Для ВВС Франции 10 мая 1940 г. настал «момент истины», когда на смену размеренной, временами даже ленивой, боевой работе прежних месяцев «Странной войны» пришла яростная борьба с полным напряжением всех сил. Люфтваффе начали активную деятельность в небе Франции.

Увы, к этому моменту французская истребительная авиация подошла далеко не в оптимальной форме. Лучшими частями, безусловно, были четыре группы «хоков». Их личный состав в полной мере освоил свои машины и на боевом опыте убедился, что на «кертиссах» можно достаточно успешно противостоять «мессершмиттам». В десяти группах сохранялись Мораны-Сольнье MS.406 – физически относительно новые, но морально уже устаревшие. Единственным «козырем» их пилотов в схватках с новейшими модификациями немецких истребителей Мессершмитт Bf 109E могла стать, разве что, хорошая изученность своих самолетов. А этого как раз не хватало семи группам, получившим истребители «Марсель Блох». Четыре из них были полностью укомплектованы самолетами МВ.152, а ещё в трех имелись также и МВ.151, изначально рассматривавшиеся как переходные машины и не предусматривавшиеся для поставок в части «первой линии».


тому же, «блохи» страдали от многочисленных неисправностей. Ещё хуже была ситуация с новейшими «Девуатинами» D.520 – единственная группа, успевшая к 10 мая 1940 г. получить такие машины даже не находилась в составе фронтовой авиации, дислоцируясь в тылу. Следует упомянуть и шесть эскадрилий двухмоторных истребителей «Потэз» P.631 – пять ночных и одну дневную. Таким образом, в составе четырех зон воздушных операций находились 21 истребительная группа и шесть отдельных эскадрилий. По состоянию на 10 мая в общей сложности в них насчитывалось 689 самолетов, в т.ч. 490 исправных: 313 MS.406 (229 исправных), 116 Н.75 (97 исправных), 185 МВ.151/152 (111 исправных) и 75 Р.631 (53 исправных). Наиболее мощная группировка, насчитывающая 11 групп и все шесть отдельных эскадрилий (389 самолетов, из них 282 боеготовых) была сосредоточена в Северной зоне воздушных операций. Сведенные в четыре групмента (в т.ч. один – ночных истребителей), они прикрывали границу с Бельгией, побережье Па-де-Кале и район Парижа. В Северной зоне находилось пять из семи боеготовых групп с «марсель блохами», но такое сосредоточение наиболее новых истребителей сыграло плохую службу – уровень боеготовности их групп был гораздо ниже, чем частей, вооруженных «моранами» и «кертиссами». Наглядно это видно на примере 21-го и 23-го групментов. Первый из них, объединявший четыре группы «блохов» и одну MS.406, имел 146 самолетов, но только 94 боеготовых, а второй, включавший две группы «мора-нов» и две Н.75 (плюс одну дневную эскадрилью «потэзов») – 136 машин, но из них исправных – 114.


Достаточно сильной была группировка истребительной авиации в Восточной зоне: шесть групп, в т.ч. три с «моранами», две с Н.75 и одна с МВ.152 (193 самолета, из них 133 исправных). Считавшиеся второстепенными Южная зона и Зона Альп имели только по две истребительные группы. В первом случае обе были укомплектованы MS.406 (71 самолет, из них 54 исправных), во втором – одна летала на «моранах», вторая – на МВ.151 и МВ.152 (в общей сложности 36 самолетов, из них 21 исправный).

Истребительные части «первой линии» по состоянию на 10 мая 1940 г.







Часть Тип самолётов
Количество (общее/боеготовых) Дислокация
ZOAN
Groupement de Chasse 21
GC I/1 MB.152 23/15 Шантильи лес Эглес
GC II/1 MB.152 25/18 Бюк
GC III/3 MS.406 28/23 Бове-Тилль
GC II/10 MB.151/152 31/20 Руан Боос
GC III/10 MB.151/152 39/18 Гавр Октевилль
Всего 146/94
Groupement de Chasse 23
GC II/2 MS.406 26/22 Лаон
GC III/2 MS.406 34/28 Камбрэ Нигерни
GC I/4 H.75 30/29 Вез-Туси
CG I/5 H.75 29/25 Сюппэ
ECMJ 1/16 P.631 17/10 Вез-Туси
Всего 136/114
Groupement de Chasse 25
GC III/1 MS.406 30/20 Норрен-Фонте
GC II/8 MB.152 19/11 Кале-Марк
Всего 49/31
Groupement de Chasse de Nuit
ECN 1/13 P.631 12/8 Мо-Эсбли
ECN 2/13 P.631 11/7 Мелун-Вилларош
ECN 3/13 P.631 12/10 Плесси Бельвилль
ECN 4/13 P.631 12/7 Бец-Булланси
ECN 5/13 P.631 11/11 Лоетте
Всего 58/43
Итого в ZOAN 389/282
ZOAE
Groupement de Chasse 22
GC I/2 MS.406 31/27 Туль-Оше
GC II/4 H.75 31/29 Ксаффевильер
GC II/5 H.75 26/14 Туль-Круа де Мец
GC II/6 MS.406 34/20 Англуар-Вуарсе
GC III/7 MS.406 34/23 Витри ле Франсуа
GC I/8 MB.152 37/20 Верлен эн Хай
Итого в ZOAE 193/133
ZOAS
Groupement de Chasse 24
GC III/6 MS.406 36/30 Шиссэ сюр Луа
GC II/7 MS.406 35/24 Люксей-Сен Совьер
Итого в ZOAS 71/54
ZOAA
GC I/6 MS.406 25/12 Марсель-Мариньян
GC III/9 MB.151/152 11/9 Лион-Брон
Итого в ZOAA 36/21

При анализе таблицы в глаза бросается сверхкомплект, имеющийся во многих истребительных группах. Таким образом французское командование пыталось компенсировать технические проблемы и поддерживать исправность техники на уровне, близком к штатному. Но даже и это не всегда помогало, что особенно заметно на примере частей со все теми же «блохами». Например, группы GC II/10 и GC III/10, сформированные на базе местных эскадрилий ПВО, имели соответственно 31 и 39 самолетов, но из них исправных – только 20 и 18. Одной из причин было наличие в обеих указанных частях наряду с МВ.152 более старых МВ.151.

***

Германское командование, опираясь на опыт кампаний в Польше и Норвегии, при планировании удара по Франции строило расчет на факторе внезапности. Предполагалось в самые первые часы наступления нанести серию мощных авиаударов, призванных парализовать Армэ де л’Эр (и британскую авиацию, дислоцированную во Франции). Главный же удар наземных частей направлялся в обход линии Мажино – через территорию нейтральных Нидерландов (18-я армия), Бельгии (6, 4 и 12-я армии) и Люксембурга (16-я армия).


10 мая 1940 г. французские аэродромы проснулись ещё до рассвета. Армэ де л’Эр вовсе не горели желанием быть застигнутыми врасплох, и с первыми лучами солнца в воздух поднялись истребительные патрули. В частности, в Сюппэ в 4:45 стартовала пара «хоков» группы GC I/5. Правда, у одного «Кертисса» вскоре забарахлил двигатель, и он вынужден был вернуться на аэродром. В воздухе остался сержант-шеф Франсуа Морель. Внезапно он увидел семерку двухмоторных самолетов, опознанных как тяжелые истребители Мессершмитт Bf-110. Несмотря на подавляющее численное превосходство противника, Морель отважно бросился и смог с первого же захода подбить одного «церштерера». Самолет, принадлежавший отряду 3./ZG 26, с горящим двигателем сел в поле. Морелю же пришлось пикированием спасаться от остальных Bf-110, собиравшихся расправиться с наглым одиночкой.

Между 4:55 и 5:15 в воздух поднялись ещё три патруля. Одну из них вел капитан Жан-Мари Аккар, командир 1-й эскадрильи группы GC I/5. Этот опытный пилот был одним из авторов тактических указаний по применению истребителей Н.75, разработанных осенью 1939 г. в специальной исследовательской эскадрилье. Его бессменным напарником был чех сержант Франтишек Перина. Встретив одиночный немецкий Dornier Do-17, отставшего от строя группы II/KG 2, они совместно с парой «хоков» из GC I/4 сбили его. Су-лейтенанты Огюст Гупи, Жан-Мари Рей и сержант Луи Бувар вступили в бой с основной группой «бомберов» из II/KG 2. Плотный оборонительный огонь бортстрелков бомбардировщиков помешал учинить разгром – удалось сбить лишь одного «Дорнье», при этом Гупи получил ранение в ногу.


Несладко пришлось личному составу группы GC II/4 – утром над её аэродромом стоял туман, помешавший поднять в воздух патрули, а едва он стал рассеиваться, как над Ксаффевильером появились вражеские бомбардировщики, сбросившие около полусотни бомб. В результате было уничтожено шесть «хоков». Налету подвергся и аэродром Туль-Круа де Мец. Два пилота базировавшейся здесь GC II/5 под градом бомб сумели поднять свои машины в воздух и, нагнав «бомберов», сбить пару Хейнкелей Hе-111. Но по возвращении на аэродром вместо похвалы они получили …выговор за взлет без команды! Правда, на следующий день этим сорвиголовам все-таки засчитали их победы. На аэродроме Лаона в такой же спешке взлетали «мораны» GC II/2 – командир группы полковник Бертран вскочил в свой самолет, не успев надеть ни летного комбинезона, ни парашюта. После взлета «мораны» атаковали группу Hе-111, бомбивших железнодорожный вокзал в Лаоне. При этом самолет Бертрана получил серьезные повреждения, но пилоту удалось посадить израненную машину.

Во второй половине дня сержант Антуан да ла Шапель из GC II/4 сбил Hе-111, принадлежавший отряду 9./KG 55, но его «Кертисс» получил при этом повреждения и выбыл из строя. В довершение всего, несколько Bf-110 смогли застать врасплох патрульное звено Н.75, сбив две машины. Сержант Жорж Баллин смог выпрыгнуть с парашютом, а су-лейтенант Раймон Тиксье погиб. В общем, первый день блицкрига для GC II/4 трудно назвать удачным.

10 мая налету подвергся и аэродром Норрен-Фонте, где дислоцировались «мораны» группы GC III/1. Когда техники занимались предполетной подготовкой, над аэродромом внезапно пронесся одиночный Не-111. Встревоженные французские пилоты поднялись в воздух и, как оказалось – как раз вовремя: к аэродрому приближалась большая группа «хейнкелей». Такие машины, к тому же, следовавшие без истребительного прикрытия, не были трудными целями для MS.406 – пилоты GC III/1 сбили сразу шесть бомбардировщиков! А вот группа GC III/2, дислоцировавшаяся на аэродроме Камбрэ-Нигерни, в первый день блицкрига потеряла в воздухе и на земле 14 «моранов».

Около 18:00 «дорнье» из III/KG 3 атаковали аэродром Сюппэ. Благодаря хорошей маскировке налет особого ущерба не причинил – лишь два Н.75 получили незначительные повреждения. А вот поднятая в воздух по тревоге девятка «хоков» из GC I/5 сумела, что называется, отыграться по полной. Первым настиг противника сержант-шеф Леон Виллемен, подбивший один Do-17. Дальше за дело принялись капитан Аккар с сержантом Периной, сбившие одного за другим три «бомбера». За ними в бой вступили два звена 2-й эскадрильи. Су-лейтенант Варнье сбил два Дорнье Do-17 (одного из них – совместно с су-лейтенантом Пьером Скоттом), третью машину уничтожил су-лейтенант Жорж Лефоль. Не обошлось и без потерь – сопровождавшие «бомберов» Bf-110 сбили «Кертисс» сержанта Эдуара Прё (пилот спасся с парашютом). Пулеметное вооружение винтовочного калибра, стоявшее на «хоуках», вынуждало практически вплотную сближаться с атакуемыми бомбардировщиками, попадая в зону их оборонительного огня. В итоге, несколько Н.75 получили повреждения, а Варнье вынужден был сажать свою машину «на брюхо». В общей сложности за 10 мая группа GC I/5 записала на свой счет 10 достоверных воздушных побед. Всего же за первый день «блицкрига» французские истребители записали на свой счет 36 сбитых вражеских самолетов. Ровно половина из них пришлась на долю Не-111, ещё 13 – Do-17, один Юнкерс Ju-88 и по два Bf 109 и Bf 110. Собственные потери, без учета самолетов, уничтоженных на земле, составили 15 самолетов (9 MS.406, 5 Н.75 и один МВ.152).

В последующие несколько дней главной задачей для четырех групп «хоков» стало прикрытие наземных войск. Так, ранним утром 11 мая шесть Н.75 из GC I/5 перехватили группу Do-17 из KG 2. Первого «бомбера» сбили объединенными усилиями су-лейтенант Марсель Парньер, сержант Морис Таллен и сержант Жан Гиру, ещё один «Дорнье» стал жертвой су-лейтенанта Жоржа Лефоля. Пополудни четверка «хоков», пилотируемая Аккаром, Морелем, Периной и Виллеменом успешно отработали по группе Не-111, шедших без истребительного сопровождения. Французы методично «изолировали» от группы сначала одного «Хейнкеля», сбив его, а потом и другого. Эта машина была подбита, но падение её не зафиксировали, поэтому победу засчитали как вероятную.

Во второй половине дня 11 мая группа GC I/4 в полном составе (26 самолетов) вылетела для прикрытия колонн наземных войск у Антверпена. Небо в том секторе буквально кишело немецкими самолетами, и ещё на подходе 1-я эскадрилья была атакована «мессершмиттами» из JG 26. Французские пилоты сумели сбить два Не-111 и три Bf-109, но собственные потери оказались ужасными – сбито семь «кертиссов», погибли три пилота, в том числе командир группы командан Андре Эрто. Многие из вернувшихся на базу машин были повреждены настолько, что их пришлось отправить в ремонт либо списать. В итоге, на следующий день в строй GC I/4 оставалось лишь шесть Н.75.

Весьма насыщенным событиями для GC I/5 был день 12 мая. В 6:50 по тревоге в воздух поднялись шесть Н.75 2-й эскадрильи с задачей атаковать группу из 18 вражеских двухмоторных самолетов. Приблизившись, французы увидели, что их противниками являются не бомбардировщики, а тяжелые истребители Bf-110. Едва начавшийся бой распался на отдельные схватки, в которых одномоторные «кертиссы» могли в полной мере показать свое преимущество в маневренности. Лейтенант Марсель Доран, сержант-шеф Жереми и сержант Жан Гиру сбили своих противников. Су-лейтенант Юбер Бутеле и сержант Таллен объединенными усилиями уничтожили ещё одного Bf 110, а затем совместно с Андре Дельпаром сбили подвернувшегося некстати Не 111. В 8:00 для прикрытия района Седана вылетела шестерка машин 1-й эскадрильи. Ведущий капитан Аккар вынужден был вскоре вернуться после неудачной атаки одиночного Do 17 – его «Хоук» был поврежден ответным огнем. Оставшаяся пятерка Н.75 продолжила выполнение задачи. Обнаружив несколько десятков пикировщиков Люфтваффе Ju-87, шедших без истребительного прикрытия, французы ринулись в атаку. «Штуки», выходя из-под удара, бросились врассыпную, и пилотам «кертиссов» пришлось буквально по одному «отлавливать» и сбивать их. По возвращении французские летчики заявили об 18 сбитых самолетах, но после проверки им засчитали 11 побед. Согласно немецким данным, было сбито всего пять «штук» – что тоже является неплохим показателем, поскольку Ju-87 оказались крайне трудными целями: за период с 10 по 26 мая 1940 г. было сбито (по французским данным) всего 24 таких самолета, почти вчетверо меньше, чем двухмоторных Не 111 и в 2,5 раза меньше, чем Do-17.

Так начался блицкриг Люфтваффе против ВВС Франции. Авиация начала борьбу за господство в воздухе.

По материалам: Харук А.И. Французские истребители Второй Мировой — М.: Яуза: ЭКСМО: 2013. — 112 с: ил.

www.airaces.ru

рТБЧЙФЕМШУФЧБ чЕМЙЛПВТЙФБОЙЙ Й жТБОГЙЙ РПУМЕ ОБЮБМБ ЧПКОЩ ДП НБС 1940 РТПДПМЦБМЙ МЙЫШ Ч ОЕУЛПМШЛП ЙЪНЕОЈООПН ЧЙДЕ ДПЧПЕООЩК ЧОЕЫОЕРПМЙФЙЮЕУЛЙК ЛХТУ, Ч ПУОПЧЕ ЛПФПТПЗП МЕЦБМЙ ТБУЮЈФЩ ОБ РТЙНЙТЕОЙЕ У ЖБЫЙУФУЛПК зЕТНБОЙЕК ОБ РПЮЧЕ БОФЙЛПННХОЙЪНБ Й ОБРТБЧМЕОЙЕ ЕЈ БЗТЕУУЙЙ РТПФЙЧ ууут. оЕУНПФТС ОБ ПВЯСЧМЕОЙЕ ЧПКОЩ зЕТНБОЙЙ, ЖТБОГХЪУЛЙЕ ЧППТХЦЕООЩЕ УЙМЩ ВЕЪДЕКУФЧПЧБМЙ 9 НЕУСГЕЧ. ч ФЕЮЕОЙЕ ЬФПЗП РЕТЙПДБ, РПМХЮЙЧЫЕЗП ОБЪЧБОЙЕ «УФТБООПК ЧПКОЩ», ЗЙФМЕТПЧУЛБС БТНЙС ЧЕМБ РПДЗПФПЧЛХ Л ОБУФХРМЕОЙА РТПФЙЧ УФТБО ъБРБДОПК еЧТПРЩ.

оБ ТБУУЧЕФЕ 10 НБС 1940 РПУМЕ ФЭБФЕМШОПК РПДЗПФПЧЛЙ ОЕНЕГЛП-ЖБЫЙУФУЛЙЕ ЧПКУЛБ (135 ДЙЧЙЪЙК, Ч ФПН ЮЙУМЕ 10 ФБОЛПЧЩИ Й 6 НПФПТЙЪПЧБООЩИ, Й 1 ВТЙЗБДБ, 2580 ФБОЛПЧ, 3834 УБНПМЈФБ) ЧФПТЗМЙУШ Ч вЕМШЗЙА, оЙДЕТМБОДЩ, мАЛУЕНВХТЗ, Б ЪБФЕН ЮЕТЕЪ ЙИ ФЕТТЙФПТЙЙ Й ЧП жТБОГЙА. уЕТШЕЪОЩЕ ПЫЙВЛЙ ЖТБОГХЪУЛПЗП ЛПНБОДПЧБОЙС, ХУХЗХВМЈООЩЕ РМПИЙН ЧЪБЙНПДЕКУФЧЙЕН НЕЦДХ БТНЙСНЙ УПАЪОЙЛПЧ, РПЪЧПМЙМЙ ЗЙФМЕТПЧУЛЙН ЧПКУЛБН ПУХЭЕУФЧЙФШ РТПТЩЧ Л мБ-нБОЫХ. 14 НБС ЛБРЙФХМЙТПЧБМЙ оЙДЕТМБОДЩ. вЕМШЗЙКУЛБС, ВТЙФБОУЛБС Й ЮБУФШ ЖТБОГХЪУЛПК БТНЙК ВЩМЙ ПЛТХЦЕОЩ ЧП жМБОДТЙЙ. 28 НБС ЛБРЙФХМЙТПЧБМБ вЕМШЗЙС. бОЗМЙКУЛЙН Й ЮБУФЙ ЖТБОГХЪУЛЙИ ЧПКУЛ, ПЛТХЦЈООЩИ Ч ТБКПОЕ дАОЛЕТЛБ, ХДБМПУШ, РПФЕТСЧ ЧУА ВПЕЧХА ФЕИОЙЛХ, ЬЧБЛХЙТПЧБФШУС Ч чЕМЙЛПВТЙФБОЙА.

оБ 2-Н ЬФБРЕ МЕФОЕК ЛБНРБОЙЙ 1940 ЗЙФМЕТПЧУЛБС БТНЙС ОБНОПЗП РТЕЧПУИПДСЭЙНЙ УЙМБНЙ РТПТЧБМБ РПУРЕЫОП УПЪДБООЩК ЖТБОГХЪБНЙ ЖТПОФ РП ТЕЛБН уПННБ Й ьО. чЕТИПЧОПЕ ЛПНБОДПЧБОЙЕ УФТБОЩ РТЙОСМП ТЕЫЕОЙЕ УДБФШ рБТЙЦ ВЕЪ ВПС Й ЛБРЙФХМЙТПЧБФШ РЕТЕД зЙФМЕТПН. 22 ЙАОС Ч лПНРШЕОЕ ВЩМП РПДРЙУБОП ЖТБОЛП-ОЕНЕГЛПЕ РЕТЕНЙТЙЕ, РП ЛПФПТПНХ жТБОГЙС УПЗМБУЙМБУШ ОБ ПЛЛХРБГЙА ВПМШЫЕК ЮБУФЙ УЧПЕК ФЕТТЙФПТЙЙ, ДЕНПВЙМЙЪБГЙА РПЮФЙ ЧУЕК УХИПРХФОПК БТНЙЙ Й ЙОФЕТОЙТПЧБОЙЕ ЧПЕООП-НПТУЛПЗП ЖМПФБ Й БЧЙБГЙЙ.

лБНРБОЙС ЪБ жТБОГЙА 1940 З. УПУФПЙФ ЙЪ 5 ВЙФЧ:

  • «мЙОЙС ПВПТПОЩ», нПОФЕТНЕ (13.05.1940 З.)
  • «рТПФЙЧПУФПСОЙЕ», бТТБУ (21.05.1940 З.)
  • «рТЙЛТЩФЙЕ», дАОЛЕТЛ (30.05.1940 З.)
  • «пЮБЗ УПРТПФЙЧМЕОЙС», лБО (12.06.1940 З.)
  • «ч ПУБДЕ», ыЕТВХТЗ (12.06.1940 З.)

ww2.games.1c.ru

Часть 7

 

СИЛОЙ   ОРУЖИЯ

 

Глава 21

 

Победа на Западе (3 сентября 1939 – 25 июня 1940 г.)

 

Обезопасив свой северный фланг, Гитлер снова переключил внимание на Запад. Ему не нравился первоначальный замысел нападения, который был разновидностью плана, использованного в первой мировой войне, а именно – наступление через Северную Францию и Бельгию.

«Этот старый план Шлиффена, – заявил он Кейтелю и Йодлю, – предлагает затяжную войну», а он, фюрер, поклялся, что никогда не позволит нынешнему поколению страдать так, как четверть века назад немцы страдали во Фландрии. Гитлер замыслил смелый удар в южном направлении через Арденны, с внезапным бронетанковым прорывом у Седана и броском к Ла-Маншу. Главные силы затем повернут на север – в отличие от плана Шлиффена – для удара в тыл отступающей англо-французской армии. Вечерами он сидел над специальной рельефной картой и выверял свой план.

В этом же направлении работал, возможно, самый блестящий стратег вермахта генерал-полковник Фриц Эрих фон Манштейн. Он представил свой план Браухичу, но тот отверг его, сочтя слишком рискованным. Фюрер прослышал об этом и пригласил к себе Манштейна. К удивлению генерала, его стратегические идеи привели Гитлера в восторг. Этот план не только подтвердил собственный замысел фюрера, но и содержал ряд существенных дополнений. Верховному командованию уточненный план Гитлера понравился не больше, чем версия Манштейна. Военные единодушно возражали, но фюрер отмахнулся от них, назвав оппонентов «поклонниками Шлиффена», застрявшими в «закоснелой» стратегии.

План Гитлера – Манштейна был формально принят в конце февраля, и сразу же после окончания битвы за Норвегию к Западному фронту были переброшены 136 дивизий, готовых к бою. Ждали лишь хорошей погоды. Гитлер назначил дату вторжения на 5 мая, потом перенес ее на 7-е, затем на 8-е. Геринг просил еще больше времени, но поступили тревожные сведения из Голландии: офицерам отменены отпуска, происходит эвакуация населения из приграничных районов, появились дорожные заграждения. Взволнованный Гитлер согласился на очередную отсрочку до 10 мая, «но ни на день позже». «Удержать готовых к атаке два миллиона человек на фронте, – сказал он, – становится все труднее».

Он решил действовать, не дожидаясь устойчивой погоды, – ожидание ее стоило трех месяцев промедления. Он всецело полагался на оправдавшую себя в прошлом интуицию. Утром 9 мая командир корпуса в районе Ахена доложил о густом тумане, который, согласно прогнозу, должен был скоро рассеяться. Гитлер приказал готовить свой поезд и держал в строгом секрете цель и место поездки, скрывая их даже от собственной свиты. Поезд остановился неподалеку от Ганновера, где предстояло получить последнюю метеосводку. Главный метеоролог Дизинг – позднее он получил в награду золотые часы – предсказал на завтрашний день хорошую погоду. Гитлер подтвердил приказ о наступлении и рано ушел спать.

Однако более непредсказуемой, чем погода, оказалась его собственная разведывательная служба. Из тех немногих, кому фюрер доверил информацию о начале наступления, был адмирал Канарис, который сообщил об этом своему помощнику Остеру. После обеда тот заехал в штаб ОКБ и узнал, что отсрочки не будет. «Свинья отправляется на Западный фронт», – сказал он голландскому атташе, который сообщил об этом бельгийскому коллеге, а затем по телефону дал шифровку в Гаагу: «Завтра на рассвете. Держитесь!»

В 4.25 утра 10 мая поезд фюрера прибыл на станцию назначения – в городок Ойскирхен близ границы с Бельгией и Голландией, и Гитлер отправился в свою новую ставку «Фельзеннест» («Горное гнездо»). Светало. Взглянув на часы, Гитлер был неприятно удивлен: рассвет наступил на пятнадцать минут раньше ожидаемого.

А в сорока километрах к западу его войска устремились вперед через бельгийскую, голландскую и люксембургскую границы. Небо потемнело от бомбардировщиков люфтваффе: для воздушной атаки было собрано 2500 самолетов – намного больше, чем У союзников. Волна за волной, они летели на запад бомбить более семидесяти аэродромов противника. Воздушно-десантные войска захватили ключевые пункты в Голландии, а для внезапного захвата бельгийских крепостей были пущены планеры. Фюрера особенно интересовал форт Эбен-Эмель. Он лично дал указания участникам планерной операции и с нетерпением ждал сведений из района боевых действий. К полудню 11 мая эта считавшаяся неприступной крепость и мост через реку Маас были в руках немцев. Узнав об этом, Гитлер был вне себя от радости. Позднее поступили еще более важные сведения: противник наносит ответные удары. «Когда я получил донесение, что противник выдвигается по всему фронту, – вспоминал Гитлер, – я был готов плакать от радости. Они попали в ловушку! Они поверили, что мы остались верны старому плану Шлиффена».

 

6

 

10 мая Англия и Франция были застигнуты врасплох: их генеральные штабы проигнорировали предупреждения из Брюсселя и Гааги и донесения собственных разведывательных служб. Еще в 1938 году английская «Интеллидженс сервис» купила у польского математика секрет немецкой шифровальной машины, названной «Энигма» («Загадка»). Ему заплатили 10 тысяч фунтов, дали английский паспорт и разрешили жить с женой во Франции. Он воспроизвел чертежи главных частей машины и в своей парижской квартире собрал рабочую модель «Энигмы», которая была установлена в особняке Блечли-парк, в шестидесяти километрах севернее Лондона. Когда Англия в 1939 году объявила войну, машина под кодовым названием «Ультра» уже действовала. Это позволило предупредить   английский генеральный  штаб о гитлеровском  плане вторжения на Запад.

Чемберлен подал в отставку и предложил назначить премьер-министром Галифакса. Но было ясно, что только Черчилль пользуется доверием страны, и вскоре король пригласил его во дворец. Гитлер считал Черчилля своим злейшим врагом, орудием английских евреев, сорвавших англо-германский союз. Эта ненависть к Черчиллю как-то странно сочеталась с восхищением, которое фюрер испытывал по отношению к Сталину.

Пока немецкие войска и танки продвигались в глубь Голландии и Бельгии, Геббельс стремительно раскручивал колесо своей пропагандистской машины. На совещании сотрудников своего министерства 11 мая он говорил, что надо опровергать все неверное в материалах противника или «даже верное, но опасное для нас. Нет никакой необходимости проверять, верны факты или нет – главное, чтобы они были полезны для нас». Еще более важно – это твердить и твердить французам и англичанам, что во всем виноваты их правительства: «Они сами навлекли на себя войну и являются агрессорами».

Наступление в Западной Бельгии было наиболее успешным. Этот маневр отвлек внимание противника от главного удара через Арденны. К 13 мая войска на этом направлении перешли в нескольких местах реку Маас и подошли к Седану, где Гитлер надеялся прорваться через слабое звено в укрепленной линии Мажино.

Наряду с успешным продвижением на севере, наступающие немецкие части встретили упорное сопротивление голландских войск. Утром 14 мая фюрер отдал приказ преодолеть это сопротивление. Самолеты люфтваффе поднялись с бельгийских аэродромов и сбросили 98 тонн бомб на Роттердам. Бомбы обрушились на центр города, убив 814 мирных жителей. В демократической прессе факты подавались в гипертрофированном виде: число убитых возросло до 30 тысяч. Западные газеты также не сообщили, что негласное соглашение обеих сторон ограничить объекты бомбардировок военными целями впервые было нарушено англичанами. За три дня до этого события, несмотря на возражение французов, 35 английских бомбардировщиков совершили налет на промышленный город в Рейнской области. В результате налета погибли четыре мирных жителя, в том числе одна англичанка. Несмотря на ужасное возмездие Гитлера в Голландии, он отверг предложения о бомбардировке самого Лондона. Нацистский диктатор пока не решался заходить так далеко.

Роттердамская трагедия сломила сопротивление голландцев. Через несколько часов главнокомандующий вооруженными силами Голландии приказал сложить оружие. В тот же день немецкие танки прорвали французскую оборону в районе Седана. При поддержке пикирующих бомбардировщиков три длинные колонны танков двинулись в направлении Ла-Манша.

На следующее утро Черчилля разбудил телефонный звонок из Парижа. «Мы разгромлены!»– сообщил премьер-министр Рейно. Черчилль не мог этому поверить. Не могли представить этого и его генералы: Франция – не Польша, там нечем было сдержать немецкие танки, но французы имели мощную линию обороны!..

Ужас, охвативший Францию, подогревался Геббельсом. 17 мая он заявил своим сотрудникам: «Отныне задача секретной радиостанции – использовать все средства для создания во Франции паники. Надо намекать на опасность «пятой колонны», в которую входят все немецкие беженцы. Надо утверждать, что в нынешней ситуации даже евреи из Германии – просто немецкие агенты».

Утром этого дня Гитлер выехал в Арденны. «Весь мир смотрит на нас!»– торжествующе заявил он. Фюрер посетил штаб группы армий, возглавляемой генералом Гердом фон Рундштедтом, чтобы обсудить ход продвижения к Ла-Маншу.

Германия ликовала. В непогрешимость Гитлера поверили даже те, кто боялся, что фюрер затеял чересчур рискованную игру…

К утру 19 мая несколько бронетанковых дивизий были уже в восьмидесяти километрах от Ла-Манша, а вечером следующего  дня  2-я   дивизия вступила в Абвиль в устье Соммы. Ловушка захлопнулась, и в ее гигантских сетях оказались бельгийцы, все английские экспедиционные силы и три французские армии. Когда Браухич сообщил фюреру, Гитлер был так обрадован, что едва не потерял дар речи.

Обстановка складывалась так, как он хотел. Через три днянемецкие танки повернули на север в направлении портов Кале и Дюнкерк, захват которых лишал англичан возможности эвакуации. Услышав это сообщение, Геринг изо всей силы хватил своим увесистым кулаком по столу. «Это отличная работа для люфтваффе!– воскликнул он. – Я должен поговорить с фюрером. Соедините меня с ним!» Он заверил Гитлера, что люфтваффе под силу без участия сухопутных войск уничтожить попавшего в западню врага. Единственное, что просил рейхсмаршал авиации, – это отвести немецкие танки, чтобы не поразить своих. Гитлер дал согласие Герингу на то, чтобы обрушиться на врага с воздуха.

«Мы добились своего!– удовлетворенно сказал Геринг Мильху, вернувшись в штаб ВВС. – Мы прикончим англичан на пляжах. Я уговорил фюрера остановить армию». Но Мильх не разделял его энтузиазма и возразил, что бомбы перед взрывом слишком глубоко зароются в песок. Кроме того, люфтваффе не готовы к столь ответственной операции. «Оставьте это мне, – отрезал Геринг. – Армия всегда хочет воевать по-джентльменски. Эти сухопутные крысы собираются взять англичан в плен живыми и невредимыми. Но фюрер преподаст им урок, который они вряд ли забудут».

Утром 24 мая Гитлер отправился в штаб группы армий под командованием Рундштедта. В приподнятом настроении фюрер предсказал, что война закончится через шесть недель, после чего откроется путь к соглашению с англичанами. Все, что нужно Германии от них, – это признание ее доминирующего положения на континенте. Рундштедт не возражал против использования авиации для полного разгрома противника под Дюнкерком. Он предложил остановить танки южнее осажденного города. Гитлер согласился, заметив, что танки надо сохранить для операций против французов. В 12.45 от имени фюрера был отдан приказ 4-й армии остановить наступление.

Вечером четыре бронетанковые дивизии были остановлены у незначительной водной преграды. Танкисты были в недоумении. Огня по ним не вели, впереди виднелся тихий Дюнкерк. Что там, в штабе, с ума сошли? Командиры дивизий знали, что могут взять Дюнкерк без особых проблем, так как англичане были все еще втянуты в тяжелые бои у Лилля. Почему им не разрешают захватить этот последний порт, откуда противник может бежать?

Они повторили свою просьбу двинуть на Дюнкерк танки и пехоту, но Гитлер и слушать об этом не хотел. Только 26 мая, после получения донесения о большом скоплении судов в Ла-Манше (неужели англичане готовятся эвакуировать свои войска?), фюрер нехотя согласился на продвижение к Дюнкерку с запада. Но в тот же день Геринг заверил его, что люфтваффе уничтожили дюнкеркскую гавань.

Когда английские и другие союзные войска попали в котел, из английских портов устремилась к континентальному побережью странная флотилия. В ней было почти 900 судов: военные корабли и парусники, катера, прогулочные яхты с экипажами из моряков и любителей водного спорта. Так началась операция «Динамо» по эвакуации 45 тысяч осажденных бойцов английского экспедиционного корпуса за два дня. Разношерстная группа любителей и профессионалов блестяще справилась с задачей. К 30 мая в Англию вернулись 126 606 человек.

Когда немецкое командование наконец осознало масштабы эвакуации, начались массированные бомбардировки. Но на помощь англичанам пришел туман, опустившийся на Дюнкерк и на немецкие аэродромы.

Пикирующие бомбардировщики 8-го воздушного корпуса не причинили ущерба флотилии малых судов, а сброшенные на пляжи бомбы зарывались перед взрывом так глубоко в песок, что поражающий эффект был невелик. Сюрпризом для немцев оказались также новые английские истребители «Спитфайр», которые наносили большой урон истребителям Геринга.

Странно, но английская эвакуация, казалось, не очень встревожила Гитлера. На совещаниях в эти дни нервозность проявлял не он, а генералы. Обычно в таких случаях фюрер стучал кулаком по столу, угрожал, призывал к срочным мерам, а сейчас был удивительно спокоен…

Зыбкая линия обороны Дюнкерка держалась до 4 июня, но к этому времени в Англию была перевезена треть миллиона английских и союзных солдат. По обе стороны Ла-Манша строили догадки о странном поведении Гитлера. Почему он дал Герингу санкцию бомбить окруженную армию, а потом фактически содействовал ее бегству? Борману Гитлер признался, что умышленно пощадил англичан. «Черчилль, – сетовал он, – был неспособен оценить мой джентльменский жест. Я не хотел углублять пропасть между нами и англичанами».

Военные не очень-то верили этой версии. «То, что фюрер умышленно дал англичанам сбежать, – сказка», – позже утверждал Путткамер, один из адъютантов Гитлера. Другие же близкие к Гитлеру люди, наоборот, были уверены, что он питал уважение к Англии и поэтому пожалел англичан. Фюрер, например, говорил фрау Троост, жене своего давнего приятеля-архитектора: «Кровь каждого англичанина слишком ценна, чтобы ее проливать. Наши два народа традиционно и в расовом отношении очень похожи. Их сближение всегда было моей целью, даже если наши генералы не могут этого понять». Компетентные иностранные наблюдатели считают эту теорию правдоподобной. Например, бывший французский посол в Германии Франсуа-Понсэ был убежден, что Гитлер на самом деле не хотел войны с Англией, он хотел лишь нейтрализовать могущественного соперника.

Возможно, поэтому Гитлер отправил Юнити Митфорд домой специальным поездом через Цюрих. Он признался своему адъютанту Энгелю, что глубоко сожалел о ее судьбе: «Она растерялась – и это как раз в тот момент, когда впервые ямог бы использовать наше знакомство». Бывшая журналистка вернулась на родину, которая враждебно встретила фаворитку нацистского диктатора. Муж ее сестры Освальд Мосли вместе с другими лидерами Британского союза фашистов был заключен в тюрьму через три дня после вторжения Гитлера в Бельгию. И это несмотря на то, что Мосли призывал своих чернорубашечников оставаться верными родине. Его позиция заключалась в словах: «Я до конца жизни буду бороться за дружбу Англии с Германией и предотвращение войны между ними. Но в тот момент, когда будет объявлена война, я отправлюсь воевать за свою страну». По приказу своего родственника премьер-министра леди Диана Мосли вскоре последовала за мужем в тюрьму, хотя у нее на руках были двое малолетних детей: старшему исполнилось всего полтора года, а младшему не было и трех месяцев. По закону мать могла взять с собой только одного ребенка, но она не захотела их разлучать. Узников поместили в сырой камере, где не было даже кровати. Когда Мосли через три года серьезно заболел, его с женой освободили из-под стражи. А Юнити Митфорд умерла восемь лет спустя в состоянии глубокой депрессии.

rushist.com

Вторая Мировая война.

БИТВА ЗА ФРАНЦИЮ 1940 года.
После разгрома Польши в сентябре 1939 г. перед германским командованием встала задача проведения наступательной кампании против Франции и Великобритании на Западном фронте. Первоначальный план вторжения во Францию («Гельб»), предусматривавший нанесение главного удара через Бельгию в районе Льежа, по предложению генерала фон Манштейна подвергся коренной переработке. Это было вызвано предположением, что план стал известен англо-французскому командованию после того, как на территории Бельгии совершил вынужденную посадку немецкий самолет с офицером, при котором находились секретные документы. Новый вариант плана кампании предполагал нанести главный удар через Люксембург – Арденны в направлении Сен-Кантена, Абвиля и побережья Ла-Манша. Его ближайшая цель заключалась в том, чтобы расчленить англо-французский фронт, а затем во взаимодействии с наступающими через Голландию и Бельгию силами разгромить северную группировку союзных войск. В дальнейшем планировалось обойти главные силы противника с северо-запада, нанести им поражение, взять Париж и принудить французское правительство к капитуляции. На франко-германской границе, прикрытой укреплениями французской оборонительной линии Мажино, предполагалось ограничиться демонстративными действиями.
Для вторжения в Голландию, Бельгию и Францию было сосредоточено 116 немецких дивизий (в том числе 10 танковых, 6 моторизованных и 1 кавалерийская) и свыше 2600 танков. Поддерживавшие наземные войска силы Люфтваффе насчитывали более 3000 самолетов.
Англо-французский план войны («План Диль») разрабатывался в расчете на то, что главный удар немцы, как и в 1914 г., будут наносить через Бельгию. Исходя из этого, союзное командование намеревалось прочно удерживать укрепления на линии Мажино и одновременно совершить маневр силами двух французских и одной британской армий в Бельгию. Под прикрытием бельгийской армии, оборонявшейся на канале Альберта и в Льежском укрепленном районе, французы должны были выдвинуться на реку Маас, а британцы на реку Диль, прикрыв Брюссель и образовав сплошной фронт от Вавра до Лувена. Планы бельгийского и голландского командования предусматривали ведение оборонительных действий по линии границ и в укрепленных районах до подхода союзных войск.
Всего Франция, Великобритания, Бельгия и Голландия развернули против Германии 115 дивизий (в том числе 6 танковых и механизированных и 5 кавалерийских), более 3000 танков и 1300 самолетов. Таким образом, при общем примерно равном количестве дивизий германские вооруженные силы имели превосходство над союзниками в людях и авиации и уступали им по числу танков. Однако если у союзников большая часть танков была распределена между армиями и корпусами в составе отдельных батальонов и рот, все немецкие танки находились в составе танковых дивизий, сведенных вместе с моторизованными пехотными дивизиями в особые корпуса, обладавшие большой ударной силой. К тому же немцы значительно превосходили своих противников в техническом отношении, в уровне боевой выучки и сплоченности войск.

Вторжение в Бельгию и Нидерланды
10 мая 1940 г. на рассвете германские войска начали генеральное наступление на Западном фронте. Самолеты Люфтваффе внезапно подвергли бомбардировке основные аэродромы союзников в Голландии, Бельгии и Северной Франции. Одновременно в тылу голландской и бельгийской армий были выброшены воздушные десанты с целью захвата аэродромов, переправ и отдельных портов. В 5 часов 30 минут на фронте от Северного моря до линии Мажино в наступление перешли сухопутные войска Вермахта. Группа армий «Б» фельдмаршала фон Бока развернула наступление в Голландии и северной части Бельгии. Действовавшие на ее правом фланге войска 18-й армии генерала фон Кюхлера в первый же день захватили северо-восточные провинции Голландии и с ходу прорвали укрепленные позиции на реке Эйссел. В то же время левофланговые соединения армии, наносившие удар в направлении Арнем, Роттердам, прорвали голландские пограничные укрепления и оборонительную линию Пел и начали быстро продвигаться на запад.
12 мая 1940 г. немецким войскам удалось прорвать укрепленную линию Граббе, а подвижным соединениям захватить Харлинген.
13 мая 1940 г. войска 7-й французской армии генерала Жиро, вступившие к этому времени в Южную Голландию уже не смогли поддержать голландцев и начали отходить в район Антверпена. В тот же день немецкие войска подошли к Роттердаму и соединились с высаженными в этом районе парашютистами. После падения Роттердама голландское правительство бежало в Лондон, а армия капитулировала, сдав немцам без боя Гаагу и остальную часть территории страны.
Войска 6-й немецкой армии генерала фон Рейхенау развернули наступление в Бельгии на двух направлениях: на Антверпен и Брюссель. Преодолевая сопротивление бельгийских войск, они прорвали пограничные укрепления и к исходу первого дня на широком фронте форсировали Маас и канал Альберта в его нижнем течении.
11 мая 1940 г. с утра немцы завязали бои за овладение Льежским укрепленным районом и позициями вдоль канала Альберта. Большую помощь наземным войскам оказали парашютисты, которые сумели парализовать главный форт Льежа Эбен-Эмаэль и захватить мосты через канал Альберта в районе Маастрихта. В итоге двухдневных боев немцы прорвали бельгийские позиции и, обходя Льеж с севера, начали продвижение на Брюссель. К этому времени к реке Диль стали подходить передовые части Британских экспедиционных сил под командованием генерала Горта, а на рубеж Валар, Жамблу – войска 1-й французской армии, которые 13 мая столкнулись с подвижными соединениями 6-й армии немцев.
14 мая 1940 г. французы были отброшены к реке Диль, где вместе с британцами перешли к обороне.

Прорыв в Арденнах
10 мая 1940 г. началось также наступление войск группы армий «А» генерала фон Рундштедта, наносившей главный удар через Бельгийские Арденны и Люксембург. 4-я армия генерала фон Клюге и танковый корпус генерала Гота, наступавшие на правом фланге группы армий «А», преодолевая слабое сопротивление бельгийских войск, за два дня боев прорвали пограничные укрепления и позиции на реке Урт.
13 мая 1940 г. развивая наступление на запад, подвижные соединения немецкой армии достигли реки Маас севернее Динана. Отразив контратаки французских войск, они форсировали реку и захватили плацдарм на ее западном берегу. В тот же день на фронте от Седана до Намюра завязались упорные бои между частями 5 пехотных и 2 кавалерийских дивизий французов и 7 танковыми и моторизованными соединениями группы Клейста. Слабо обеспеченные противотанковыми и зенитными средствами, французские войска не смогли отразить натиска противника.
14 мая 1940 г. войскам танкового корпуса Гота и группе Клейста удалось форсировать Маас на участке Динан, Живе и у Седана и отбросить левофланговые соединения 2-й французской армии к Монмеди, Ретель, а правый фланг 9-й армии – к Рокруа. В результате между двумя армиями образовался 40-километровый разрыв.
15 мая 1940 г. утром танковые и моторизованные соединения немцев вошли в прорыв и начали развивать наступление в общем направлении на Сен-Кантен.
Чтобы приостановить продвижение прорвавшейся группировки противника, французское командование решило нанести удары по флангам этой группировки: с юга силами 2-й армии и с севера – моторизованными соединениями 1-й армии. Одновременно был отдан приказ об отводе 7-й армии из Бельгии для прикрытия Парижа. Однако полностью осуществить эти мероприятия французам не удалось. Будучи скованной на реке Диль войсками 6-й и 18-й армий немцев, 1-я армия не смогла выполнить приказа своего командования. Безуспешными были и попытки 2-й французской армии прорваться с юга в район Седана.
17 мая 1940 г. немцы прорвали оборону англо-французских войск на реке Диль и заняли Брюссель.
18 мая 1940 г. подвижные соединения группы Клейста, развивая наступление в западном направлении, подошли к Самбре.
К концу первой недели боев ситуация на фронте для союзников складывалось катастрофически. Управление войсками было нарушено, связь прервана. Движению войск мешали огромные толпы беженцев и солдат разгромленных частей. Немецкие самолеты бомбили и обстреливали воинские колонны и беженцев, в то время как авиация союзников, понеся в первые дни кампании большие потери в результате ударов по аэродромам, а также от истребителей Люфтваффе и эффективной войсковой ПВО немцев, не проявляла активности.
19 мая 1940 г. главнокомандующий французской армией генерал Гамелен был снят с поста и заменен генералом Вейганом, однако эта перестановка никак не повлияла на ход боевых действий, и положение союзных войск продолжало ухудшаться.

Дюнкерк. Эвакуация союзников.
20 мая 1940 г. немцы заняли Абвиль, после чего их танковые соединения повернули на север и нанесли с тыла удар по англо-французским войскам, находившимся в Бельгии.
21 мая 1940 г. германские подвижные войска достигли побережья Ла-Манша, расчленив фронт союзников и отрезав 40 французских, британских и бельгийских дивизий во Фландрии. Контрудары союзников с целью восстановить связь с отрезанной группировкой не увенчались успехом, в то время как немцы продолжали сжимать кольцо окружения. После взятия Кале и Булони в распоряжении союзников остались только два порта – Дюнкерк и Остенде. В такой обстановке из Лондона последовал приказ генералу Горту начать эвакуацию Британских экспедиционных сил на острова.
23 мая 1940 г. пытаясь задержать продвижение немцев, союзники силами трех английских и одной французской бригад нанесли контрудар по правому флангу танковой группы Клейста в районе Арраса. Учитывая, что после двух недель форсированного марша и ожесточенных боев немецкие танковые дивизии потеряли до половины своих танков, Рундштедт решил отложить до 25 мая наступление подчиненных ему танковых соединений Клейста и Гота, нуждавшихся в перегруппировке и пополнении. Прибывший 24 мая в штаб Рундштедта Гитлер согласился с этим мнением, и танковые дивизии были остановлены перед Дюнкерком. Дальнейшие действия по уничтожению окруженного противника было предписано вести пехоте, а авиации приказано воспрепятствовать эвакуации.
25 мая 1940 г. 6-я и 18-я армии группы армий «Б», а также два армейских корпуса 4-й армии развернули наступление с целью уничтожения окруженных союзных войск. Особенно тяжелая обстановка сложилась на фронте бельгийской армии, которая три дня спустя была вынуждена капитулировать. Однако немецкое наступление развивалось очень медленно .
26 мая 1940 г. Гитлер отменил «стоп-приказ» для танковых дивизий. Запрет на использование в операции танков действовал всего два дня, но командование союзных войск сумело этим воспользоваться.
27 мая 1940 г. немецкие танковые войска возобновили наступление, но встретили сильное сопротивление. Германское командование совершило крупный просчет, упустив возможность с ходу продвинуться к Дюнкерку, пока противник не укрепился на этом направлении.
Эвакуация союзных войск (операция «Динамо») проходила из порта Дюнкерк, а частично и с необорудованного побережья под прикрытием Королевских ВМС и ВВС.
За время с 26 мая до 4 июня на Британские острова было вывезено около 338 тыс. человек, в том числе 139 тыс. британских солдат и почти сколько же французов и бельгийцев. Однако все вооружение и остальная материальная часть, включая 2400 орудий, 700 танков и 130 тыс. автомашин, остались на побережье Франции в качестве трофеев германской армии. В районе окружения осталось около 40 тыс. французских солдат и офицеров, плененных немцами.

В боях за дюнкеркский плацдарм британцы потеряли 68 тыс. человек и 302 самолета. Значительными были потери флота: из 693 кораблей и судов, участвовавших в спасении окруженных войск, 226 английских и 17 французских были потоплены. Немцы в районе Дюнкерка потеряли 130 самолетов.

Битва за Париж.
Сразу же после прорыва к Ла-Маншу германское командование приступило к подготовке второго этапа кампании – наступления вглубь Франции (план «Рот»), чтобы не позволить французским войскам закрепиться на рубеже рек Сомма, Уаза и Эн. Еще в период продвижения на Абвиль и далее к побережью Ла-Манша часть германских сил последовательно развертывалась фронтом на юг. В дальнейшем они усиливались за счет переброски соединений из района Дюнкерка.
5 июня 1940 г. утром войска правофланговой группы армий «Б» атаковали французские позиции на широком фронте. В первый же день наступления им удалось форсировать Сомму и канал Уаза – Эна. К исходу четвертого дня наступления танковая группа Клейста прорвала оборону французов и продвинулась в направлении Руана.
9 июня 1940 г. с утра в наступление перешли войска группы армий «А», которым, несмотря на упорное сопротивление французов, к 11 июня удалось прорвать фронт на реке Эна и подвижными соединениями выйти к Марне в районе Шато-Тьери.

Военные действия во французских Альпах (Les Alpes). («Альпийский фронт»)
10 июня 1940 г., когда стало ясно, что поражение Франции неизбежно, в войну на стороне Германии вступила Италия, намереваясь за свое участие получить Савойю, Ниццу, Корсику и ряд других территорий. Итальянская группа армий «Запад» (22 дивизии) под командованием принца Умберто Савойского начала военные действия в Альпах на фронте, протянувшемся от границы Швейцарии до Средиземного моря. Ей противостояла французская Альпийская армия генерала Ольдри (7 дивизий). Уступая итальянцам по численности, французы занимали выгодные позиции, благодаря чему сумели отразить все атаки противника. Лишь на самом юге итальянским войскам удалось незначительно продвинуться в приграничной зоне.

Отступление за Луару.
10 июня 1940 г. когда начались боевые действия в Альпах, французское правительство Рейно покинуло Париж и перебралось в Тур (долина Луары), а затем на юг, в Бордо.
В это время немцы, развивая наступление на всех направлениях, отбрасывали французские войска на юг и юго-восток. Группа армий «Б», форсировав Сену между Руаном и Парижем, расчленила левофланговую группировку французов на две части и завершила обход французской столицы с запада. К этому времени войска правого крыла группы армий «А», развивая наступление на юг, создали угрозу Парижу с востока.

Приняв решение о сдаче Парижа, французское командование направило трем своим группам армий директивы, согласно которым они, по возможности не распыляя силы, должны были отходить за линию Кан, Тур, Средняя Луара, Дижон, где по естественному рубежу реки Луары предполагалось образовать новый фронт обороны. В ходе начавшегося отступления отдельные французские части и соединения (как, например, 4-я резервная бронетанковая дивизия) еще оказывали ожесточенное сопротивление, пытаясь задержать противника в арьергардных боях.
12 июня 1940 г. Париж был объявлен «открытым городом»
14 июня 1940 г. утром Париж без боя занят германскими войсками.

Последние операции германских войск во Франции в кампанию 1940 г.

Взятие Вердена (Verdun)
13 июня 1940 г. продолжая развивать наступление в юго-восточном направлении, войска группы армий «А» заняли Монмеди и подошли к Вердену.
14 июня 1940 г. Верден был взят и германские войска вышли в тыл линии Мажино.

Одновременно 14-15 июня перешли в наступление дивизии группы армий «Ц» генерала фон Лееба, которым удалось прорвать линию Мажино, завершив тем самым окружение французской 2-й группы армий.
16 июня 1940 г. осознавая, что война окончательно проиграна, французское правительство Рейно ушло в отставку. Возглавивший новый кабинет маршал Петен немедленно запросил Германию о перемирии.
С 17 июня 1940 г. французские войска прекратили организованное сопротивление и в беспорядке стали отходить на юг.
18 июня 1940 г. из Шербура были эвакуированы последние части Британских экспедиционных сил, а также более 20 тыс. польских солдат.
К 21 июня 1940 г. немцы заняли Брест, Нант, Мец, Страсбург, Кольмар, Бельфор и достигли нижнего течения Луары от Нанта до Труа.
22 июня 1940 г. в Компьенском лесу, там же, где и в 1918 г., в штабном вагоне маршала Фоша, доставленном по приказу Гитлера из музея, было подписано перемирие.

Кампания 1940 г. во Франции была закончена.

Потери германской армии: 27 тыс. убитых, 111 тыс. раненых и 18,3 тыс. пропавших без вести.
Потери союзников составили 112 тыс. убитыми, 245 тыс. ранеными и 1,5 млн. пленными.

Это была третья большая победа немцев в ходе Второй мировой войны после разгрома Польши и оккупации Дании и Норвегии. Она была достигнута благодаря грамотному использованию германским командованием танков и авиации, пассивной оборонительной стратегии союзников и капитулянтской позиции политического руководства Франции.

С.И. Дробязко,
кандидат исторических наук

paris1814.com

Битва за францию 1940

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.