Pz.Kpfw.IV оказался самым многочисленным танком Третьего рейха, и среди всей немецкой бронетехники уступает пальму первенства только САУ StuG III/40. После Второй мировой войны боевой путь «четвёрки» не закончился – в 194244 годах Германия поставила сотни этих машин своим союзникам, которые продолжали их эксплуатацию ещё долгие годы.

Неделю назад Warspot рассказывал о том, как создавался и модернизировался Pz.Kpfw.IV – самый массовый танк в истории Третьего рейха. О боевом применении четвёртого «панцера» армиями разных стран читайте в продолжении статьи.

«Четвёрки» на европейской арене

По состоянию на 1 мая 1940 года, когда вермахт готовился напасть на Францию и страны Бенилюкса, на его вооружении находилось 278 Pz.Kpfw.IV (из 3381 имевшихся в наличии танков). Ими, в основном, вооружались танковые дивизии, задействованные в операции «Удар серпом», которым предстояло отсечь всю северную группировку союзников, продвигаясь вдоль рек Эна и Сомма от Арденн к Ла-Маншу. В каждой из трёх дивизий (1-й, 2-й и 10-й) XIX танкового корпуса, которым командовал генерал танковых войск Хайнц Гудериан, находилось по 36 Pz.Kpfw.IV, а в остальных ТД, в среднем, насчитывалось по 24 «четвёрки». Эти машины использовались, в основном, для штурмовки пехотных укреплений противника, но иногда их приходилось бросать и против вражеской бронетехники.


Столкновения с французскими тяжёлыми танками В-Ibis, средними Somua S35 и британскими Matilda II показали, что короткая 75-мм пушка KwK 37 совершенно бесполезна против их брони, однако фугасное и осколочное действие её снарядов могло вывести из строя ходовую часть машин противника, что не раз выручало немецких танкистов. Всего в эту кампанию немцы потеряли подбитыми 97 танков Pz.Kpfw.IV, из которых безвозвратные потери составили 30 машин.

Снова на европейской арене боевых действий «четвёрки» появились уже летом 1943 года, когда союзники высадились на Сицилии (а в июне 1944 года – и во Франции). К тому времени Pz.Kpfw.IV, сильно «набравшие» в броне и вооружённые новейшими 75-мм орудиями KwK 40 L/48, стали опасными противниками для бронетехники союзников.

Днём 11 июня 1944 года танковая рота из состава 12-го танкового полка 12-й дивизии СС «Hitlerjugend» под командованием оберштурмфюрера СС Ганса Зигеля контратаковала 6-й Канадский бронетанковый полк, который без сил поддержки пытался прорваться и освободить французский городок Ле-Мениль-Патри в Нижней Нормандии. Немцы подбили 37 «шерманов» и заставили канадцев отступить, потеряв при этом лишь два Pz.Kpfw.IV. Командир Pz.Kpfw.IV из того же полка унтершарфюрер СС Вилли Кречмер за время боёв в Нормандии подбил 15 танков союзников, в том числе и в тяжелейшем сражении в районе города Кан.


Впрочем, локальные успехи «четвёрок» мало влияли на общую ситуацию. Союзники захватили полное господство в воздухе, и если не могли уничтожить немецкую бронетехнику с земли, то подключали к этому авиацию. К 9 июля дивизия «Hitlerjugend» потеряла около 60% личного состава, а во второй половине августа её основные уцелевшие силы попали в Фалезский «мешок».

warspot.ru

Так я об том в самом конце и

Так я об том в самом конце и написал — явно не убер-танк.

А в плане альтернативных модернизаций четверки есть крайне забавная статья В.Шпаковского. В техническом плане конечно бред полный но какой размах!

      И лучший танк им вышел не по силам...

Если считать, что танк — это гармоничное триединство огня, брони и скорости, то необходимо признать, что такая машина появилась в СССР только в конце войны и никакой существенной в ней роли не сыграла — это средний танк Т-44, созданный с учетом опыта и эксплуатации "тридцатьчетверки". Что до немцев, то они приложили немало усилий, чтобы самим сделать такой танк, но как раз гармоничности-то им все время и не хватало. Зато с избытком хватало инертности мышления, из-за чего германский танковый дизайн не смог решить самой главной задачи — обеспечить не только качественное, но также и количественное превосходство над танками противника.


Танки 3 рейха

В самом деле: советские Т-34 превосходили германские танки до 1942 года качественно, а затем количественно, а также по степени своей технической надежности. Американские машины отличались высокой ремонтопригодностью, а германские, хотя и имели мощную броню и вооружение, были либо сложны технологически (и в силу этого не годились для массового производства), либо для массового производства годились, но… уступали танкам союзников по вооружению. Конечно, во многом это отставание было связано с сырьевым голодом, который не позволял немцам делать броню равного качества с советской или американской, ну да ведь об этом надо было раньше заботиться.
   И вот здесь мы подходим к главному — чисто человеческому фактору германских неудач. На каком-то этапе надо было сообразить, что они просто не успеют создать абсолютно новый и совершенный танк. А выпуск новых и пока еще "сырых" машин должен неизбежно сказаться на выпуске старых. Значит надо было не бросаться производить "тигры" и "пантеры", а попытаться довести до уровня Т-34 основной танк — Pz.IV.
   Многие решения тут прямо "лезут в глаза", едва только мы обратимся к этой теме.


к, на танке Pz.III подобная модернизация могла бы заключаться в
"спрямлении" профиля передней верхней части корпуса путем наложения на него откидывающейся бронеплиты толщиной 30 мм. Суммарная толщина брони в этом случае стала бы 80 мм (50+30) — "нос корпуса" и 100 мм (50+20+30) — бронеплита водителя и пулеметчика. Для обзора можно было использовать перископические приборы, а лобовой пулемет убрать. Недостаточные диаметр погона башни можно было бы увеличить путем установки нового, более широкого подбашенного бронелиста с наклоном броневых стенок корпуса внутрь, как на нашем ИС-3. В этом случае на Pz.III можно поставить башню от Pz.IV, а экипаж сократить на одного человека. Броневые фальшборты ( это он об экранах что ли ?) в этом случае были бы не нужны, а башню можно прикрыть броней по аналогии с борнировкой Pz.IV. Вес танка увеличился бы незначительно, а боевая мощь возросла.

Танки 3 рейха

Танки 3 рейха

В нашей литературе почему-то сообщается, что на корпусе Pz.III разместить башню от PZ.IV нельзя, однако такие танки были построены и испытывались. Причем даже без увеличения ширины верхнего бронелиста.


стандартную башню Pz.IV устанавливалось орудие 75/50-мм с маской от Pz.III. Ходовая часть и лобовая броня оставались без изменений. Известен и Pz.III с ходовой частью фирмы FAMO с шестикатковой ходовой частью, состоящей из катков большого диаметра, установленных в шахматном порядке. Судя по фотографиям, эти машины даже участвовали в боях, однако вооружение на них осталось неудовлетворительным — 50-мм пушка L/42. Что помешало конструкторам поставить на это шасси еще один каток и башню от Pz.IV, пусть даже и с пушкой 55-мм, непонятно. Существовал даже проект гибрида Pz.III/Pz.IV с башней от Pz.II, но с 50-мм пушкой от Pz.III и элементами корпуса дбоих танков на подвеске FAMO. Прототип был построен, но и здесь дело не пошло, хотя очевидно, что отдельные недостатки качества в данном случае легко компенсировало бы их количество.
  Считалось, что на Pz.IV нельзя установить стандартную башню с 75-мм орудием от танка "Пантера". Но почему нельзя было путем увеличения ширины подбашенного броневого листа поставить на шасси Pz.IV саму башню от "Пантеры" ? Кстати, макет этого танка был создан. Возросший вес компенсировало бы удлинение шасси, тем более что оно уже было сделано для САУ "Насхорн" и "Хуммель". Еще одним спрямлением профиля корпуса (обводы Т-34 были у немцев перед глазами) путем наложения бронеплит на лобовую проекцию Pz.IV можно было бы довести суммарныю толщину лобовой брони до 105 мм: "нос корпуса" 85 + 30, верхний броневой лист 50 (30+20), бронеплита водителя — 105 (85+30).

полнительной защитой могли бы служить размещенные на этом бронелисте свои собственные запасные траки (либо трофейные с Т-34, кстати, довольно часто служившие немцам для дополнительного бронирования лобовых деталей корпуса и башни на Pz.IV). Дополнительной защитой, даже без замены башни, могли послужить установленные по бортам ящики ЗИП с внешними бронестенками толщиной 10 мм (суммарная толщина бортовой брони в этом случае составила бы 40 мм). На танк не пришлось бы ставить громоздкие броневые фальшборты по бортам корпуса, а разнесенная бронировка башни могла остаться без изменений. Накладной лист мог быть откидывающимся для доступа к люкам бортовых КП. Интересно, что подобная бронировка не есть плод фантазии, а встречалась на целом ряде американских танков "Шерман" с литым черепахообразным корпусом, что повышало толщины лобовой брони до 100 мм. Одна только маска от "Пантеры" на башне Pz.IV позволила бы довести суммарное бронирование до 170 мм.

Танки 3 рейха

При удлиненном шасси (см рис.1) аналогичным образом могла бронироваться и корма, причем под броневыми листами сзади вполне можно было разместить
дополнительные запасы топлива (рис.2-а). Как это хорошо видно на рисунке, никаких принципиальных изменений модификация "Н" не претерпевает, однако
защищенность ее резко увеличивается, а это, в свою очередь, повышает эффективность вооружения.


е большие перспективы могла бы сулить замена расположения ведущих колес с переднего на заднее (рис.2-б). В этом случае достаточно было бы перевернуть двигатель внутри моторного отсека, а сзади приварить к нему "нос" корпуса с трансмиссионным блоком и бортовыми КП. Увеличился бы объем боевого отделения, а весовая нагрузка возросла на корму, что позволило бы уравновесить ее броневой защитой носовой части еще большей толщины. Такой подход мы видим на опытных германских танках серии "Е", но зачем было создавать новую серию машин, когда с таким же успехом можно опять-таки пойти путем коренной модернизации старых? Поскольку теперь передний накладной лист мог быть фиксированным, заброневое отделение можно было даже заливать бетоном, что опять-таки практиковалось на ряде американских танков "Шерман". механизм поворота башни и наведения орудия тоже должен был быть гидравлическим), причем такое танк был даже построен, однако война закончилась раньше, чем его удалось довести до стадии серийного выпуска.
  Надо сказать, что в 1944 году немцы все-таки попытались создать Pz.IV с ведущими колесами сзади и гидравлическим приводвм от двух масляных насосов (при этом    механизм поворота башни и наведения орудия тоже должен был быть гидравлическим), причем такое танк был даже построен, однако война закончилась раньше, чем    его удалось довести до стадии серийного выпуска, а единственный уцелевший образец попал на выставочную площадку Абердинского полигона в США.

новый, по    сути дела, "старый" корпус вполне можно установить и "уменьшенную башню" с 88-мм орудием от танка "Пантера II", что не потребовало бы ни принципиалтно    нового шасси, ни дорогостоящих торсионов, от которых, кстати, немцы так-таки и отказались на танках серии "Е".

 На новый, по сути дела, "старый" корпус вполне можно установить и "уменьшенную башню" с 88-мм орудием от танка "Пантера II", что не потребовало бы ни принципиально нового шасси, ни дорогостоящих торсионов, от которых, кстати, немцы так-таки и отказались на танках серии "Е".
  Таким образом, совершенно очевидно, что германские конструкторы просмотрели целый ряд вполне эффективных конструктивных решений, которые могли значительно улучшить и качественный, и количественный состав бронетехники вермахта, причем без капитальных затрат. В чем же дело, почему так произошло? А вывод напрашивается следующий: в тоталитарном обществе, каковым являлась фашистская Германия, очень часто бывает куда выгоднее создавать новое в рамках того, что видится непосредственному начальству, нежели экономить средства налошоплательщиков, не говоря уже о конкуренции фирм-танкопроизводителей. Новые машины — новые заказы, новые успехи, новые награды, хотя, вне всякого сомнения, огромную роль сыграла и инерция мышления германских конструкторов, оказавшихся просто неспопособными по-иному посмотреть на то, что они сами же когда-то и создали. 


alternathistory.com

Долгое время советские историки, объясняя причины неудач Красной Армии на начальном этапе войны с фашистами, отмечали превосходство вермахта в танковой технике. В популярной книге для юношества, воспитавшей не одно поколение молодежи, противоборствующие стороны сравнивались с игроками в шахматы, у одного из которых (Советского Союза) на доске не было половины фигур.

Попробуй, мол, выиграй при таком раскладе! Такие утверждения подкреплялись цитатами из книг известных советских военачальников. Например, крупный знаток этого вопроса, главный маршал бронетанковых войск П. А. Ротмистров писал: «Наши танки по качеству превосходят немецкие танки… но танков у нас все же в несколько раз меньше, чем у немцев». Ему вторил другой специалист, бывший начальник Оперативного управления Генштаба, генерал армии С. М. Штеменко: «К началу войны мы еще значительно уступали противнику в численности современных танков…» Наконец, сам И. В. Сталин объявил народу 6 ноября 1941 года, что данной техники у немцев намного больше.

Как было не поверить столь авторитетным утверждениям? Так сформировалось заблуждение о том, что накануне Великой Отечественной войны вермахт имел подавляющее превосходство над Красной Армией в танках, самолетах и других видах вооружения, поскольку на военную машину Германии работала вся покоренная Европа. Суть распространенного мифа коротко формулируется фразой: «Немец давил нас техникой». Однако это не так.


Публикации перестроечного периода по-новому подошли к освещению данного вопроса. Однако они не только устранили старые заблуждения, но и породили новые. Во многом этому способствовали «откровения» беглого советского разведчика В. Суворова (Резуна), сообщившего о подготовке Сталина к захвату Европы. Он указал на разработку новых видов танков, рассчитанных исключительно на стремительные наступательные операции, и однозначно заявил о советском техническом превосходстве над вермахтом в начале 40-х годов. Суворов, упиваясь сравнением количества немецких и советских танков по состоянию на начало войны, позволил себе некоторое передергивание фактов. На некорректность его анализа указали не только российские, но и многие западные авторы, отметившие, что для одной стороны (советской) он указал общее число машин, а для другой (вермахта) — количество танков первой линии. Однако, раскритиковав ненаучный аналитический подход Суворова, историки пришли к выводу, что необходимо пересмотреть ранее известные цифры технической оснащенности вермахта и РККА накануне Великой Отечественной войны. И в самом деле пересмотрели их.

Новые публикации, освободившиеся от идеологических клише и опирающиеся на ранее недоступные исследователям документы, содержат совсем иные сведения. Например, в книге «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил. Статистическое исследование», выпущенной в 2001 году под общей редакцией профессора А. В. Кривошеева, сказано, что «к июню 1941 года в Красной Армии в наличии было 22 600 танков». При этом в западных, то есть приграничных округах насчитывалось 14 200 единиц такой техники. Именно данному количеству машин предстояло встретить фашистские полчища. Между тем, в восточных формированиях войск Германии и ее союзников имелось всего 4300 танков.

Так что превосходство в количестве такой боевой техники на начало войны однозначно было у Красной Армии — приблизительно в 3 раза. И даже больше, если учесть поправки В. Бешанова, который в книге «Танковый погром 1941 года», выпущенной в 2003 году, отмечает, что против СССР в первые дни войны Гитлер бросил только 3844 танков.

Конечно, эти цифры не с лучшей стороны характеризовали советское военное руководство, которое позволило армии с таким техническим оснащением отступать почти до Волги, поэтому долгие годы они оставались засекреченными. Канонической для отечественных историков на долгие годы стала формулировка, данная Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС в изданной в 1960–1965 годах фундаментальной «Истории Великой Отечественной войны»: в западных приграничных округах перед войной было «1800 тяжелых и средних танков… Кроме того, имелось много легких танков с ограниченным моторесурсом». При этом замалчивалось число устаревших моделей, а также общее количество такой техники.

Так сколько же танков имел Советский Союз накануне войны, и каковы были их технические характеристики?

Период создания танкового вооружения начался в 1929 году: 15 июля Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О состоянии обороны СССР», вслед за которым последовало предписание Реввоенсовета организовать производство танкеток, а также легкого, среднего, тяжелого и мостового танков. В соответствии с этими решениями штаб Красной армии утвердил «Систему танко-, тракторно-, авто- и броневооружений РККА». На ряде заводов появились танковые конструкторские бюро. Так, авиамоторный отдел «Большевика» был преобразован в танковый. Его костяк составили инженеры, переведенные из Москвы. В целях централизации руководства перевооружением армии в том же году было создано Управление механизации и моторизации РККА.

Не упустило советское руководство и кадровый вопрос: квалифицированных специалистов по новым видам боевой техники начали готовить на созданном для этих целей в 1929 году бронетанковом отделении артиллерийского факультета Военно-технической академии имени Дзержинского. В 1930 году при данной академии сформировали новый факультет — механизации и моторизации РККА, а 13 мая 1932 года в Москве открыли Военную академию механизации и моторизации.

Первый опытный механизированный полк, которым командовал один из энтузиастов бронетанковых войск, К. Б. Калиновский, появился летом 1929 года. На базе этого полка в мае 1930 года было создано первое в мировой практике бронетанковое соединение — механизированные бригады в составе танкового и механизированного полков, разведывательного и артиллерийского дивизионов, а также ряда специализированных подразделений. В бригаде имелось 60 танков, 32 танкетки, 17 бронемашин, 264 автомобиля и 17 тракторов.

1 августа 1931 года Совет Труда и Обороны принял так называемую большую танковую программу, в которой подчеркнул, что технические успехи в области строения данной боевой техники в СССР «создали прочные предпосылки к коренному изменению общей оперативно-технической доктрины по применению танков». Поэтому 1931 год можно считать стартом массового советского танкостроения: заводы произвели 847 машин пяти типов. В следующем году они изготовили еще 3032 единицы такой техники. И это было только начало. В соответствии с первой программой выпуска бронетехники к концу 1932 года в Красной Армии должно было быть 5500 танков. В действительности же в 1929–1933 годах появилось около 7500 боевых машин.

Наиболее многочисленными типами бронетехники были тогда легкие танки Т-26 и БТ. Образцом для Т-26, серийный выпуск которого начался в 1931 году, послужил 6-тонный танк «Викторс». Лицензию на производство последнего купили в Великобритании, а затем дополнили конструкцию самостоятельно разработанной технологией. Так получился самый распространенный предвоенный танк — он находился в производстве вплоть до 1941 года. На 22 июня 1941 года в РККА находилось 9998 единиц Т-26. Однако они имели существенные недостатки: относительную тихоходность и очень тонкую броню, способную защитить экипаж только от стрелкового оружия. Другими словами, такие танки могли воевать преимущественно против пехоты.

Значительно лучшими характеристиками обладал танк БТ, технологическая документация и права на производство которого были приобретены у американского конструктора Кристи. Этот танк, предназначенный для стремительных глубоких рейдов по тылам противника, отличался высокой подвижностью. На нем был установлен авиационный двигатель, обеспечивающий большую удельную мощность. Правда, в целях экономии машины зачастую комплектовали не новыми, а уже выработавшими свой ресурс двигателями — по принципу «числом побольше, ценой подешевле». К весне 1940 года Красной Армии было передано более 8000 таких машин. На 22 июня 1941 года на вооружении РККА состояло 7519 танков БТ.

Кроме того, производились плавающие танки и танкетки — Т-37А, Т-38, средний трехбашенный танк Т-28, предназначенный для преодоления сильно укрепленных оборонительных полос противника, а также тяжелый танк Т-35 и некоторые другие виды. В результате невиданной милитаризации Советский Союз к концу второй пятилетки, в 1937 году, имел танковый парк в количестве более 12 000 единиц техники. Когда же в Европе отчетливо запахло войной, процесс создания танковой армады ускорился и к моменту подписания «пакта Молотова-Риббентропа» Сталин располагал уже более чем 21 000 машин.

Конечно же, большая часть танков, выпущенных в начале 30-х годов, к концу десятилетия устарела. Поэтому Красная Армия в 1938–1939 годах начала перевооружаться. Учитывая опыт боев в Испании и появление противотанковой артиллерии, без труда крошившей легкую броню Т-26, ЦК ВКП(б) в августе 1938 года поручил Комитету обороны СССР создать образцы танков с противоснарядным бронированием к июлю 1939 года. К проектированию таких машин приступили одновременно в Харькове и Ленинграде — на Кировском заводе.

Харьковские специалисты создали средний танк Т-34. Почти одновременно с ними группа конструкторов Кировского завода под руководством Ж. Я. Котина разработала тяжелый танк «Клим Ворошилов», более известный под аббревиатурой КВ. Новые модели характеризовались весьма удачным сочетанием основных боевых показателей — по огневой мощи, броневой защите и подвижности они превосходили все зарубежные аналоги.

Т-34, созданный М. Кошкиным, А. Морозовым и Н. Кучеренко, был лучшим средним танком Второй мировой войны. Принципиально новое решение было найдено при разработке конструкции его корпуса и башни. Отказавшись от громоздких колесных редукторов, удалось использовать высвободившийся вес на увеличение толщины брони (до 45 мм), в том числе на дополнительную защиту ходовой части. Благодаря применению широких гусениц машина могла передвигаться по целине и по снегу. По сравнению со всеми немецкими танками данная модель имела лучшую подвижность, проходимость, в несколько раз больший запас хода, а также абсолютное превосходство в броне и вооружении. Это подтвердили и военачальники противника. Генерал-фельдмаршал фон Клейст лаконично назвал «тридцать четверку» самым лучшим танком в мире. А генерал Э. Шнейдер написал: «Танк Т-34 произвел сенсацию. Русские, создав исключительно удачный и совершенно новый тип танка, совершили большой скачок вперед в области танкостроения… Попытка создать танк по образцу русского Т-34 после его тщательной проверки немецкими конструкторами оказалась неосуществимой». Серийное производство этого «чуда» началось в 1940 году.

Тяжелый КВ вообще не брала ни одна пушка. Толщина брони его сварочного корпуса составляла 75 мм, а башни — была доведена до 105 мм к 1941 году! Зафиксированы случаи, когда танк не выходил из боя даже после 200 попаданий в него. Недаром генералы вермахта запрещали своим танкистам вступать в бой с советскими тяжелыми машинами. Для борьбы с «Ворошиловыми» немцы применяли 88-миллиметровые зенитные орудия. К 22 июня 1941 года в войска Красной Армии поступили 1225 Т-34 и 636 КВ. В западных военных округах находилось 967 и 508 этих первоклассных машин соответственно.

Вот именно их-то обычно и называли советские историки, отмечая, что на вооружении РККА было всего лишь 1800 новых моделей танков. Но ведь нельзя же, сравнивая вооружение данной техникой двух армий, вообще не учитывать более 20 000 машин старых типов! Так что по количественным показателям никакого танкового превосходства у вермахта не имелось. Напротив, оно было у Красной Армии. Точные цифры в книгах разных авторов несколько отличаются. По данным, приведенным В. Бешановым, СССР имел накануне войны в общей сложности более 25 000 танков всех видов. В статистическом исследовании «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил» под редакцией профессора А. В. Кривошеева обшее количество советских танков определяется в 22 600 машин. Однако этот цифровой разнобой не влияет на общий вывод. Ответ на вопрос: «У кого было больше танков?» очевиден.

Что касается качественной характеристики танков, то, безусловно, по техническим показателям абсолютно все старые модели уступали Т-34 и КВ. Однако это не значит, что они были совершенно непригодны к эксплуатации.

Кроме того, у вермахта также далеко не все машины были только новых модификаций и с конвейера. Серийное производство танков в Германии началось лишь в 1934 году. Первоначально выпускались машины T-I, имевшие только пулеметное вооружение. В ходе военных действий в Испании в 1936 году они показали свою малую результативность. Поэтому немцы ускоренными темпами начали разработку танков с пушечно-пулеметным вооружением и в конце 1936 года приняли на вооружение T-II, а в 1937 году — T-III и T-IV. Год спустя началось их серийное производство. Однако T-I еще долго оставался основной боевой техникой: к началу войны с Польшей 46,6 % танкового парка Германии составлял этот устаревший танк.

Третий рейх достиг пика своего могущества в плане вооружения к лету 1941 года — тогда в вермахте находилось 5675 танков и 377 штурмовых орудий. Правда, все тех же типов. Уверовав в превосходство немецкой техники, фюрер отказался финансировать новые разработки.

Из более чем 4000 танков, выставленных Гитлером для «восточного похода», около половины были не только легкими, но и устаревшими, — модели T-I, T-II, 35 (t) и 38(t). Настоящими «панцирными динозаврами» считались 410 машин T-I. С точки зрения генерала Гальдера, эту «обузу для частей» следовало «отправить в тыл для охраны отечественной территории, охраны побережья, а также в целях боевой подготовки». Танки T-II, которых к 22 июня 1941 года на восточных границах насчитывалось 746 единиц, могли на равных вести бой только с советскими легкими машинами типа Т-37, Т-38 и Т-40. Против Т-26 и БТ-7 пушка немецкого танка была эффективна только на короткой дистанции, в то время как 45-миллиметровые русские пушки могли поразить T-II на значительно большем расстоянии.

Легкие танки 35(t) и 38(t), доставшиеся Германии после оккупации Чехии, тоже не относились к современной технике. Толщина броневых листов танков 35(t) колебалась от 8 до 25 мм, что делаю их достаточно уязвимыми. Кроме того, они выходили из строя на морозе, поскольку в них замерзала система сжатого воздуха. Все 149 таких машин, входивших в группу армий «Север», были уничтожены к декабрю 1941 года. Подобные недостатки были и у танков 38(t) — их броня была усилена только в поздних моделях, поэтому все 623 машины этого типа, вступившие на территорию СССР, были потеряны, так и не дойдя до Москвы.

По-настоящему боевым танком вермахта можно считать T-III. Он использовался во всех театрах военных действий в Великой Отечественной войне и мог на равных драться с советскими БТ и Т-26, немного уступая лишь Т-28. В то же время при столкновении с Т-34 и КВ германский T-III имел шансы на победу только при благоприятных условиях, таких как засада или близкая дистанция. Ахиллесовой пятой этих танков была ширина гусеничных лент — 380 мм, ориентированная на движение преимущественно по дорогам. В условиях российского бездорожья проходимость такой техники значительно ограничивалась. По признанию немецкого военачальника Гота, дороги мешали продвижению его танковой группы сильнее, чем советские войска. На 22 июня 1941 года в частях германских танковых войск находилось 1440 единиц T-III. Из них для войны с Союзом было выставлено 965 машин.

Самым мощным танком Третьего рейха на момент начала Великой Отечественной войны был 22-тонный T-IV. Его планировалось использовать для прорыва. Против СССР было выставлено 439 таких машин.

Тяжелых танков в распоряжении немецкой армии в 1941 году не было вообще. Самым тяжелым считался уже названный T-IV. Для сравнения отметим, что советские Т-28 и Т-34, которые отечественные историки и мемуаристы называют средними, весили по 27 т. А по-настоящему тяжелым танком Красной Армии был 48-тонный КВ, принятый на вооружение с декабря 1939 года.

Таким образом, проведенное сопоставление техники противников показывает, что накануне Великой Отечественной войны вряд ли всерьез можно было говорить о качественном превосходстве танкового корпуса вермахта над советским. Кстати, генералы и маршалы Красной Армии гордились своей техникой, а немецкая у них никаких восторгов не вызывала. Напомним, в 1941 году с разрешения Гитлера делегации из Советского Союза была продемонстрирована вся новейшая боевая техника вермахта, в том числе и бронетанковая, и впечатления на советских военных она не произвела.

Так что вряд ли корректно говорить и о существенном качественном превосходстве танковых сил вермахта перед началом Великой Отечественной войны.

Другое дело, что далеко не вся советская техника находилась в надлежащем состоянии. Значительная ее часть была неисправна: накануне войны из всех советских танков старых марок 44 % нуждалось в текущем ремонте и 29 % — в капитальном. То есть полностью исправными были лишь около четверти машин. Но это, как говорится, уже другая проблема — отношение к технике, правильная ее эксплуатация и подготовка личного состава. По всем этим показателям германская армия действительно стояла неизмеримо выше, чем РККА. Поэтому речь может идти не столько о количественном и качественном преимуществе одной из сторон в танках, сколько об умении им правильно распоряжаться.

Следующая глава >

info.wikireading.ru

18_b

В различных книгах и телепередачах постоянно встречается оценка “Пантеры” как одного из лучших танков Второй Мировой. А в передаче на канале «Нэшинел Джиографик» его вообще назвали абсолютно лучшим танком, танком, «опередившим своё время»…

Историческая справка

Panzerkampfwagen V Panther, сокр. PzKpfw V «Пантера» — немецкий танк периода Второй мировой войны. Эта боевая машина была разработана фирмой MAN в 1941—1942 годах как основной танк Вермахта.

По немецкой классификации «Пантера» считалась средним танком. В советской танковой классификации «Пантера» считалась тяжёлым танком. В ведомственной сквозной системе обозначений военной техники нацистской Германии «Пантера» имела индекс Sd.Kfz. 171. Начиная с 27 февраля 1944 года фюрер приказал использовать для обозначения танка только название «Пантера».

clip_image001

Боевым дебютом «Пантеры» стала битва на Курской Дуге, впоследствии танки этого типа активно использовались Вермахтом и войсками СС на всех европейских театрах военных действий. По мнению ряда экспертов, «Пантера» является лучшим немецким танком Второй Мировой войны и одним из лучших в мире.

В то же время танк имел ряд недостатков, был сложен и дорог в производстве и эксплуатации. На базе «Пантеры» выпускались самоходно-артиллерийская установка (САУ) «Ягдпантера» и ряд специализированных машин для инженерных и артиллерийских частей немецких вооружённых сил.

clip_image002

Ну а каково же было реальное значение для хода войны столь выдающейся машины? Почему же Германия имея столь выдающийся танк не разгромил наголову Советские бронетанковые силы?

clip_image004

Батальоны «Пантер» на Восточном фронте.Период с конца 1943 по 1945 год
«Пантеры», уцелевшие на Курской Дуге, собрали в составе 52-го танкового батальона, который 24 августа 1943 года переименовали в I. Abteilung/Panzer-Regiment 15. 51-й батальон в начале августа получил новые 96 «Пантер» и остался в составе гренадерской дивизии «Grossdeutschland».

К концу августа 52-й батальон безвозвратно потерял 36 «Пантер». По состоянию на 31 августа 1943 года в 52-м танковом батальоне было 15 боеспособных танков, ещё 45 машин находилось в ремонте.

clip_image005

В конце августа 1943 года на фронт прибыл 1. Abteilung/SS-Panzer-Regiment 2, входивший в состав танковой дивизии СС «Das Reich». Этот батальон насчитывал 71 «Пантеру». Три командирских танка находилось при штабе, а в каждой из четырех рот было по 17 машин: две в штабной секции и по пять в каждом взводе. 31 августа 1943 года в батальоне был 21 боеспособный танк, 40 машин нуждалось в ремонте, 10 было списано.

clip_image006

Четвертым батальоном «Пантер», оказавшимся на Восточном фронте, был II. Abteilung/Panzer-Regiment 23. Батальон располагал 96 «Пантерами», из которых большинство составляли Ausf. D, но было и несколько Ausf. A. Пятой частью был I. Abteilung/Panzer-Regiment 2, оснащенный 71 «Пантерой», главным образом Ausf. А. Из рапорта 13-й танковой дивизии от 20 октября 1943 года:

clip_image007

«Из-за угрожающей обстановки на фронте, батальон был брошен на передовую, едва успев выгрузиться. Батальон действовал по ротам. Из-за спешки наладить взаимодействие с гренадерами не удалось. Часто без надобности переходя в контратаки, танковые отделения поддерживали действия пехоты. Как выяснилось позднее, такое использование танков противоречило основным тактическим принципам, однако положение на фронте не оставляло выбора».

clip_image008

Ниже приведены выдержки из рапортов командира I. Abteilung/Panzer-Regiment 2. гауптмана Боллерта, охватывающих период с 9 по 19 октября 1943 года:
Тактическая подготовка
«Недостаточная тактическая подготовка экипажей серьезно не сказалась на боеспособности батальона, так как более половины личного состава батальона имеет боевой опыт. В таком окружении молодые солдаты быстро повышают свою квалификацию. Многие молодые механики-водители, только что закончившие танковую школу, с большим усердием поддерживали свои танки в боеспособном состоянии. В любом случае, очень желательно иметь опытного командира взвода».

clip_image009

Техническая подготовка в Германии
Во время нескольких недель подготовки механики-водители и техперсонал изучали не всегда то, что требуется на передовой. Некоторые из солдат занимались все время каким-либо одним заданием, например, меняли опорные катки. Таким образом, у многих не было целостного представления об устройстве PzKpfw V. Под руководством опытного инструктора молодые солдаты иногда достигали отличных результатов за очень непродолжительное время. Возможность изучить матчасть есть на каждом заводе, собирающем танки.

clip_image010

Механические проблемы

Уплотнитель головки цилиндров прогорел насквозь. Разрушен вал топливного насоса.
Сорваны болты на большой шестерне бортовой передачи. Часто наблюдается выпадение заглушек, что приводит к вытеканию масла. Масло также часто вытекает через шов между кожухом бортовой передачи и бортом танка. Болты, которыми бортовые передачи крепятся к борту корпуса, часто ослабевают.

Верхний подшипник вентилятора часто заедает. Смазка недостаточна, даже если уровень масла в норме. Повреждения вентилятора часто сопровождается повреждением привода вентилятора.

Подшипники карданного вала выходят из строя. Привод гидравлического насоса изнашивается.

clip_image011

Проблемы с вооружением: сцепление компрессора залипает, что мешает работе системы продувки ствола. Прицел TZF 12 выходит из строя в результате попаданий в маску пушки. Расход оптики для прицела очень высок.

Совершенно необходимо оснастить танк курсовым пулеметом для борьбы с пехотой противника. Необходимость в курсовом пулемете ощущается особенно остро, когда спаренный пулемет замолкает.

clip_image012

Лобовая броня PzKpfw V очень хороша. 76,2-мм бронебойные снаряды оставляют на ней вмятины не глубже 45 мм. «Пантеры» выходят из строя при прямом попадании 152-мм фугасных снарядов — снаряд проламывает броню.

Почти все «Пантеры» получили лобовые попадания 76-мм снарядов, при этом боеспособность танков практически не страдала. В одном случае маску пушки пробил 45-мм снаряд, пушенный с дистанции 30 м. Экипаж не пострадал.

clip_image013

Однако бортовая броня очень уязвима. Борт башни на одной из «Пантер» был пробит из противотанкового ружья. Борт другой «Пантеры» также был пробит мелкокалиберным снарядом. Все эти повреждения происходят во время боев на улицах или в лесу, где закрыть фланги не представляется возможным.

Прямое попадание артиллерийского снаряда и нижнюю часть лобовой брони привело к тому, что лопнули сварные швы, а от бронеплиты откололся кусок несколько сантиметров длиной. Очевидно шов был проварен не на всю глубину.

clip_image014

Юбка показала себя достаточно хорошо. Крепления листов недостаточно надежны и очень неудобно расположены. Поскольку листы подвешены па расстоянии 8 см от борта танка, они легко отрываются ветвями деревьев и кустарников.

Новые опорные катки не вызывали нареканий. Почти все «Пантеры» теряли ход из-за разрывов фугасных снарядов. Один опорный каток пробит навылет, три повреждено. Раскололось несколько опорных катков. Хотя 45-мм и 76-мм снаряды пробивают траки, они не могут иммобилизовать танк.

В любом случае «Пантера» может своим ходом покинуть поле боя. Во время продолжительных маршей на предельной скорости быстро изнашиваются резиновые бандажи на опорных катках.

clip_image015

Пушка показала себя превосходно, отмечены только единичные незначительные проблемы. Лобовая броня КВ-1 уверенно пробивается с дистанции 600 м. СУ-152 пробивается с дистанции 800 м.

Новая командирская башенка имеет довольно удачную конструкцию. Диоптр, очень помогавший командиру танка в наведении пушки на цель, отсутствует. Три передние перископа следует сместить чуть ближе друг к другу. Поле зрения через перископы хорошее, но невозможно использовать бинокль. При попадании снарядов в башню оптика перископа часто выходит из строя и требует замены.

clip_image016

Кроме того, перископы механика-водителя и стрелка-радиста следует лучше герметизировать. Во время дождя вода проникает внутрь и сильно затрудняет работу.
Буксиры Bergepanther отлично зарекомендовали себя. Одного Bergepanther достаточно для эвакуации одного танка в сухую погоду.

По глубокой грязи даже двух буксиров недостаточно для эвакуации одной «Пантеры». К настоящему времени буксиры Bergepanther эвакуировали 20 «Пантер». В общей сложности поврежденные танки буксировали на расстояние 600 м. Bergepanther использовались только для того, чтобы отбуксировать подбитые танки с передовой в ближний тыл.

Опыт батальона показывает, что необходимо иметь как минимум четыре буксира Bergepanther, хотя бы и за счет обычных 18-тонных буксиров. Оснащенность буксиров радиостанциями оказалась кстати. Во время боя командиры Bergepanther получали указания по радио.

clip_image017

Чтобы буксировать одну «Пантеру» в сухую погоду требуется два тягача Zugkraftwagen 18t. Однако по глубокой грязи даже четыре 18-тонных тягача не могут сдвинуть танк.

16 октября батальон начал атаку силами 31 танка. Хотя пройденное расстояние было невелико, 12 «Пантер» вышло из строя из-за механических поломок. К 18 октября 1943 года батальон располагал 26 боеспособными «Пантерами». 39 танков нуждалось в ремонте и 6 машин пришлось списать. В период с 9 по 19 октября среднее количество боеспособных танков составляло 22 «Пантеры».

clip_image018

Результаты: подбито 46 танков и 4 самоходных орудия. Уничтожено 28 противотанковых пушек, 14 артиллерийских орудий и 26 противотанковых ружей. Наши безвозвратные потерн — 8 танков (6 подбито и сгорело во время боев, два разобрано на запчасти).»

clip_image019

Из-за механической ненадежности «Пантер» и высокого уровня потерь, 1 ноября 1943 года Гитлер решил отправить на Ленинградский фронт 60 танков без двигателей, которых следовало врыть в землю напротив Кронштадской бухты. С 5 по 25 ноября 1943 года 60 «Пантер» (полностью боеспособных), отправили в распоряжение командования Группы Армий «Север».

clip_image020

30 ноября 1943 года командование L армейского корпуса сообщило, что 60 «Пантер» поступило в ведение 9-й и 10-й полевых дивизий люфтваффе. «Пантеры» были по три врыты вдоль линии обороны, имея перед собой простреливаемое пространство 1000-1500 м.

Если по какой-то причине три танка окопать рядом не представлялось возможным, одиночную машину усиливали пехотой и противотанковой пушкой. 10 наиболее боеспособных машин оставили на ходу в качестве мобильного резерва.

clip_image021

Из состава I. Abteilung/Panzer-Regiment 29 выделили 60 человек (20 командиров, 20 механиков-водителей, 15 наводчиков и 5 стрелков-радистов). 26 декабря III танковый корпус получил приказ собрать все сохранившие подвижность «Пантеры» в составе I. Abteilung/Panzer-Regiment 29. Окопанные «Пантеры» остались в ведении дивизий.

В ноябре 1943 года два батальона «Пантер» прибыли на Восточный фронт. Это были I. Abteilung/Panzer-Regiment 1, насчитывавший 76 «Пантер» (в роте 17 танков), а также I. Ableilung/SS-Panzer-Regiment 1. полностью укомплектованный (96 «Пантер»), Оба батальона действовали в составе своих дивизий.

clip_image022

В начале ноября 1 батальон 15-го танкового полка получил пополнение в виде 31 «Пантеры». В конце декабря 1943 года I батальон 1-го танкового полка получил 16 новых «Пантер». Не считая 60 «Пантер», отправленных на Ленинградский фронт, всего в 1943 году на Восточный фронт было отправлено 841 «Пантера».

К 31 декабря 1943 года немцы располагали только 217 «Пантерами», из них лишь 80 сохранили боеспособность. 624 танка было списано (потери 74%).

С 5 по 11 декабря 1943 года 76 «Пантер» доставили в I батальон 2-го танкового полка. Еще 94 «Пантер» прибыли в качестве пополнения в другие батальоны. Однако все эти танки впервые использовали в бою уже в январе 1944 года.

clip_image023

5 марта 1944 года Гудериан сообщал:
«Как показал опыт последних боев, «Пантеру», наконец, удалось довести до ума. В рапорте от 22 февраля 1944 года, поступившем из 1-го танкового полка, говориться: «В нынешнем варианте «Пантера» годна для фронтового применения. Она значительно превосходит Т-34. Почти все недостатки устранены.

Танк имеет превосходное бронирование, вооружение, проходимость и скорость. В настоящее время средний пробег мотора находится в пределах 700-1000 км. Число поломок двигателя уменьшилось. Поломки бортовых передач больше не отмечаются. Рулевое управление и трансмиссия достаточно надежны».

clip_image024

Однако этот рапорт из 1-го танкового полка оказался преждевременным. Действительно, «Пантера» хорошо себя чувствовала зимой на подмерзшем грунте, но уже в рапорте от 22 апреля 1944 года из I батальона 2-го танкового полка сообщается о многочисленных технических проблемах, вызванных весенним бездорожьем:

В рапорте обобщен опыт, полученный в период между 5 марта и 15 апреля 1944 года.

Двигатель Maybach HL 230 Р30;

В общем, новые двигатели гораздо надежнее предшественников. Иногда двигатель без ремонта проходит до 1700-1800 км, причем 3 «Пантеры», пройдя это расстояние, по-прежнему остаются на ходу. Но характер поломок не изменился: разрушение механических частей и повреждение подшипников.

clip_image025

Пожары двигателя

Количество пожаров в двигательном отделении заметно сократилось. Выявлены следующие причины пожаров:

Утечки масла через клапаны из-за плохих уплотнителей. Капли масла падают на раскаленные выхлопные трубы и воспламеняются.

В некоторых случаях отмечается переполнение карбюратора. Свечи заливаются бензином и не дают искры. Несгоревшее топливо затем выбрасывается в выхлопные трубы и просачивается наружу через уплотнители, становясь причиной пожара.

clip_image026

Трансмиссия

Срок службы трансмиссии также увеличился. В среднем, каждые 1500 км пробега выходит из строя 3-я передача, причем ремонту в полевых условиях поломка не поддается. Выход из строя 3-й передачи объясняется ее перегрузка при движении но грязи. Поскольку заменить трансмиссию иногда не удается, мы эксплуатировали три «Пантеры» с неисправной коробкой передач.

Переключение со 2-й сразу на 4-ю передачу иногда вызывало поломку сцепления, но ремонтировать сцепление гораздо проще. Случается, что танки проходят без поломки сцепления по 1500-1800 км, причем 4 «Пантеры» уже перекрыли этот рекорд.

Быстрый износ рулевого управления также обусловлен постоянной ездой по бездорожью. Рулевое управление имеет достаточно сложную конструкцию, а квалификации механиков-водителей недостаточно для того, чтобы самостоятельно устранить возникающие неисправности. Поэтому танками управляют с помощью бортовых тормозов, что приводит к их быстрому износу и частому выходу из строя.

clip_image027

Бортовые передачи

Очень часто танки выходят из строя из-за поломок бортовых передач. Например 11 марта пришлось заменить бортовые передачи на 30 танках. Левая бортовая передача выходит из строя чаще, чем правая. Болты на большой шестерне бортовой передачи часто срываются. Особенно неблагоприятно влияет на бортовые передачи движение задним ходом по грязи.

Подвеска и гусеницы:

После 1500-1800 км пробега наблюдается сильный износ гусениц. Во многих случаях направляющие зубья отламываются или сгибаются. Четырежды гусеницы пришлось менять целиком, так как ни на одном траке не осталось направляющего зуба.

clip_image028

Несмотря на то, что надежность танков заметно возросла, следует продолжать предпринимать попытки повысить надежность в еще большей степени. Для этого необходимо, чтобы «Пантеры» были приспособлены к следующим боевым ситуациям:
Работа двигателя на предельных режимах при движении вверх по склону или по глубокой грязи.

Рулежка при движении задним ходом (неизбежный маневр во время боя).
Перегрузка сцепления.

clip_image029

Снижение уровня поломок также объясняется возросшим опытом механиков-водителей и командиров танков. В 4-й роте 2-го танкового полка танк ефрейтора Габлевского (PzKpfw V. Fgst.Nr. 154338. Motor Nr.83220046) к настоящему времени прошел без ремонта 1878 км и по прежнему сохранил полную боеспособность. За все это время потребовалось поменять несколько опорных катков и гусеничных траков.

Расход масла на танке составляет около 10 л. на 100 км. На «Пантере» до сих пор стоят двигатель и трансмиссия, смонтированные еще на заводе.»
Для того, чтобы закрыть огромную брешь на Восточном фронте, сделанную Красной Армией в июле 1944 года, было спешно сформировано 14 танковых бригад. Лишь семь из них отправили на Восточный фронт.

Остальные семь пришлось отправить на запад, поскольку в августе 1944 года союзники начали во Франции успешное наступление. В каждой бригаде с номером от 101 до 110. а также в Fuehrer — бригаде имелось по одному батальону «Пантер». Батальон состоял из штаба (3 «Пантеры») и трех рот, по 11 «Пантер» в каждом (2 при штабной секции и по 3 в трех взводах).

clip_image030

С августа 1944 года бомбардировки союзников стали сказываться на производительности немецких танковых заводов. Производство «Пантер» падало, а потери на фронтах, напротив, росли. Пришлось пойти на сокращение танков в батальонах. Например, в I. Abteilung/Panzer-Regiment73160;10 имел три машины при штабе и 17 «Пантер» во 2-й и 4-й ротах.

В I батальоне танкового полка «Hermann Goering» было 4 «Пантеры» при штабе батальона и по 14 «Пантер» в каждой из четырех рот (две «Пантеры» в штабной секции и по четыре в трех взводах). По той же схеме организовывались 1 батальоны 6-го, 11-го, 24-го и 130-го танковых полков.

В этих четырех батальонах все 60 «Пантер» были оснащены приборами ночного видения. Полевые испытания закончились неудачно. поэтому все приборы ночного видения демонтировали и отправили на склад еще до отправки частей на фронт.

clip_image031

После провала наступления на Западном фронте, в феврале 1945 года 8 дивизий (1-я. 2-я, 9-я, 10-я и 12-я дивизия СС, а также 21-я дивизия, 25-я гренадерская дивизия и гренадерская дивизия «Fuehrer»), насчитывавшие в общей сумме 271 танк, были переброшены на восток.

12 февраля 1945 года генерал-инспектор танковых войск приказал 1-й роте 101-го танкового батальона танковой бригады «Fuehrer» начать войсковые испытания прибора ночного видения FG 1250. Десять «Пантер» роты были отправлены в Альтенграбов, для оснащения ноктовизорами.

Кроме того, рота получила три SdKfz 251/20. оснащенных ИК-прожекторами BG 1251 (Uhu). 26 марта 1945 года майор Вёльварт и гауптман Ритц доложили о ходе первого ночного боя с использованием ИК-прицелов.

Бой прошел успешно, приборы ночного видения оказались достаточно надежны. Получив обнадеживающие результаты, немецкое командование оснастило ИК-прицелами танки в следующих частях:
I./PzRgt 6 (3. PzDiv) — 1 марта 10 штук;
Ausbildungs-Lehrgang Fallingbostel — 16 марта 4 штуки;
I./PzRgt 130 (25. PzGrDiv) — 23 марта 10 штук:
I./PzRgt 29 (PzDiv Muenchenberg) — 5 апреля 10 штук;
4. Kp/PzRgt 11-8 апреля 10 штук.

clip_image032

За исключением четырех «Пантер», отправленных в Фаллингбостель, все машины, оснащенные FG 1250 (50 штук), участвовали в боях на Восточном фронте.
Наибольшее количество боеспособных «Пантер» было в распоряжении немецкого командования летом-осенью 1944 года. В это время пиковое число боеспособных танков достигло 522 штуки.

В то же время Красная Армия располагала несколькими тысячами Т-34, КВ-1, ИС-2 и M4 Sherman. Несмотря на множество локальных успехов, «Пантеры» так и не смогли переломить ход войны.

clip_image033

Ну и что же мы имеем в сухом остатке? Кроме боевых и технических характеристик у любой боевой машины есть ещё и другие характеристики. Такие, как надёжность, ремонтопригодность ну и самое главное цена, и вытекающая из неё возможность к массовому производству.

Если оценивать голые цифры технических характеристик, то машина выглядит выдающейся, даже статистика боёв с нашими танками говорят в пользу Пантеры. Но вышеперечисленные качества, которые за частую уходят от внимания простых любителей военной истории, делают её просто аховой. И не смотря на своё техническое совершенство эта машина практически погубила Третий Рейх, оставив его фактически без танков.

По этим качествам Пантера не опередила своё время, а скорее запоздала. Она должна была появиться в предвоенный период, и все её детские болезни должны были быть устранены ещё перед войной, а не в критический для Германии момент.

clip_image034

Была ли альтернатива? Я её лично не вижу. Перед войной такая машина появиться не могла. Так как она стала результатом осмысления боёв против Т-34
Что же нужно было делать Германии? Вероятно, правы те коллеги, которые писали, что единственным правильным действием было бы продолжение модернизации Т-IV. Машины достаточно устаревшей, которая по моему мнению, даже в большом количестве, вряд ли б изменила ход войны.

clip_image035

clip_image036

clip_image037

 

источник
Похожие материалы:

www.softmixer.com

Танки 3 рейха

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.