Проходящий в Алабино под Москвой уже несколько лет танковый биатлон, несомненно, вызывает неподдельный интерес. В советской и российской армии такие биатлоны прежде не проводились, начало было положено в 2013 году. Со следующего года они стали международными.

Танковые биатлоны ранее устраивали только страны-участники НАТО. В связи с развалом Союза в 1991 году их проведение посчитали нецелесообразным. Посмотрев на возрождающуюся Россию, в НАТО решили с 2016 года возродить такие биатлоны и начали приглашать на них даже Украину, стремящуюся вступить в НАТО.

В российском танковом биатлоне участвуют 23 страны, это бывшие республики Союза, Азия, Африка и Южная Америка. Все выступают на российских танках Т-72Б3, кроме Китая и Белоруссии, решивших участвовать на своих танках. К сожалению, нет ни одной страны, представляющей НАТО, которая могла бы показать другие танки и другую школу подготовки экипажей.

На танковый биатлон я попал по пригласительному билету и был удивлен: оказывается, для неприглашенных это уже платное удовольствие (от 700 до 1500 рублей). Первое, что поражает, это хорошая и отлаженная организация, начиная от благоустроенной инфраструктуры. Ранее мне приходилось не раз бывать на Кубинке, это все рядом, и я хорошо помню разбитые дороги, убогие строения и аскетическую атмосферу военного полигона.


Теперь все по-другому, здесь на громадной территории развернут военно-патриотический парк «Патриот», построены отличные дороги, развязки, две громадные площадки для парковки нескольких тысяч автомобилей, здания и площадки конгрессно-выставочного центра для представления и демонстрации военной техники.

На полигоне для биатлона великолепно оборудованные трибуны, выставлена военная техника, масса павильонов для развлечений, вплоть до возможности пострелять из автомата. Везде военные и гражданские гиды, предлагающие свои услуги и разъясняющие, что, где и как. Очень оригинально выбран интерьер пешеходных дорожек под стилизованную красную звезду, что сразу подчеркивает, где ты находишься.

Перед заездами для удобства зрителей самолет на низкой высоте дважды сбрасывает тонны воды на трассу, чтобы не было пыли, и заезды начинаются. Каждый экипаж делает три круга по трассе длиной порядка 4 км. На первом стреляют из пушки. Три выстрела по мишени №12 «танк» на дальности 1700 м. На втором — из зенитного пулемета, 15 патронов по мишени «вертолет» на дальности 900 м. И на третьем — из спаренного пулемета, 15 патронов по мишени «РПГ» на дальности 600 м. При этом трасса насыщена препятствиями типа курган, горка, эскарп, косогор, противотанковый рвом и брод.


Стрельба из всех видов оружия ведется только с места. Из пушки стреляют, по всей видимости, инертными осколочно-фугасными снарядами на дальности 1700 м по мишени размером 3,42×2,37 м, и это при дальности прямого выстрела этой пушки 1100–1200 м ! Для этого класса танков дальность действительной стрельбы при стрельбе с ходу примерно 2500–2700 м, и все танки испытываются именно по этому критерию. Поэтому соревнования на больших дальностях и при стрельбе с места, и с ходу позволили бы выявить истинный класс экипажей и их навыки.

Несмотря на небольшие дальности стрельбы, отдельные экипажи не всегда поражают мишень. Здесь, наверное, сказываются и возможности не полностью автоматизированной СУО этого танка с прицелом наводчика ТПД-К1 с одноплоскостной стабилизацией и невысокой кратностью увеличения (8 крат), не позволяющей ему точно прицелиться и выстрелить. Все-таки возможности этой СУО намного ниже возможностей СУО следующего поколения 1А45, где в прицеле наводчика оптика с 12-кратным увеличением и полная автоматизация процесса стрельбы.

Кратность увеличения оптики при стрельбе также имеет немаловажное значение. Например, при испытании первого прицела с лазерным дальномером «Обь» с 8-кратным увеличением для определения его возможностей мы поставили кунг на дальности 4000 м, и наводчик на фоне местности так и не смог его обнаружить. На такие соревнования можно было предоставить танки и с более совершенной СУО, разработанной уже более тридцати лет назад.


При движении на ровных участках трассы экипажи стремились показать максимальную скорость, один экипаж достиг скорости 57 км/час. Когда машина идет на удалении примерно 700–1000 м, она красиво смотрится, но когда она проходят рядом с трибунами, видно, насколько тяжело и с нагрузкой идет танк. Для 46-тонной машины явно не хватает мощности двигателя 840 л.с., требуется новый двигатель мощностью 1000 л.с., который никак не дойдет до армии.

В целом танковый биатлон оставляет хорошее впечатление, в процессе его проведения ставится цель определения лучшего экипажа и их навыков по использованию возможностей танка, правда, в довольно щадящих условиях. Помимо выявления лучшего экипажа, интересно было бы выявлять и лучший танк при участии в соревновании различных танков из разных стран и сравнить их характеристики, организовав соревнования в несколько другом направлении.

Такие соревнования можно организовать по выявлению лучшего танка по совокупности характеристик между российскими танками (Т-80 и Т-90), американским «Абрамсом», немецким «Леопардом», французским «Леклерком» и всеми другими танками, которые готовы выставить на такие соревнования. Соревноваться в реальных условиях, перемещаться по пересеченной местности, стрелять с места и с ходу на реальной дальности в условиях пыледымовых помех и не по заранее известным целям, а которые еще надо обнаружить.


Такое сравнение разных школ танкостроения и разных систем подготовки экипажей позволило бы получить реальную картину соотношения возможностей танков и сделать объективную оценку того, кто же из них все-таки лучше, и это вызвало бы мировое признание такого биатлона. По разной информации, их как будто бы приглашали, но они отказались. Если они не едут к нам, можно поехать и к ним, если есть с чем. Они же проводят свои танковые биатлоны в Германии, почему бы в них не поучаствовать.

При всей хорошей подготовке и проведении танкового биатлона для зрителей на трибунах он не во всем представляет интерес. Кода танки проходят перед трибунами, это действительно впечатляет, но большинство действий экипажа проходит на большом удалении, примерно 500-1000 м, и у зрителя теряется фактор присутствия. Он только видит на двух больших экранах отдельные эпизоды и повторы действий экипажа.

Зрителя необходимо делать участником всего происходящего на трассе. Желательно приблизить к зрителю участки трассы, которые принципиально не могут быть рядом с трибунами, это ведение огня и преодоление препятствий. Создать эффект присутствия там зрителя с помощью видеосъемки в этой точке и вывода информации на экран перед ним.

Для этого необходима съемка внутри танка: как экипаж ведет огонь или преодолевает препятствие, как машина под разными ракурсами преодолевает препятствие или как поражается мишень (путем замедленной съемки полета снаряда при поражении мишени или промахе). При современных средствах сделать это не так уж и сложно, необходимо оборудовать танки и трассу видеокамерами, БПЛА и квадрокоптерами, поставить больше экранов и выводить туда информацию с наиболее зрелищных участков.


Для большего интереса зрителей перед трибунами «для разогрева» можно устраивать индивидуальные гонки на танках, трасса позволяет поставить два танка и на участке в 500 метров устроить «гонки с выбыванием», что вызовет интерес похлеще скачек на ипподроме. Если из танкового биатлона решили сделать шоу, то его надо и оборудовать соответствующим образом и преподносить как развлекательный комплекс высокого уровня. Спортивные состязания вызывают большой интерес в том числе и потому, что зритель видит перед собой процесс и становится его соучастником.

strana-rf.ru

Наши танки атаковали ровно в 12.45

Мы продвигались по умеренно холмистой местности, через луга и бесчисленные небольшие поля, окруженные проволочными заборами. Сначала было всего несколько лесов и групп деревьев. Насколько мог видеть глаз, немецкие танки атаковали врага.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии


Местность вскоре изменилась. Вместо полей и лугов, а также больших и малых лесов, в поле зрения появились деревни. Мы прошли справа и слева от таких районов, которые были опасны для нас, потому что мы не могли наблюдать в них вражеское оборонительное оружие. И, кроме того, эти районы находились под огнем артиллерии.

Мы продвинулись довольно далеко, прежде чем выстрел был произведен врагом или нами. Сначала многие из нас считали, что наше продвижение будет таким же простым, как в предыдущие дни. Внезапно по нам был открыт огонь со стороны Merdorp.

Мы сделали небольшую остановку для ориентации, и через наши полевые приборы наблюдения мы увидели, что французские танки ждали нашего наступления.

Началась драматическая стрельба. Весь наш полк сформировал полукруг вокруг Merdorp и стрелял в противника, который отвечал таким же огнем со всего своего оружия. Враг время от времени менял свои позиции, и изначально нам было невозможно нанести ему большие потери. Даже наши танки, вооруженные тяжелыми пушками, не наносили ожидаемых потерь, поэтому мы решили покинуть Merdorp слева от нас и дальше продвигаться на территорию противника.

Наш полк продвинулся в идеальном образовании. Но враг воспользовался ситуацией, продвигая свои танки из Merdorp и нападая на нашу пехоту, которая следовала за нашими танками. Бой усилился.

1-й батальон, захвативший ситуацию, немедленно атаковал врага с фланга, уничтожив восемь его танков. Несмотря на нашу смелость и оскорбительный дух, мы были вынуждены сделать вывод, что французские танки были тяжело бронированы, и нам потребовалось много усилий, чтобы заставить их сдаться.

Контратака французских танков


В то время как 1-й батальон атаковал врага с фланга, 2-й батальон атаковал с фронта и заставил многие вражеские экипажи покинуть свои танки. Всякий раз, когда наши снаряды не пробивали броню, желаемый эффект достигался пулеметным огнем, направленным в танк. Деморализованные постоянными ударами наших снарядов, вражеские экипажи бросили свои танки и выходили с поднятыми руками.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

Более того, за первые несколько минут этого сражения мы узнали слабость врага. Хотя его броня была толще нашей, и его вооружение было хорошим, его танки были медленными и тяжелыми для маневра. Он сражался в небольших отдельных группах без единого командования и поэтому не мог в полной мере использовать свою мощь и силу.


Поэтому неудивительно, что, когда появятся новые вражеские группы танков, наши танки будут приветствовать их также галантно, как всегда.

Вскоре мы с удивлением узнали отчет: «Вражеские танки в тылу»! Некоторые французские танки превзошли нас. Вскоре мы получили следующее распоряжение: «Враг в тылу. В тыл. Марш. Атака».

Во всех наших предыдущих боевых действиях или в наших маневрах такое распоряжение никогда не издавалось и не практиковалось. Тем не менее, оно было полностью выполнено, и угроза нашему тылу была немедленно устранена. В дерзкой атаке танк 5-й компании поджег французский танк.

Воодушевленные этим, мы энергично атаковали остальную часть этой группы вражеских танков и вывели их из строя.

Наш тыл снова свободен, мы быстро возобновили атаку в нашем первоначальном направлении. Внезапно вражеские танки появились перед нами возле водонапорной башни на гребне к югу от Jandrain (только к северу от Merdorp). Теперь выяснилось, что каждый выведенный нами из строя французский танк был заменен двумя новыми.

Прилегающие полки были сильно задействованы, и казалось, что они продвигались очень медленно против вражеского сопротивления. Мы также были в курсе удручающего факта, что наши боеприпасы заканчивались, и мы должны были сказать некоторым танкам, чтобы они стреляли меньше снарядов, а в некоторых случаях и вовсе не вели стрельбы.


После паузы в действии, 2-й батальон готов к трудной атаке против края водонапорной башни. Сначала нам пришлось пересечь широкую равнину перед лицом вражеского оборонительного огня. Затем нам пришлось подняться на холм, по которому противник мог стрелять в нас из-за толстых изгородей. Моя компания и первый лейтенант Lekschat с его пятой компанией провели эту атаку.

Мы пересекли равнину на полной скорости, и в волнении боя мы не заметили, что на нашем пути продвижения мы сделали небольшое сокращение. Мы попали в нижнюю часть этого разреза с таким ударом, что мой водитель был почти сбит без сознания. Танк, который останавливается перед врагом, обязательно отключится в течение нескольких минут.

С большой энергией мой водитель опомнился, и мы продолжали продвигаться к водонапорной башне. По пути я заставил одну французскую команду покинуть свой танк, и я заставил прекратить огонь еще один танк своим орудием.

Между тем, 8-я рота прибыла с их тяжелыми танками, а затем второй батальон напал на северной оконечности края водокачки. Когда мы добрались до холма, мы подумали, что мы будем хозяевами ситуации, но мы получили огонь со всех сторон. Высота над башней, а также слева от Jandrenouille и справа от Jandrain, была сильно занята, и враг отчаянно сопротивлялся.

Два вражеских наблюдателей в водонапорной башне обстреляли нас с автоматами на коротких дистанциях. Позже мы узнали, что эти двое мужчин, оставшиеся у своего пулемета до последнего, были простреляны, как сито, при помощи нашего пулемета.

Поражение в бою немецкого танка и действия его экипажа


Я попал в опасное положение на гребне этого холма. Как только я достиг вершины, ища хорошие вражеские цели, я увидел вражеский танк, отлично замаскированный за изгородью. Я ушел в мой танк и сразу же повернул свою башню к врагу. Я заметил, что он следовал этому же примеру. Когда я начал заряжать свой первый снаряд, мой выстрел застрял. Это помешало мне выстрелить на одну-две секунды быстрее противника.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

В это время в мой танк попал снаряд куда-то сзади, рядом с двигателем. Мы не обратили внимания на этот удар и попытались вернуть к действию нашу пушку.

Через несколько секунд другой удар серьезно ранил моего радиооператора сзади. Он не мог более выполнять свои обязанностями, но водитель и я продолжали работать над пушкой. Мы почти закончили эту задачу, когда третий удар пронзил бензобак и начался огонь. Огромное пламя выстрелило в танк и подошло ко мне в башне.

Мы тут же спешились. Как мы вышли из танка, никто из нас не знал потом. У нас все еще было достаточно физической силы, чтобы перетащить нашего раненых товарищей на небольшой разрез.

Первый лейтенант Wollschlaeger, который наблюдал за нашим затруднительным положением, немедленно пришел на помощь с его тяжелым танком, но было слишком поздно, чтобы спасти мой танк.

Танк Wollschlaeger получил прямой удар, и ему пришлось немедленно отказаться от него, чтобы не быть сожженным заживо. Тем временем на сцену прибыли многие другие немецкие танки, и тут же открылся огонь. В конце концов, этот французский танк был подожжен.

Мы нуждались в пополнении запасов боеприпасов и горючего. Всемогущие самолеты-разведчики обнаружили важное препятствие в Perwez, которое было первоначальной обороной для позиции Dyle за пределами препятствия. Полковой легкий разведывательный взвод был отправлен обратно, чтобы поднять запасы.

Между тем, мы собрались в долине, используя наши тяжелые танки для обеспечения безопасности по отношению к врагу. 3-я компания, усиленная разведывательными взводами, саперным взводом и несколькими посланниками, все из которых командовал первый лейтенант Pfisters, атаковала Jandrain, чтобы очистить город и остановить огонь противника из этой окрестности.

Это была трудная задача, но эта группа вошла в Jandrain, заставила этот фланг прекратить стрельбу, захватил 400 человек, четыре противотанковых орудия и пять танков. Танк противника попытался уйти, но застрял в канаве, и экипажу не оставалось ничего другого, кроме как сдаться.

Наши транспорты с боеприпасами и автоцистерны прибыли за короткое время

Мы взяли боеприпасы и топливо и возобновили атаку, но противник был полностью побежден и не сопротивлялся. Мы быстро продвинулись к Ramilles с 1-м батальоном, а затем и со 2-м батальоном. Такое достижение, пройдя несколько боев, доказало превосходство нашего обучения и материальных средств.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

На пути к Ramilles, который мы достигли на закате, мы увидели много горящих французских танков и уничтоженные огнем к востоку от водонапорной башни. Мы могли сами убедиться, где и как мы поражаем наши цели. Мы гордились прямыми попаданиями, которые доказали, что наше обучение стрельбе превосходно.

Великая танковое сражение танки против танков 13 мая завершилось победоносно для нас. Мы не только победили врага, мы глубоко проникли в его позиции и заставили его отступить, уничтожив 53 его танка в течение двух дней.

Ночь была короткая, но на следующий день танковый полк был готов к еще одной атаке. Мы получили приказ проникнуть в препятствие танков в Perwez и атаковать позицию Dyle.

Мы быстро продвинулись от Ramilles до препятствия танков без остановки. Не стреляя. Танковое препятствие было построено из тяжелого железа длиной в несколько километров, дополненного заграждениями из проволочной сетки и глубокими канавами. Когда мы приблизились к препятствию, полковые саперы взорвали путь, через который танки проходили очень медленно в одном месте.

Как ни странно, все траншеи и центры сопротивления сразу за этим препятствием были оставлены. Французы отказались от своего оружия и других материальных средств на этих позициях, когда они отступили.

Вражеские бомбардировщики признали это дефиле и обстреляли нас. Мы представляли собой хорошую цель, но даже в этом случае их бомбы падали на открытую местность.

Вражеские бомбардировщики почти не исчезли, когда по нам был открыт огонь из танков в лесу слева от нас. 1-й батальон должен был снова атаковать, и нашим быстрым танкам удалось одержать верх.

Перед тем, как французские танки узнали о ситуации и действовали соответственно, капитан von Lauchert своим батальоном атаковал Malprouve и решил проблему в нашу пользу …

Первый лейтенант Pikra, следовавший во второй волне со своими саперами, внезапно столкнулся с небольшим отрядом тяжелых французских танков, остановленных в дефилированном положении на нашем левом фланге. Ему сразу стало ясно, что эти вражеские танки представляют собой огромную угрозу для тыла сильно занятого танкового батальона. Он должен был решить, что делать ему, перед лицом этих тяжелых танков.

Он поднял свои противотанковые пушки, которые были захвачены в Польше, и с небольшим количеством боеприпасов он открыл огонь по ним с близкого расстояния. Он выстрелил всего за два снаряда и поджег четыре танка. Но лидер этой танковой группы все еще оставался целым и невредимым.

Лейтенант Pikra решил прибегнуть к экстремальным мерам.

Он, со своими саперами пробрался вперед и бросил заряд взрывчатки под танк лидера, взрывом подняв его в воздух. Между тем тяжелые бои шли повсюду, особенно в полку слева от нас, но враг отступил, когда мы добрались до Malprouve.

Тяжелые бои за позиции Dyle

К полудню мы атаковали сильно укрепленную позицию Dyle. Высшему командованию было ясно, что здесь будет встречено сильное сопротивление, потому что эта линия защитила Namur. Наш полк атаковал к северу от Gembloux, между Baudeset и Ratentout, со вторым батальоном.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

5-я и 8-я компании атаковали в ряд, а пятая компания справа. 6-я компания следила за собой в обеих компаниях. По прибытии на главную автомагистраль ведущие танки столкнулись с сильным огневым противодействием. 8-я рота, под командованием первого лейтенанта Berger, пересекла шоссе и достигла рельс железной дороги, которая была настолько глубокой, что ее можно было пересечь лишь в очень немногих местах.

Кроме того, враг укоренился в этом разрезе в течение нескольких дней, поэтому мы получили тяжелые оборонительные огни, которые остановили нашу атаку.

6-й компании было приказано перейти вправо, чтобы привлечь внимание врага и доставить преследующий огонь, чтобы освободить восьмую компанию, которая понесла потери при ее лобовой атаке. Наше нападение не могло продолжаться без артиллерийской поддержки, и даже моторизованная артиллерия не могла следить за танками по той скорости, которую они продвигали.

Командир бригады приказал обоим танковым полкам собраться справа и слева от Baudeset и подготовиться к атаке днем. 6-я компания, при содействии артиллерийского огня на позиции противника, особенно в Ernage, защищала этот отход.

Мы едва достигли нашего положения на железной дороге, в рамках подготовки к дневной атаке, когда начался огонь французской артиллерии, напоминающего нам о Первой мировой войне. Первые выстрелы были хорошо размещены.

Два прямых удара были сделаны на том месте, где бригада и полковые штабы отдыхали под некоторыми деревьями. Только чудо предотвратило катастрофу. Тогда враг переключил огонь на наши танки. Ракетка после снаряда упала среди них, сделав несколько прямых ударов, так что немало мужчин были ранены и вынуждены были покинуть поле. Но огонь врага остановился, как только наша собственная артиллерия вступила в бой.

Наши приготовления заняли так много времени, что наступление было отложено до следующего дня.

Французская артиллерия продолжала стрелять ночью, чтобы мы не спали. Мы вырыли «лисичьи норы» и использовали наши танки в качестве укрытия. Это дало нам хорошую защиту со всех сторон, и артиллерийский огонь не был опасным.

Ад на железной дороге

На следующее утро мы приступили к наступлению. Сначала наша артиллерия подготовила путь, стреляя по вражеским позициям. Тогда наши пикирующие бомбардировщики отложили свои «яйца».

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

Ад снова разверзся на железной дороге. Наши артиллеристы и пикирующие бомбардировщики атаковали врага (две марокканские дивизии), которые были хорошо защищены крутыми склонами и рельсами. Боевой 1-й батальон был встречен градом оборонительного огня. Четвертая компания, особенно, попала в вулкан огня и потеряла несколько тяжелых танков …

Командир полка подполковник Eberbach всегда был на фронте, а его командирский танк был поражен прямым ударом артиллерии. Командир бригады, который двигался перед его полками, был ранен, и весь экипаж должен был покинуть свой танк.

Бои продолжали бой. Мы снова дошли до железной дороги, но враждебное сопротивление препятствовало дальнейшему продвижению.

Танк лейтенанта Georgi’s был остановлен препятствием. Он и его команда, вооруженные пистолетами и ручными гранатами, спешились и быстро уничтожили вражескую противотанковую пушку.

Рядом с ним старший сержант Kapischke снялся и взял на себя ответственность за некоторых пехотинцев. Они ворвались в положение врага и захватили некоторых пленных. Как будто казалось, что он проложил нам путь, чтобы следовать по линии с нашими танками, его застрелили через голову, и враг немедленно закрыл пробел.

В это время 2-й батальон находился к востоку от шоссе, ожидающего работы. Враг, зная, что поставлено на карту, вызвал такой буйный шквал, что для соседних атакующих подразделений почти невозможно было помочь 1-му батальону. Этот огонь также заставил 2-й батальон, ожидавший распоряжений к востоку от шоссе, постоянно менять свое положение.

В конце концов, атаку пришлось отменить. Это было трудное решение, но оно было отлично исполнено. Каждый танк покинул поле боя. Танки, которые не могли двигаться своими силами, были отбуксированы, даже несмотря на усилия марокканских снайперов, против членов экипажа, которые были выставлены при настройке буксировочных кабелей.

В течение предыдущих 24 часов враг точно знал наши раллийные позиции, поэтому мы ожидали исключительно тяжелой французской артиллерийской бомбардировки в предстоящую ночь. Поэтому мы вышли на новую раллийную позицию на лугу за большим лесом возле «Les Cinq Etoiles».

Пока мы обслуживали наши танки и пополняли наши боеприпасы, прибыло сообщение о том, что противник отступал с позиции Dyle после тяжелых боев с нашими танками в течении последних двух дней.

Последняя решающая атака немецких танковых подразделений

Мы сразу получили команду: «Приготовьтесь к атаке»! Для преследования противника был сформирован отряд предварительного отряда. Сестринский полк в нашей бригаде был назначен, чтобы взять на себя инициативу. Он ждал заказов в Ratentout, пока ситуация не прояснилась.

Немецкие танки против французской легкой механизированной дивизии

Чтобы скрыть свое отступление и препятствовать нашему продвижению, противник использовал свои самолеты в больших масштабах. Пока мы ждали приказ о походах, мы стали свидетелями гигантских воздушных боев и блестящих побед наших пилотов и зенитных орудий.

В то же время от нашего авангарда вышло сообщение о том, что нападение не продолжалось так быстро, как мы ожидали. Враг сопротивлялся от сектора к сектору. Как уже было вечером, было решено возобновить атаку на следующий день.

На следующее утро наш полк пересек железную дорогу, сцену тяжелых боев в предыдущий день. Там я мог убедиться, насколько хорошо французы укрепили свое положение и замаскировали свое оружие.

Мы увидели знаменитую позицию Dyle, которая была эвакуирована врагом после наших двух колоссальных атак.

Казалось, что побежденная армия оставляла все позади себя, включая танки и оружие любого калибра. Само собой разумеется, мы гордились, когда командование немецкой армии сообщило: «Танковые части вынудили врага покинуть важную позицию Dyle».

sgs-mil.org

Выстрел из танка

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.