезненный вид. Высказывалось предположение о болезни Паркинсона. Вскоре Гитлер и его жена Ева Браун (еще одна пациентка Морелля) покончили жизнь самоубийством.

По мнению Олера, нацизм по сути представлял собой полный хаос. Метамфетамин помогал удерживать людей в системе, не позволяя им задумываться о происходящем.

https://topwar.ru/101461-vo-vsyu-dur.html

www.yaplakal.com

Фашистскую Германию по праву можно именовать страной наркоманов. Прием различных наркотических препаратов фактически был провозглашен государственной политикой. На лекарственных средствах наркотического действия сидели люфтваффе и вермахт. Баловалось различными наркотиками и руководство рейха. Это тем более удивительно, что формально нацистский режим много внимания уделял вопросам здоровья нации, а первая и довольно эффективная на начальном этапе антитабачная кампания была развернута именно в предвоенной Германии.

В годы Второй мировой войны немецких солдат часто пичкали наркотическими средствами, которые придавали им дополнительные силы и выносливость. По сути, настоящим секретным оружием в руках Гитлера были не ракеты ФАУ и не мифические проекты летающих тарелок, а лекарственное средство первитин. Исследование деятельности немецких врачей и медицины Третьего рейха в годы Второй мировой войны, которое было проведено Ассоциацией немецких докторов, установило, что в некоторых случаях немецким солдатам и офицерам перед боем выдавали специальные таблетки, которые существенно повышали их выносливость и позволяли воевать длительное время без отдыха и сна. Известно, что в вооруженные силы Германии с 1939 по 1945 год было поставлено более 200 миллионов таблеток первитина. Больше всего таких таблеток получили передовые части Вермахта, оккупировавшие Польшу, Голландию, Бельгию и Францию.

Метамфетамин, или первитин, — это искусственное производное амфетамина, кристаллическое вещество белого цвета, горькое на вкус и не имеющее запаха. Данное вещество является сильным психостимулятором с очень высоким потенциалом аддиктивности. В этой связи получило широкое распространение в качестве наркотика. Сегодня у первитина можно найти большое количество «уличных» названий: спиды, скорость, лёд, фен, мел, метамфетамин, винт и т.д. И если в наши дни воззрение на метамфетамин вполне однозначно, то еще несколько десятков лет назад оно таковым не являлось.

Впервые амфетамин, который был предшественником описываемого препарата, удалось синтезировать в Германии в 1887 году, а сам метамфетамин, более простой в употреблении, но при этом и гораздо более мощный, был синтезирован в 1919 году ученым из Японии А. Огатой. В 1930-е годы фармацевты компании Temmler Werke в Берлине применяли его как стимулирующее средство под названием первитин (Pervitin). С 1938 года данное вещество начали систематически и в больших дозах использовать в армии и оборонной промышленности (накануне Второй мировой войны таблетки первитина официально входили в «боевой рацион» танкистов и летчиков).

Таблетки первитина и танковый шоколад (Panzerschokolade)

В 1938 на производимый берлинской компанией «Теммлер» продукт обратил свое внимание директор Института общей и военной физиологии берлинской Академии военной медицины Отто Ранке. Первитин представлял собой препарат из класса амфетаминов, он оказывал то же действие, что и адреналин, вырабатываемый человеческим организмом. По своей сути, амфетамины были допингом, разгоняющим сон, увеличивающим способность к концентрации, чувство уверенности в собственных силах и готовности идти на риск. Одновременно с этим у человека, принимающего первитин, притуплялось чувство голода и жажды, уменьшалась чувствительность к боли.

Немцы рассматривали первитин как средство, которое следует выдавать солдатам в редких случаях, когда им предстоит выполнить особо трудное задание. В наставлении для флотских врачей особенно подчеркивалось: «Медицинский персонал должен понимать, что первитин — это очень сильный стимулятор. Данное средство в состоянии помочь любому военнослужащему достичь существенно большего, чем он обычно мог бы сделать».

Стимулирующий эффект данного вещества заключался в бодрости и повышении активности, приподнятом настроении, снижении утомляемости, понижении аппетита, снижении потребности во сне, росте способности концентрировать свое внимание. В настоящее время амфетамины (в странах, в которых их использование разрешено законом) с лечебной целью могут назначаться при нарколепсии (непреодолимая патологическая сонливость) и СДВГ — синдроме дефицита внимания и гиперактивности.

В немецкой армии первитин использовался для борьбы с усталостью во время длительных маршей (перелетов), для концентрации внимания. Имеется информация о том, что Адольф Гитлер принимал первитин в виде внутривенных инъекций с 1942 года (по другим данным еще раньше — с 1936 года) от своего личного врача Теодора Мореля. При этом после 1943 года инъекции начали делать по нескольку раз в день. Параллельно с этим Гитлеру делались инъекции юкодала. Принимая вещества с такой регулярностью и в таком сочетании, человек очень быстро на них «подсаживается». Можно с уверенностью утверждать, что к моменту смерти в 1945 году Гитлера уже можно было назвать наркоманом со стажем. При этом на тот момент наркомания была в Германии уголовно наказуемым преступлением.

Стоит отметить, что болезнь довольно сильно поражала верхушку рейха. Так, один из главных приближенных Гитлера, рейхсмаршал Герман Геринг, был морфинистом. Американцы, которые взяли его в плен, обнаружили в его имуществе 20 тысяч ампул с морфием. В качестве одного из главных нацистских преступников он был привлечен к суду Международного военного трибунала в Нюрнберге, при этом в тюрьме Геринга подвергли принудительной лечебной терапии.

Изначально первитин раздавали военным водителям, которые меньше уставали и чувствовали себя бодрее. После этого препарат получил очень широкое распространение в войсках, которые принимали непосредственное участие в боевых действиях. Только между апрелем и июлем 1940 года в войска было передано 35 миллионов таблеток первитина и изофана (модификация препарата, производством которой занималась компания «Кнолль»). Препарат на тот момент раздавался бесконтрольно, нужно было лишь попросить. Каждая таблетка первитина содержала в себе 3 мг активного вещества. На упаковках с препаратом было указано «стимулятор». Инструкция рекомендовала принимать 1-2 таблетки для того, чтобы побороть сон. Вера в безопасность данного психостимулятора была так велика, что в продаже даже появились специальные конфеты с начинкой из первитина. Они получили название «panzerschokolade» — танковый шоколад.

В мае 1940 года 23-летний солдат, которого звали Генрих Белль, писал своей семье с передовой. Он много жаловался на усталость и просил своих родных выслать ему первитин. Генрих был большим поклонником данного средства. Всего одна таблетка, по его словам, могла заменить литры самого крепкого кофе. После приема препарата, пусть и всего на несколько часов, исчезали все тревоги, человек становился счастливым. Через треть века в 1972 году этот бывший солдат Вермахта получит Нобелевскую премию по литературе.

Однако со временем врачи стали замечать, что после приема первитина необходимо долго приходить в себя, а эффект от приема таблеток падает, если принимать их часто. При этом вскрылись и более серьезные побочные эффекты. Несколько человек даже скончались от передозировки. По просьбам со стороны своих подчиненных группенфюрер СС Леонардо Конти, имперский руководитель здравоохранения, попытался даже ограничить применение первитина. 1 июля 1941 года данный стимулятор был включен в список препаратов, которые необходимо было выдавать лишь по особому разрешению. Однако в вермахте данное предписание, по сути, проигнорировали, полагая, что вражеские пули, снаряды и мины гораздо опаснее, чем таблетки, которые в некоторых случаях помогают воевать.

Постепенно врачи и ученые выявляли все больше побочных эффектов при приеме психостимуляторов. Отмечалось, что при передозировке, которая была вполне возможной в боевой обстановке, все положительные эффекты от препарата проявлялись в чрезмерном виде. Повышенная активность под воздействием амфетамина с повышением дозы препарата становилась бесцельной: к примеру, выполнение большого объема стереотипной работы без особой на это надобности, но с преувеличенной тщательностью, длительный поиск каких-либо предметов. Коммуникативность переходила в болтливость, патологическую обстоятельность речи. А злоупотребление амфетамином в сочетании с накапливающимся недостатком сна могло привести к развитию шизофреноподобного психоза. По окончании действия препарата за описанными поведенческими реакциями практически всегда следовало понижение эмоционального фона, иногда доходящее до зрительных иллюзий, депрессии, проявляющихся индивидуально для каждого конкретного человека. Также для психостимуляторов был характерен эффект накопления усталости — при прекращении их приема у человека проявляла себя подавленная препаратом потребность во сне и в еде.

Объяснялось это тем, что все стимуляторы активировали «резервы» человеческого организма и после прекращения эффекта от их приема необходимо время на их восстановление. При этом при повторных приемах довольно быстро возникала психическая зависимость. При регулярном приеме амфетамина его стимулирующее действие улетучивается и для достижения приятных ощущений человеку нужна большая доза. При длительном приеме психостимуляторов происходила психопатизация личности. В результате этого человек становился менее чувствительным к страданиям других людей, более черствым, настроение его быстро падало, вплоть до желания совершить самоубийство. Все эти выявленные побочные эффекты стали причиной того что в июле 1941 года первитин был включен в особый список препаратов, распространение которых должно было строго контролироваться.

Стоит отметить, что в годы Второй мировой войны не отставали от немцев и союзники. Так, у американских солдат в ежедневном пайке наравне с консервами и другой едой, сигаретами и жвачкой имелась и упаковка с 10 таблетками амфетамина. Данные таблетки совершенно точно использовались американскими десантниками в «День Д», что было вполне объяснимо, ведь им пришлось на протяжении суток, а иногда и больше, решать различные боевые задачи в тылу немецких войск, в отрыве от частей первого эшелона морского десанта. Британские войска в годы Второй мировой войны использовали 72 миллиона таблеток амфетамина. Довольно активно данные стимуляторы использовались летчиками королевских ВВС.

Таблетки D-IX

Сегодня ни для кого не является секретом, что нацистский режим проводил на узниках концлагерей разнообразные медицинские эксперименты. Для немцев узники были дешевым расходным материалом для опытов. Проводили над узниками и эксперименты с выдачей наркотиков, хотя информацию об этом и спустя 70 лет после победы все еще приходится собирать по крупицам. Чаще других концлагерей, где могли ставить подобные эксперименты, упоминается лагерь смерти Заксенхаузен. В этой связи вспоминают «Экспримент D-IX» — кодовое название нового наркотического вещества, испытания которого начались в конце 1944 года. Как раз в эти сроки узником лагеря Заксенхаузен был Одд Нансен, являющийся сыном известного на весь мир полярника и исследователя Арктики Фритьофа Нансена. В своем дневнике он оставил такую запись: «В самом начале заключенные-штрафники, на которых испытывали новый препарат, радовались и даже пели песни, но после 24 часов непрерывной ходьбы большая их часть просто падала на землю от бессилия».

По словам Одда Нансона, 18 узникам концлагеря пришлось без остановок пройти в общей сложности около 90 километров, неся за спиной груз весом 20 кг. В лагере этих заключенных, которые стали для Третьего рейха «подопытными кроликами», прозвали «наркотическим патрулем». Все узники, по словам Нансена, знали или догадывались, что нацисты занимаются проведением испытаний «средства для сохранения энергии человеческого тела». Свои жизненные наблюдения Нансен после войны рассказал немецкому историку Вольфу Кемплеру, который позднее, основываясь на этих воспоминаниях, а также ряде других документов, «сделает себе имя», выпустив свою книгу «Нацисты и Speed — Наркотики в Третьем рейхе». В своей книге Вольф Кемпер писал, что идея нацистов заключалась в том, чтобы превратить обыкновенных солдат, летчиков и моряков в подобие роботов, которые обладали бы сверхчеловеческими способностями. Вольф Кемпер утверждал, что приказ о создании сильнодействующего препарата поступил из ставки фюрера в 1944 году.

По некоторым данным именно в 1944 году немецкий вице-адмирал Хельмут Хейе провел спецсовещание с руководством медицинской службы и ведущими специалистами в области фармакологии, которые на тот момент оставались в Германии. Вице-адмирал считал, что настало время для разработки суперсовременного медпрепарата, который позволил бы солдатам и матросам рейха лучше переносить воздействие различных отрицательных стрессовых ситуаций в течение долгого времени, а также давал им возможность действовать более хладнокровно и уверенно в любых даже самых сложных ситуациях. Многие руководители спецподразделений Германии захотели снабдить такими «чудо-таблетками» своих подчиненных, поэтому поддержали идею Хельмута Хейе.

Хайе смог получить разрешение на формирование в городе Киле особой медицинской исследовательской группы, которой руководил профессор фармакологии Герхард Орчеховский (Gerhard Orchehovsky). В задачу данной группы входило проведение всего цикла работ по разработке, испытанию и запуску в серийное производство препарата с упомянутыми выше характеристиками. Чудо-таблетка была протестирована в 1944 году в концлагере Заксенхаузен, она получила обозначение D-IX. В составе таблетки было 5 мг кокаина, 3 мг первитина и 5 мг оксикодона (болеутоляющее средство, относится к полусинтетическим опиоидам). В наши дни любого человека, пойманного с такими таблетками, могли бы посадить в тюрьму, как наркодиллера. Но в нацистской Германии препарат планировалось раздавать подводникам.

После окончания Второй мировой войны многие немецкие фармацевты были вывезены или выехали в США, где продолжили работы над созданием стимуляторов. Только в 1966-1969 годах американская армия получила 225 миллионов таблеток декстроамфетамина и первитина. Данные препараты применялись и в корейской, и во вьетнамской войнах. По официальным данным, употребление американскими солдатами первитина прекратилось лишь в 1973 году.

Источники информации:
http://expert.ru/2013/06/6/narkomanyi-tretego-rejha
http://med-info.ru/content/view/1381
http://tvzvezda.ru/news/forces/content/201503211617-lr2u.htm
http://www.novayagazeta.ru/comments/67918.html?p=3
http://ru-history.livejournal.com/3417795.html

topwar.ru

Фашистскую Германию по праву можно назвать страной наркоманов. Прием наркотических лекарств фактически был провозглашен политикой государства. На лекарствах наркотического действия сидели вермахт и люфтваффе. «Баловалась» ими и верхушка Третьего рейха.

Немецких солдат пичкали наркотическими средствами, придававшими силы и выносливость. Настоящим секретным оружием Гитлера были не ракеты ФАУ и не летающие тарелки, а лекарство первитин, сейчас больше известное под названием «спид». Исследование медицины Третьего рейха и деятельности немецких врачей в годы Второй мировой войны, проведенное Ассоциацией немецких докторов, обнаружило, что немецким солдатам и офицерам перед боем давали таблетки, которые значительно повышали их выносливость и позволяли воевать много часов без сна и отдыха. Известно, что вермахту и люфтваффе в 1939–1945 годах были поставлены свыше 200 млн таблеток первитина. Больше всего «спида» получали передовые части, оккупировавшие Польшу, Францию, Голландию, Бельгию и другие страны. Так что блицкригом Гитлер в немалой степени был обязан первитину, стимулятору, в основе которого лежит кокаин и который испытывался на узниках концлагерей. 

Немецкие солдаты называли его Panzerschokolade — «танковый шоколад». В Великобритании газеты со страхом писали о «чудодейственных таблетках», которыми пользуется враг. На первитине сидел сам фюрер. Гитлеру его с 1936 года колол личный врач Теодор Морель.

На танковый шоколад подсела вся Германия. В мае 1940 года 23-летний солдат по имени Генрих Белль написал семье письмо с передовой. Он жаловался на усталость и просил родных достать ему первитин. Генрих был большим поклонником этого лекарства. Всего одна таблетка, по его словам, заменяла литры очень крепкого кофе. После приема первитина пусть и на несколько часов исчезали все тревоги и приходило счастье. Через треть века, в 1972 году, автор этого письма получил Нобелевскую премию по литературе.

Особенно широкое применение первитин получил на Восточном фронте, где шли наиболее упорные бои. Криминалист Вольф Кемпер, автор книги «Нацисты на спиде», в которой рассказывается об использовании в Третьем рейхе наркотиков, описал типичный случай его использования.

В январе 1942 года в 30-градусные морозы немецкая часть численностью примерно 500 солдат и офицеров попала в окружение.

«Когда солдаты начали падать в снег и говорить, что хотят умереть, — писал в донесении военврач части, — я решил дать им первитин. Через полчаса почти всем стало намного лучше. Они встали и заявили, что готовы идти в бой».

При помощи первитина немцам удалось прорвать кольцо и выйти из окружения.

Конечно, первитин повышал выносливость и бодрость, но обладал высокой аддиктивностью и имел множество побочных эффектов: головокружение, потливость, депрессии, галлюцинации и т.д. Известно немало случаев, когда прием этого лекарства приводил к летальным сердечным приступам и самоубийствам. В руководстве Третьего рейха не обращали внимания на «незначительные» издержки — тысячи солдат «подсаживались» на таблетки и постепенно превращались из суперменов в ни на что не годных солдат.

Немало медиков, конечно, понимали опасность такого «лечения» и не хотели пичкать соотечественников «танковым шоколадом». Ограничить его применение, правда, безуспешно пытался даже Леонардо Конти, статс-секретарь МВД Германии по санитарной службе и народному здоровью и имперский руководитель здравоохранения Третьего рейха с 1939 года.

Конечно, первитин был не единственным тайным оружием Гитлера. Нацистские медики активно испытывали на узниках концлагерей и другие лекарств, популярные сейчас у любителей «поймать кайф». Последним секретным оружием Германии, на которое Гитлер надеялся не меньше, чем на ракеты ФАУ, было, считает Вольф Кемпер, лекарство под кодовым названием D-IX. В основе этого лекарства наркотического действия, которое испытывалось в концлагере Шашенхаузен, тоже лежал кокаин.

Заключенным давали первитин, вешали на спину 25-килограммовые рюкзаки и заставляли проходить без отдыха по 110 километров.

Замыслу нацистских бонз превратить солдат Третьего рейха при помощи чудодейственных препаратов в суперменов помешало вторжение союзников в Нормандию в июне 1944 года и сильнейшие бомбежки Германии союзной авиацией.

Отвечал за проект Отто Ранке, военный врач и директор Института общей и оборонной физиологии при Академии военной медицины в Берлине. Известно, что немецкие ученые экспериментировали с ЛСД. Они полагали, что он способен улучшать память, контролировать поведение и помогать при допросах.

Еще несколько лет назад считалось, что крупнейшая немецкая фармацевтическая компания Merck еще перед Первой мировой войной разработала экстази для подавления у солдат аппетита. Правда, в самой компании сейчас утверждают, что Антон Коллиш синтезировал экстази в 1912 году для предотвращения образования тромбов.

expert.ru

Раскрыта ещё одна тайна архивов Третьего рейха. Выяснилось, что во время Второй мировой войны многие солдаты и офицеры вермахта шли в бой под воздействием наркотиков, которые испытывали на узниках концлагерей.

Легендарные Т-34 танкист Петер Эммерих увидел в самом начале войны. Эта машина превосходила все танки, которые тогда стояли у немцев на вооружении. Но Петеру не было страшно идти в бой.

«В конце июня 1941-го мы перешли границу России и получили от нашего военврача по чудо-таблетке. Их давали всем, кто был за рулем. Как нам сказали, для бодрости», — вспоминает ветеран вермахта Петер Эммерих.

Чудо-таблетка бодрости – «Первитин», метиламфетамин. По химической формуле похож на современный наркотик экстази. После приема у солдат появлялась уверенность в себе, они не чувствовали боли и готовы были идти на любой риск. Такие универсальные солдаты как раз и нужны были командирам. Впрочем, и высший офицерский состав вермахта, включая Адольфа Гитлера, как уверяют немецкие историки, принимал «Первитин».

«Я чувствовал себя нормально, никакого опьянения. Просто я не хотел ни спать, ни есть. Времени на отдых не было. Приказ: любой ценой, только вперед», — говорит Петер Эммерих.

Страшные побочные эффекты. Испытания показали, что у солдат случаются нервные срывы, неконтролируемые приступы ярости. Каждый прием наркотический спецсредств вызывал слабовыраженный отек мозга, перевозбуждение нервных клеток. Все это было известно командованию. Но, как свидетельствуют архивы, не принималось в расчет. Цель оправдывала средства.

«Только лишь для операции «Вестфельдцуг» по захвату стран Бенилюкса и Франции в апреле 1940-го вермахт заказал 35 миллионов таблеток «Первитина», — рассказывает научный руководитель музея истории Бундесвера Горх Пикен.

Доктор Горх Пикен уверен: метиламфетамин — один из секретов блицкригов Гитлера в Европе. Маленькая упаковка продавалась в аптеках рейха свободно. «Первитин» получали пилоты, бомбившие Лондон. Летчики Люфтваффе с таким допингом могли совершать по 6 боевых вылетов в день.

Были не только таблетки. Чтобы было и вкусно и питательно, наркотики добавляли в шоколад. Специально для танкистов разработали так называемый «Панцершоколад с Первитином», для летчиков – «Флигершоколад». Немного другой состав. Кроме наркотических веществ — еще и кофеин.

Испытания спецпрепаратов проходили, в том числе и в концентрационном лагере «Заксенхаузен». В 1944 году на узниках лагеря испытали новый препарат под кодовым названием D-9, с добавлением кокаина.

«Они должны были ходить круг за кругом, за спиной у каждого были мешки с песком и камнями весом 15 килограммов, они имитировали снаряжение, — рассказывает научный руководитель мемориала «Концентрационный лагерь «Заксенхаузен» Астрид Ляй. — С использованием этих стимуляторов люди могли не останавливаться более суток».

Уникальные документы — результаты испытаний. Видно, группа заключенных на смеси с кокаином маршировала на плацу с 17 декабря по 20-е без перерыва.

Подобные психостимуляторы в конце войны поступили на вооружение экипажей подводных лодок.

«Нужно себе представлять, что команда подводников вынуждена была не спать по пять суток. Сон означал смерть в водах, где проходили маршруты кораблей противника. А эти таблетки позволяли не спать и семь суток», — рассказывает историк Йенс Венер.

После разгрома фашистской Германии производство «Первитина» было приостановлено. Медицинской статистика в отношении наркозависимых бывших солдат рейха, которые испытывали жесточайшую ломку, насколько известно, не велась.

www.1tv.ru

1338412801_vermaht-pod-kayfom-0001

Солдатам вермахта во время Второй мировой войны давали первитин (метамфетамин). Он помогал им выдерживать длительные марш-броски и сражаться в самых трудных условиях. «Идея была в том, чтобы превратить обычных солдат, моряков и летчиков в роботов, обладающих сверхчеловеческими способностями», — отмечает фармаколог Вольф Кемпер, автор книги Nazis on Speed – об употреблении наркотических веществ в Третьем рейхе. Правдивость утверждений Вольфа Кемпера подтверждает директива верховного командования вермахта, подписанная Гитлером: «Возможные осложнения (от применения препаратов) и даже потери не должны беспокоить совесть медиков. Ситуация на фронте требует от нас полной отдачи».

Использовать первитин Адольфу Гитлеру предложил глава Института физиологии Берлинской академии военной медицины Отто Ранке. За время Второй мировой войны гитлеровские солдаты приняли 200 миллионов таблеток первитина.

3559054599_b334b7fc73_o

Показательна история финского солдата Аймо Койвунена. Зимой 1944 во время разведки в нашем тылу, его группа попала в засаду. После длительной перестрелки Аймо одному удалось вырваться из окружения. Началась погоня по снежной целине, когда финн вспомнил, что в его нагрудном кармане хранится запас первитина на всю разведгруппу – 30 таблеток. Времени совсем нет, но он успевает высыпать в рот пригоршню таблеток. И на этом допинге отрывается от погони.

Потом передозировка первитина начинает действовать. Койвунен замечает, что у него начинаются проблемы со зрением. Он впадает в состояние транса на несколько дней, чередующегося короткими фазами сна, бодрствования и галлюцинаций. Во время короткого периода ясного рассудка Койвунен осознает свою ситуацию – он находится один на расстоянии 100 км от линии фронта. У него нет боеприпасов и нет продовольствия.

В течение двух недель он старается пробиться к своим, обходя советские войска. За это время проходит около 400 км при температуре ниже 20 градусов, питаясь только сосновыми почками и пойманной кукшей, которую он ест сырой. В конце концов он получает ранение, наехав на мину и неделю лежит в снежной яме в ожидании помощи. Каким-то чудом финны его находят и доставляют в госпиталь. Его пульс бьется с частотой 200 ударов в минуту. Он похудел до 43 килограммов.

0,,18530584_403,00

Добровольный читательский взнос на поддержание проекта

virtoo.ru

Наркотики третьего рейха

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.