Масштабное танковое сражение под Прохоровкой являлось оборонительной фазой Курской битвы. Это противостояние с применением бронетехники двух сильнейших на то время армий – советской и германской — до сих пор считается одним из самых крупных в военной истории. Командование советскими танковыми соединениями осуществлял генерал-лейтенант Павел Алексеевич Ротмистров, а немецкими – Пауль Хауссер.

Накануне сражения

В начале июля 1943 года советскому руководству стало известно, что основной удар немцев придется на Обоянь, а вспомогательный будет направлен на Корочу. В первом случае наступление велось вторым танковым корпусом, в состав которого входили дивизии СС «Адольф Гитлер», «Мертвая голова» и «Рейх». Им удалось буквально за несколько дней прорвать две линии советской обороны и приблизиться к третьей, расположенной в десяти километрах к юго-западу от железнодорожной станции Прохоровка. Она находилась в то время на территории совхоза «Октябрьский» Белгородской области.


Немецкие танки под Прохоровкой появились 11 июля, преодолев при этом сопротивление одной из советских стрелковых дивизий и второго танкового корпуса. Видя такую ситуацию, советское командование направило в этот район дополнительные силы, которые смогли наконец остановить противника.

Было принято решение о необходимости нанесения мощного контрудара, направленного на полное уничтожение вклинившихся в оборону бронетанковых корпусов СС. Предполагалось, что в этой операции примут участие три гвардейские и две танковые армии. Но быстро меняющаяся обстановка внесла в эти планы свои коррективы. Оказалось, что в контрударе с советской стороны будут участвовать только одна 5-я гвардейская под командованием А. С. Жадова, а также 5-я танковая армии во главе с П. А. Ротмистровым.

Сражение под прохоровкой«>

Полномасштабное наступление

Чтобы хоть немного оттянуть силы Красной Армии, сосредоточенные на Прохоровском направлении, немцы подготовили удар в районе расположения 69-й армии, выступив из Ржавца и направившись на север. Здесь один из фашистских танковых корпусов начал наступать, пытаясь прорваться с южной стороны к искомой станции.

Так началось полномасштабное сражение под Прохоровкой. Дата его начала – утро 12 июля 1943 года, когда в штаб 5-й танковой армии П. А. Ротмистрова поступило сообщение о прорыве значительной группировки немецких бронемашин. Оказалось, что около 70 единиц вражеской техники, зайдя с юго-запада, с ходу овладели селами Выползовка и Ржавец и стремительно движутся дальше.

Начало


Для того чтобы остановить противника, была наскоро сформирована пара сводных отрядов, которыми поручили командовать генералу Н. И. Труфанову. Советская сторона смогла выставить до сотни танков. Вновь созданным отрядам пришлось почти сразу же ринуться в бой. Весь день в районе Рындинки и Ржавца продолжалось кровопролитное сражение.

Сражение под прохоровкой«>

Тогда практически все понимали, что битва под Прохоровкой решала не только исход этого боя, но и судьбу всех частей 69-й армии, войска которой оказались в полукольце вражеского окружения. Поэтому было неудивительно, что советские солдаты проявляли поистине массовый героизм. Взять хотя бы подвиг противотанкового взвода ст. лейтенанта К. Т. Поздеева.

Во время очередной атаки в сторону его позиции устремилась группа фашистских танков с автоматчиками на борту численностью в 23 машины. Завязался неравный и кровопролитный бой. Гвардейцам удалось уничтожить 11 танков, тем самым не позволив остальным вклиниться в глубь собственного боевого порядка. Надо ли говорить, что почти все воины этого взвода погибли.

К сожалению, невозможно в одной статье перечислить имена всех героев, которых забрало то танковое сражение под Прохоровкой. Кратко хочется отметить хотя бы нескольких из них: рядовой Петров, сержант Черемянин, лейтенанты Панарин и Новак, военфельдшер Кострикова, капитан Павлов, майор Фалюта, подполковник Гольдберг.


Сражение под прохоровкой«>

К концу следующего дня сводному отряду удалось выбить фашистов и взять населенные пункты Рындинка и Ржавец под свой контроль. В результате выдвижения части советских войск получилось полностью локализовать тот успех, которого чуть ранее достиг один из немецких танковых корпусов. Таким образом, своими действиями отряд Труфанова сорвал крупное наступление фашистов и предотвратил угрозу захода противника в тыл 5-й танковой армии Ротмистрова.

Огневая поддержка

Нельзя сказать, что бои на поле под Прохоровкой проходили исключительно при участии танков и самоходных орудий. Артиллерия с авиацией тоже сыграли здесь не последнюю роль. Когда рано утром 12 июля ударная группировка противника начала наступление, советские штурмовики атаковали танки, входившие в состав дивизии СС «Адольф Гитлер». Кроме того, перед тем как 5-я танковая армия Ротмистрова начала наносить контрудар силам противника, была проведена артиллерийская подготовка, длившаяся около 15 минут.

Во время тяжелых боев в излучине р. Псел 95-я советская стрелковая дивизия противостояла танковой группировке СС «Мертвая голова». Здесь наших военных поддерживала своими ударами 2-я воздушная армия под командованием маршала С. А. Красовского. Кроме того, в этом районе работала и авиация дальнего действия.


Советские штурмовики и бомбардировщики успели сбросить на головы врагов несколько тысяч противотанковых бомб. Советские летчики делали все, чтобы максимально поддержать наземные части. Для этого они нанесли сокрушительные удары по большим скоплениям вражеских танков и другой бронетехнике в районе таких сел, как Покровка, Грязное, Яковлево, Малые Маячки и др. В то время, когда происходила битва под Прохоровкой, десятки штурмовиков, истребителей и бомбардировщиков находились в небе. На этот раз советская авиация имела несомненное превосходство в воздухе.

Сражение под прохоровкой«>

Преимущества и недостатки боевых машин

Курская дуга под Прохоровкой начала постепенно превращаться из общего боя в индивидуальные танковые дуэли. Здесь противники могли показать друг другу не только свое мастерство, но и знание тактики, а также продемонстрировать возможности своих танков. Немецкие части в основном были оснащены средними танками Т-IV двух модификаций — H и G, у которых толщина бронированного корпуса составляла 80, а башни – 50 мм. Кроме того, имелись и тяжелые танки T-VI «Тигр». Они были оснащены 100-миллиметровыми бронированными корпусами, а их башни имели толщину 110 мм. Оба танка были укомплектованы довольно мощными длинноствольными пушками калибра 75 и 88 мм соответственно. Они могли пробить советский танк практически в любом месте. Исключением были лишь тяжелые бронемашины ИС-2, и то на расстоянии более пяти сотен метров.


Танковое сражение под Прохоровкой показало, что советские танки во многом уступали немецким. Это касалось не только толщины брони, но и мощности пушек. Зато танки Т-34, бывшие в то время на вооружении Красной Армии, превосходили вражеские как по скорости и маневренности, так и по проходимости. Они старались вклиниться во вражеские боевые порядки и с близкого расстояния расстрелять бортовую броню противника.

Вскоре боевые порядки враждующих сторон смешались. Чересчур плотное скопление машин и слишком короткие дистанции лишали немецкие танки всех преимуществ их мощных пушек. Теснота от большого скопления техники мешала тем и другим совершать необходимые маневры. В результате бронемашины сталкивались друг с другом, и часто их боезапасы начинали взрываться. При этом их сорванные башни взлетали на несколько метров в высоту. Дым и копоть от горящих и взрывающихся танков застилали небо, из-за этого на поле боя была очень плохая видимость.

Но техника горела не только на земле, но и в воздухе. Подбитые самолеты пикировали и взрывались прямо в гуще сражения. Танковые экипажи обеих враждующих сторон покидали свои горящие машины и смело вступали в рукопашную схватку с врагом, орудуя при этом автоматами, ножами и даже гранатами. Это было настоящее страшное месиво из людских тел, огня и металла. По воспоминаниям одного из очевидцев, вокруг все горело, был невообразимый шум, от которого болели уши, по-видимому, именно так и должен выглядеть ад.

Сражение под прохоровкой«>

Дальнейший ход сражения


К середине дня 12 июля интенсивные и кровопролитные бои шли и в районе высоты 226,6, а также вблизи железной дороги. Там воевали бойцы 95-й стрелковой дивизии, которые всеми силами старались предотвратить все попытки «Мертвой головы» прорваться в северном направлении. Второму нашему танковому корпусу удалось вытеснить немцев к западу от железной дороги и начать быстрое продвижение к хуторам Тетеревино и Калинин.

А в это время передовые части немецкой дивизии «Рейх» продвинулись вперед, при этом заняв хутор Сторожевой и станцию Беленихино. Под конец дня первая из дивизий СС получила мощное подкрепление в виде артиллерийской и авиационной огневой поддержки. Именно поэтому «Мертвой голове» удалось прорвать оборону двух советских стрелковых дивизий и выйти к хуторам Полежаеву и Веселому.

Вражеские танки предприняли попытку выйти на дорогу Прохоровка – Карташовка, но их все же остановила 95-я стрелковая дивизия. Только один героический взвод, которым командовал лейтенант П. И. Шпетной, уничтожил семь гитлеровских танков. В бою он получил тяжелое ранение, но, несмотря на это, взял связку гранат и ринулся под танк. За свой подвиг лейтенант Шпетной был посмертно удостоен звания Героя СССР.


Танковое сражение под Прохоровкой, состоявшееся 12 июля, привело к значительным потерям как в дивизии СС «Мертвая голова», так и в «Адольфе Гитлере», нанеся тем самым большой урон их боевым возможностям. Но, несмотря на это, никто не собирался выходить из боя или отступать — враг бешено сопротивлялся. У немцев были тоже свои танкисты-асы. Однажды где-то в Европе один из них сумел разбить в одиночку целую колонну, состоящую из шестидесяти единиц автомобилей и бронетехники, но погиб он именно на Восточном фронте. Это доказывает, что Гитлер послал сюда воевать отборных солдат, из которых и были сформированы дивизии СС «Рейх», «Адольф Гитлер» и «Мертвая голова».

Отступление

К вечеру положение на всех участках затруднилось и немцам пришлось ввести в бой все имеющиеся резервы. В ходе сражения наступил кризис. В противовес вражеской советская сторона тоже ввела в бой свой последний резерв – сотню тяжелых бронемашин. Это были танки КВ («Клим Ворошилов»). В этот вечер фашистам все же пришлось отступить и в дальнейшем перейти к обороне.

Считается, что именно 12 июля настал тот переломный момент знаменитой Курской битвы, которого ждала вся страна. Этот день ознаменовался наступлением частей Красной Армии, входящих в состав Брянского и Западного фронтов.

Сражение под прохоровкой«>

Несбывшиеся планы

Несмотря на то что танковое сражение под Прохоровкой 12 июля немцы проиграли, фашистское командование все же намеревалось продолжить дальнейшее наступление.


о планировало окружить несколько советских дивизий, входящих в состав 69-й армии, которые оборонялись на небольшой территории, расположенной между реками Липовым и Северским Донцом. 14 июля немцы часть своих сил, состоящих из двух танковых и одной пехотной дивизий, бросили на захват потерянных ранее сел – Рындинки, Щелоково и Выползовки. Далее в планах стояло продвижение в направлении Шахово.

Советское командование разгадало замыслы противника, поэтому П. А. Ротмистров отдал приказ сводному отряду Н. И. Труфанова остановить прорыв немецких танков и не допустить их на искомый рубеж. Завязался очередной бой. В последующие два дня противник продолжал атаковать, но все попытки прорваться оказались безрезультатными, так как группа Труфанова перешла к твердой обороне. С 17 июля немцы решили отвести свои войска, а героический сводный отряд был переведен в состав резерва командующего армией. Так закончилось величайшее танковое сражение под Прохоровкой.

Потери

Надо отметить, что ни одна из противоборствующих сторон не выполнила тех задач, которые были перед ними поставлены на 12 июля, так как советские войска не смогли взять в кольцо немецкую группировку, а фашистам не удалось завладеть Прохоровкой и прорвать оборону противника.

В этом тяжелом сражении обе стороны понесли не только значительные людские потери, но и большую утрату техники. С советской стороны было выведено из строя около пяти сотен танков из восьми принявших участие в боях. Немцы же потеряли 75 % своей бронетехники, т. е. три из четырех сотен машин.


Командующего немецким танковым корпусом Пауля Хауссера после поражения сразу же сместили с должности и обвинили во всех неудачах, постигших гитлеровские войска на курском направлении. В этих боях противник потерял, по некоторым данным, 4178 человек, что составило 16 % всего боевого состава. Также оказались почти полностью разгромленными 30 дивизий. Крупнейшее танковое сражение под Прохоровкой сломило воинственный дух немцев. После этой битвы и до конца войны фашисты больше не наступали, а вели лишь оборонительные бои.

По некоторым данным, существует некий доклад начальника Генштаба А. М. Василевского, который он предоставил Сталину, где были изложены цифры, характеризующие итог танкового сражения под Прохоровкой. Там говорилось, что за два дня боев (имеется в виду 11 и 12 июля 1943 года) наибольшие потери постигли 5-ю гвардейскую армию, а также 9-ю и 95-ю дивизии. Согласно данному докладу потери составили 5859 человек, в их числе 1387 убитых и 1015 пропавших без вести.

Стоит отметить, что все приведенные выше цифры весьма спорны, но можно с уверенностью сказать: это была одна из тяжелейших битв Второй мировой войны.

Сражение под прохоровкой«>

Музей под Прохоровкой


Он был открыт в 2010 году всего лишь в 35 км от Белгорода и посвящен всем героям, погибшим и выстоявшим в том крупнейшем и страшном танковом сражении, навсегда вошедшем в мировую историю. Музей получил название «Третье ратное поле России» (первое – Куликово, второе – Бородино). В 1995 году на этом легендарном месте был воздвигнут храм Святых апостолов Петра и Павла. Здесь увековечены погибшие под Прохоровкой воины – семь тысяч имен высечены на мраморных плитах, покрывающих стены церкви.

Символом Прохоровки является звонница с подвешенным на ней набатным колоколом, который весит около трех с половиной тонн. Она видна отовсюду, потому что расположена на возвышении, на окраине села Прохоровка. Центром мемориала считается поистине грандиозная скульптурная композиция, состоящая из шести танков. Ее авторами выступили монументалист Ф. Согоян и белгородский скульптор Т. Костенко.

www.syl.ru

01 Tanks (700x524, 71Kb)
Я с детства искал информацию по этой теме: величайшее в истории танковое сражение под Прохоровкой усиленно пропагандировалось в советское время, как одна из самых славных побед русского оружия. Об этом сражении было написано много книг, снимались документальные и художественные фильмы. Казалось бы, сражение изучено «от и до», однако меня все время мучила мысль, что здесь что-то недосказано (уже в детстве я испытывал зуд любопытства, в конце концов и сделавший из меня историка). А недосказанность заключалась в полном отсутствии цифр. Во всем обилии литературы об этом величайшем сражении никогда не назывались цифры: сколько танков с советской и с немецкой стороны сошлись под Прохоровкой, сколько броневых машин было потеряно в бою, сколько танков осталось, чтобы продолжать сражаться и определить победу или поражение в грандиозной битве за Курскую Дугу… Да и по самой битве под Курском, составной частью которой и было танковое сражение под Прохоровкой, в лучшем случае давались только цифры количества танков в германской и советской армиях накануне битвы, без указания потерь в ходе сражения. Словно не несли мы потерь в боях, словно эта страшнейшая в истории война лично для нас, советских людей, была легкой прогулкой, где мы «в одиночку семерых побивали»…

Вот это меня злило уже с детства. Я хотел знать правде о войне, а меня поили сладеньким сиропчиком: «мы самые крутые и непобедимые! Советский Союз – родина слонов», ну и далее в том же духе. Вместо настоящей, честной истории – байки пропагандистов. А я, как подрастающий историк, очень рано понял, что «сухие цифири» для понимания истины важнее сказок, выдумываемых журналюгами. Цифры более правдиво говорят о соотношении сил противников и накале сражений, да, в конечном итоге, и об уровне героизма солдат, победивших врага, несмотря на страшные потери. Намного больше, чем выдумки некоторых «фронтовых» корреспондентов, побоявшихся отправиться туда, где идет бой, и сочинивших героический эпос на основе отрывочных сведений, полученных в штабе, и при этом даже перепутавших фамилии героев. Как это было, например, в случае 28 панфиловцев, которых на самом деле было не 28, и которые, не имея противотанковых средств, действительно геройски погибли, не отступив, под гусеницами немецких танков, не подозревая, что с легкой руки тылового журналюги они уничтожили чуть ли не все бронетанковые войска Германии…
Именно поэтому я упорно, наивно не понимая, что наше самое правдивое и справедливое в мире государство просто прячет истинную информацию, годами искал цифры соотношения сил и потерь как в целом по Курской битве, так, в частности, и по сражению под Прохоровкой. Да, я верил, и до сих пор не сомневаюсь, что Прохоровское сражение было величайшим в истории танковым столкновением, но как историк, я желал подтверждения этого голословного утверждения цифрами. И, зная характеристики бронетанковой техники Германии и СССР, я просто не верил, что это грандиозное сражение мы могли выиграть без потерь, причем без огромных потерь.
Однако советские источники об этом молчали. Шли годы, интерес к данной теме остывал, оттесняемый другими – я всерьез увлекся историей авиации, наполеоновской эпохой, историей стрелкового оружия, и детское любопытство по отношению к бронетанковым войскам фактически угасло. Даже, когда новые времена открыли нам новую информацию, я довольно прохладно отнесся (просто перегорело) к наконец-то появившимся цифрам соотношения сил и потерь на Курской Дуге; они только подтвердили то, о чем я уже и так не только догадывался, но и был уверен: победа далась нам огромной кровью и неисчислимыми жертвами. Этому я получил море подтверждений в истории авиации, танковые войска, к которым я почти полностью потерял интерес, в этом плане ничем не отличались от ВВС.
И вот на днях мой бывший ученик, а сегодня – мой приятель и читатель Володька Лебедев, который в Liveinternet проходит под ником vovan19777, прислал мне добытую им информацию о соотношении сил и потерях в ходе встречного танкового сражения под Прохоровкой (причем – даже по типам танков!). И, так как она очень наглядно показывает, кто чего стоил, я после небольшой переработки (для более легкого восприятия) решил поделиться полученной инфой с теми читателями, кому это будет интересно. Для полного понимания: синий квадратик под силуэтом танка указывает, сколько танков такого типа было в строю к началу сражения, красный – сколько машин потеряно, зеленый – сколько осталось в строю после бойни под Прохоровкой.

02 прохоровка 1 (700x220, 24Kb)
03 прохоровка 2 (683x700, 168Kb)
04 прохоровка 3 (700x542, 94Kb)

Итак, к началу сражения имевшиеся под Прохоровкой танковые войска СССР имели подавляющее численное превосходство: 368 танков и САУ против 150 германских. Однако это численное превосходство Красной Армии несколько нивелировалось более высокими боевыми характеристиками некоторых танков Вермахта: тяжелые «Тигры» просто не имели на поле под Прохоровкой равного себе противника. Даже наши тяжелые КВ пробивались «Тигром» на максимальных дальностях выстрела, а сами могли поразить германскую «кошку» только при стрельбе чуть ли не в упор. Слава Богу, что на этом участке действовала всего рота «Тигров», а не батальон… В отечественной литературе принято петь дифирамбы мощи нашего основного среднего танка Т-34; это действительно верно по отношению к 1941 году, однако к началу битвы за Курскую Дугу немцы смогли усовершенствовать свои средние танки Pz.IV настолько, что они сравнялись по своим боевым качествам с «тридцатьчетверкой» и ни в чем, кроме скорости движения по шоссе (и только по шоссе!) ей не уступали. «Тиграм» же «тридцатьчетверка» 43-го года, вооруженная 76-мм пушкой, противостоять еще просто не могла. Но самым слабым местом 5-й гвардейской танковой армии было огромное количество (139 штук!) легких танков Т-70, защищенных тонкой броней и вооруженных слабой 45-мм пушкой. Эти танки вполне годились для разведки или борьбы с пехотой противника, но противостоять средним, а тем более тяжелым танкам…
Исходя из приведенных в таблице цифр, мы можем утверждать, что в сражении под Прохоровкой советские танковые войска понесли не просто огромные, а ужасающие потери – 70% всех танков. Немцы же, имея сил в два с лишним раза меньше, потеряли только около половины бронированных машин – 47%. Причин этому несколько. В частности, простое везение, случай, имеющий зачастую решающее значение на войне. Ведь немцы первыми (возможно, благодаря своей великолепной оптике) заметили противника и успели перестроиться для боя, советским танкистам пришлось делать это уже под огнём, неся потери. Свою роль сыграла и система связи: в то время далеко не каждый советский танк имел приемо-передающую рацию, и даже при обнаружении противника многие танкисты просто не могли сообщить об этом товарищам. Немаловажным было и то, о чем я уже сказал выше: что основу советских бронетанковых войск под Прохоровкой составляли «тридцатьчетверки», не имевшие никаких преимуществ над противником, и легкие Т-70, которые не могли соперничать в бою даже со средними Pz.IV и Pz.III. К тому же имевшаяся у противоборствующих сторон самоходная артиллерия была неравноценна: все САУ советских бронетанковых войск были «противопехотными» и почти не могли противостоять танкам. В то же время большинство имевшихся в наличие у немцев САУ были именно противотанковыми, и они с закрытых позиций второй линии были способны нанести противнику весьма серьезный урон.
И тем не менее, несмотря на превосходство врага в качествах бронетехники, несмотря на лучшую его организацию и простое везение, несмотря на огромные, фактически катастрофические потери, в этом сражении одержали победу именно советские танкисты. Да, ценой собственной жизни. Но остановили наступление вражеских танков, обескровив немцев, выбив у них почти половину машин. И обратили в бегство, совершив перелом в грандиозной битве. И погнали врага – те, кто остались в живых, и те, кто пришли на помощь из резервов. День сражения под Прохоровкой стал переломным для Курской битвы: до этого дня советские войска только оборонялись, а с этого дня перешли в наступление! И больше немцы уже не смогли перехватить инициативу и вновь атаковать – никогда!
Вот такой тяжелой и кровавой, а не массовым избиением «многочисленных, но слабосильных и трусливых дураков-германцев», как представляла советская пропаганда во времена моего детства, была та война. Война, на которой остался мой навсегда 17-летний дядька, а отец, тогда еще мальчишка, буквально чудом остался в живых (иначе не было бы и меня). И после изучения долгие годы скрывавшихся от нас нашим правительством цифр потерь, я стал уважать людей, сражавшихся в той войне, еще больше – «сухие цифири» лично мне сказали о героизме наших предков, презиравших смерть, намного больше, чем байки официозных советских пропагандистов…
05 памятник (640x360, 55Kb)

www.diary.ru

Прохоровское сражение

Прохоровское сражение

Танковое сражение под Прохоровкой (состоялось 12 июля 1943 г.), как эпизод Курской битвы в ходе выполнения немецкими войсками операции «Цитадель». Считается одним из крупнейших сражений в военной истории с использованием бронетанковой техники (?). 10 июля, столкнувшись с упорным сопротивлением в своем движении на Обоянь, немцы изменили направление основного удара на железнодорожную станцию Прохоровка в 36-ти км юго-восточней Обояни.

Итоги этого сражения и в наши дни вызывают горячие споры. Под сомнения ставятся количество техники и масштабы операции, которые согласно версий отдельных историков были преувеличены советской пропагандой.

Силы сторон

Основными участниками Танкового сражения под Прохоровкой, были 5-я танковая армия, под командованием генерал-лейтенанта Павла Ротмистрова, и 2-й танковый корпус СС, которым командовал группенфюрер СС Пауль Хауссер.

• В Большой Советской Энциклопедии, со ссылкой на труды советских военачальников, приводится цифра в 1500 танков – 800 советских и 700 немецких.

По одной из версий, в составе 18-го и 29-го танковых корпусов 5-й танковой армии, атаковавших позиции немцев, насчитывалось 190 средних танков Т-34, 120 легких Т-70, 18 английских тяжелых Мк-4 «Черчилль» и 20 самоходных артиллерийских установок (САУ) — всего 348 боевых машин.

Прохоровское сражение-11

• Со стороны немцев историки называют цифру в 311 танков, хотя в официальной советской историографии фигурирует цифра в 350 только уничтоженных бронемашин неприятеля. Но современные историки говорят о явном завышении этой цифры, по их мнению только около 300 танков могло принимать участие с немецкой стороны. Именно здесь немцы впервые применили телетанкетки.

Примерные данные в цифрах: в составе II-го танкового корпуса СС было три моторизированные дивизии. По состоянию на 11 июля 1943 г. у моторизованной дивизии «Лейбштандарт CC Адольф Гитлер» имелось в строю 77 танков и САУ. У моторизованной дивизии СС «Мертвая голова» было – 122 и у моторизованной дивизии СС «Дас Райх» – 95 танков и САУ всех типов. Итого: 294 машины.

Из документов, которые были рассекречены в конце XX-го столетия можно сделать предположение, что в сражении с двух сторон принимало участие около 1000 единиц бронетехники. Это примерно 670 советских и 330 немецких машин.

Не только танки участвовали в этой битве. Историки настаивают на термине бронетанковые силы, куда входят также машины на колесном или гусеничном ходу, мотоциклы.

Танковое сражение под Прохоровкой

Ход сражения под Прохоровкой

10 июля — началось наступление на Прохоровку. Благодаря очень эффективной поддержке своей штурмовой авиации немцам к исходу дня удалось захватить важный оборонительный пункт — совхоз «Комсомолец» — и закрепиться в районе деревни Красный Октябрь. На другой день немецкие войска продолжали теснить русских в районе хутора Сторожевое и окружили части, которые обороняли деревни Андреевку, Васильевку и Михайловку.

До Прохоровки осталось лишь 2 км без каких-то серьезных укреплений. Осознавая, что 12 июля Прохоровка будет взята и фашисты повернут на Обоянь, выйдя в то-же время в тыл 1-й танковой армии, командующий фронтом Николай Ватутин надеялся лишь на контрудар 5-й танковой армии, который мог переломить ситуацию. Времени на подготовку контрудара практически не оставалось. У войск было только несколько часов светлого времени и короткая летняя ночь, для проведения необходимой перегруппировки и расстановки артиллерии. Причем и артиллеристы и танки Ротмистрова испытывали нехватку боеприпасов.

Сражение под прохоровкой

Ватутин, в последний момент решил перенести время наступления с 10.00 на 8.30. Как он считал, это должно было позволить упредить немцев. На самом же деле, такое решение привело к роковым последствиям. Немецкие войска тоже готовились к атаке, назначенной на 9.00. К утру 12 июля их танки находились на исходных позициях в ожидании приказа. Противотанковую артиллерию развернули для отражения возможной контратаки.

Когда танки армии Ротмистрова двинулись в бой, они попали под губительный огнь артиллерии и танков изготовившейся к бою танковой дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер». Уже по прошествии первых минут сражения на поле полыхали десятки средних советских танков Т-34 и легких Т-70.

Танковое сражение под Прохоровкой

Лишь к 12.00 нашим танкам удалось приблизиться к немецким позициям, но они подверглись мощному авианалету штурмовиков, вооруженных 37-мм пушками. Советские танкисты, среди которых было много необученных и практически впервые вступивших в бой экипажей, героически сражались буквально до последнего снаряда. Они вынуждены были вести бой под гибельно точным огнем немцев и атаками с воздуха, не имея, со своей стороны, должной поддержки авиации и артиллерии. Они старались сократить дистанцию, прорвавшиеся танки, расстреляв весь боекомплект, шли на таран, но чуда не произошло.

Во второй половине дня немецкие войска начали контратаку, сосредоточив основные усилия северней Прохоровки, в полосе дивизии «Тотенкопф». Там им противостояло около 150 танков из армии Ротмистрова и 1-й танковой армии. Немцев смогли остановить в основном за счет отлично действовавшей противотанковой артиллерии.

Танковое сражение под Прохоровкой-5

Потери

Что до потерь, то самый большой урон нашим войскам наносила артиллерия немцев. Число уничтоженной в сражении под Прохоровкой техники, в различных источниках сильно отличается. Вероятно, что наиболее правдоподобные и документально доказанные цифры – около 160 немецких машин; 360 советских танков и САУ.

И все-же советские войска смогли затормозить наступление немцев.

Интересные факты

• День празднования святых апостолов Петра и Павла, в честь которых назван храм в Прохоровке, выпадает на 12 июля — день легендарного сражения.

• Участвовавшие в бою советские танки Т-34 имели преимущество над всеми танками немцев в скорости и проходимости. Из за чего немцы регулярно использовали трофейные Т-34. В сражении под Прохоровкой восемь таких танков принимали участие в составе танковой дивизии СС «Дас Райх».

Танковое сражение под Прохоровкой, памятник

• Советский танк Т-34 командовал которым Петр Скрипника был подбит. Экипаж, вытащив своего командира, попытался укрыться в воронке. Танк горел. Немцы обратили внимание на него. Немецкий танк двинулся в сторону наших танкистов, чтобы раздавить их гусеницами. Тогда механик, спасая своих товарищей, рванулся из спасительного укрытия. Он добежал до своего горящего танка, и направил его на немецкий «Тигр». Оба танка взорвались.

• В советские времена была популярной версия о том, что советские танки были атакованы немецкими «Пантерами». Но согласно последним исследованиям, «Пантер» вообще не было в Прохоровском сражении. А были «Тигры» и …. «Т-34», трофейные машины.

 

 

shtorm777.ru

.

9254798 (678x411, 57Kb)

12 июля 1943 года произошло одно из центральных событий Великой Отечественной войны – танковая битва в районе станции Прохоровка. Когда Сталин узнал о потерях советских войск в этом сражении, он  пришел в ярость. «Верховный решил снять меня с должности и чуть ли не отдать под суд», — вспоминал главный маршал бронетанковых войск П. А. Ротмистров. Только вмешательство начальника Генерального штаба Василевского спасло командарма от трибунала. Что же так рассердило генералиссимуса?

Подготовка к танковому сражению: потери на марше 5 июля 1943 года согласно плану «Цитадель», немецкие войска перешли в наступление в направлении Курска и Белгорода. В зоне действия Воронежского фронта противнику удалось продвинуться на 35 километров. Советские войска несли большие потери: с 5-го по 8 июля были подбиты 527 танков, 372 из них сгорели.

Исчерпав оборонительный потенциал, командующий Воронежским фронтом генерал армии Н. Ф. Ватутин 6 июля обратился в Ставку Верховного Главнокомандования (ВГК) с просьбой усилить фронт. Было принято решение перебросить в район боев 5-ю гвардейскую танковую армию под командованием П. А. Ротмистрова.

Предстояло передислоцировать целую танковую армию на расстояние 350 километров всего за 3 дня. Несмотря на настоятельный совет Сталина, Ротмистров решил не пользоваться железной дорогой, а перевезти боевые машины своим ходом. Преимуществом этого решения было то, что танки с ходу могли включиться в бой. Так впоследствии и произошло. Существенным недостатком были выработка моторесурса и неизбежные поломки в дороге.

Растянувшиеся на многие километры танковые колонны практически не подвергались атакам с воздуха. Возможно, в этом помогла слаженная работа советской авиации.

Однако не боевые потери были внушительны. В ходе передислокации вышли из строя более 30% танков и самоходных артиллерийских установок (САУ). К 12 июля удалось восстановить лишь половину сломанной техники. 101 боевая машина по различным причинам отстала. Один танк подорвался на мине. Кроме того, на марше погиб один офицер 25-й танковой бригады и получили увечься два мотоциклиста.

Однако в целом передислокация 40 тысяч человек и около тысячи танков, САУ и другой техники была проведена успешно, и к моменту контрнаступления под Прохоровкой 5-я гвардейская танковая армия была полностью боеспособна.

Ресурсы перед боем

Встречное танковое сражение на поле под Прохоровкой считается переломным моментом в Курской оборонительной операции. Однако в Ставке ВГК этот контрудар был воспринято как провал. И дело не только в том, что поставленные боевые задачи не были выполнены, но и в громадном количестве разбитой, сожженной боевой техники и человеческих потерь.

Перед началом битвы в 5-й гвардейской танковой армии П. А. Ротмистрова числились 909 танков, из них — 28 тяжелых Mk. IV Churchill Мk.IV, 563 средних танка Т-34 и 318 легких танков Т-70. Однако после марша на ходу остались только 699 танков и 21 самоходная установка.

Им противостоял 2-й танковый корпус СС, в распоряжении которого имелись 294 танков и самоходных штурмовых орудий, из них в боеготовом состоянии были только 273 боевые машины, включая 22 Т-VIE "Тигр".

Таким образом под Прохоровкой столкнулись 232 тяжелых и средних танка вермахта и 699 легких и средних танков Красной армии – всего 931 боевая машина.

Потери в сражении под Прохоровкой

Н. С. Хрущёв в своих мемуарах описывает ситуацию, когда они вместе с Георгием Жуковым и командующим 5-й танковой армией Ротмистровым проезжали в окрестностях Прохоровки. «На полях виднелось много подбитых танков и противника, и наших. Проявилось несовпадение в оценке потерь: Ротмистров говорит, что видит больше подбитых немецких танков, я же углядел больше наших. И то, и другое, впрочем, естественно. С обеих сторон были ощутимые потери», — отмечал Хрущев.

Подсчет результатов показал, что со стороны советской армии потерь было значительно больше. При невозможности маневрировать на поле, забитом бронетехникой, легкие танки не смогли использовать свое преимущество в скорости и один за другим гибли под дальнобойными снарядами артиллерии и тяжелых боевых машин противника.

Донесения командиров танковых подразделений свидетельствуют о больших потерях личного состава и техники.

29-й танковый корпус потерял 1033 человек убитыми и пропавшими без вести, 958 человек — ранеными. Из 199 танков, участвовавших в атаке, сгорели или были подбиты 153 танка. Из 20 самоходных артиллерийских установок на ходу осталась одна: 16 уничтожены, 3 отправлены в ремонт.

18-й танковый корпус потерял 127 человек убитыми, 144 человека — пропавшими без вести, 200 человек — ранеными. Из 149 танков, участвовавших в атаке, сгорели или были подбиты 84.

2-й гвардейский танковый корпус потерял 162 человека убитыми и пропавшими без вести, 371 человека — ранеными. Из 94 танков, участвовавших в атаке, сгорели или были подбиты 54.

2-й танковый корпус из 51 танка, принявшего участие в контрударе, безвозвратно потерял 22, то есть 43% .

Таким образом, суммируя донесения командиров корпусов, 5-я гвардейская танковая армия Ротмистрова лишилась 313 боевых машин, 19 САУ и, как минимум, 1466 человека убитыми и пропавшими без вести.

Официальные данные вермахта несколько отличаются от вышеприведенных. Так, по результатам отчетов немецких штабов в плен были захвачены 968 человек; подбиты и уничтожены 249 советских танков.

Расхождение в цифрах относится к тем боевым машинам, которые смогли своим ходом покинуть поле сражения, а уже потом окончательно утратить боеспособность.

Сами же гитлеровцы больших потерь не понесли, лишившись не более 100 единиц техники, из которых большая часть была восстановлена. Уже на следующий день, судя по донесениям командиров дивизий «Адольф Гитлер», «Мертвая голова» и «Рейх», к бою была готова 251 единица техники – танки и самоходные штурмовые орудия.

Уязвимость советских танков, столь наглядно выявленная в битве под Прохоровкой, позволила сделать соответствующие выводы и дала толчок к переориентированию военной науки и промышленности в направлении разработки тяжелых танков с пушкой, стреляющей на дальние расстояния.

Источник: Какие были потери в сражении под Прохоровкой у Красной аримии
© Русская Семерка russian7.ru

www.liveinternet.ru

Сражение под Прохоровкой официальная советская историография назвала легендарным. На поле сражения разразилась баталия, которую признали величайшим в истории встречным танковым боем, не уточняя при этом, впрочем, количества участвовавшей в нем бронетехники.

сражение под прохоровкой

Долгое время главным источником информации об этом эпизоде войны была книга И. Маркина «Курская битва», изданная в 1953 году. Затем, уже в семидесятые, была снята киноэпопея «Освобождение», одна из серий которой посвящалась Курской битве. И главной ее частью было сражение под Прохоровкой. Без преувеличения можно утверждать, что советские люди изучали историю войны по этим художественным произведениям. Первые десять лет о величайшем в мире танковом сражении вообще не было информации.

Легендарный — значит мифический. Эти слова – синонимы. Историки вынужденно обращаются к мифам тогда, когда недоступны другие источники. Сражение под Прохоровкой произошло не в ветхозаветные времена, а в 1943 году. Нежелание заслуженных военачальников рассказывать подробности о столь мало отдаленных во времени событиях свидетельствует о допущенных ими тактических, стратегических или других просчетах.

план сражения под прохоровкой

В начале лета 1943 года в районе города Курска линия фронта сформировалась так, что образовался дугообразный выступ вглубь немецкой обороны. Германский генштаб сухопутных войск отреагировал на эту ситуацию достаточно стереотипно. Их задачей было отсечь, окружить, а впоследствии и разгромить советскую группировку, состоящую из Центрального и Воронежского фронтов. Согласно плану «Цитадель» немцы собирались нанести встречные удары по направлению от Орла и Белгорода.

Намерения противника были разгаданы. Советское командование приняло меры для недопущения прорыва обороны и готовило ответный удар, который должен был последовать после изматывания наступающих немецких войск. Обе противоборствующие стороны совершали перемещения бронетанковых сил для реализации своих планов.

сражение под прохоровкой потери

Достоверно известно, что 10 июля второй танковый корпус СС под командованием группенфюрера Пауля Хауссера столкнулся с частями пятой танковой армии генерал-лейтенанта Павла Ротмистрова, готовящегося к наступлению. Возникшее противостояние длилось без малого неделю. Кульминация его пришлась на 12 июля.

Что в этой информации правда, а что вымысел?

По всей видимости, сражение под Прохоровкой стало неожиданностью, причем как для советского, так и для немецкого командования. Танки используются для наступления, их главная функция – поддержка пехоты и преодоление линий обороны. Количеством советская бронетехника превосходила противника, поэтому на первый взгляд немцам встречный бой был невыгоден. Однако неприятель умело воспользовался удачным рельефом местности, позволявшим вести огонь с дальних дистанций. Советские танки Т-34-75, обладавшие преимуществом в маневре, уступали «Тиграм» в башенном вооружении. К тому же каждой третьей советской машиной в этом бою был легкий разведывательный Т-70.

сражение под прохоровкой

Важен был и фактор внезапности, немцы раньше обнаружили противника, и первыми начали атаку. Их лучшая координация действий была обусловлена хорошо организованной радиосвязью.

В таких сложных условиях началось сражение под Прохоровкой. Потери были огромными, а их соотношение складывалось не в пользу советских войск.

По замыслу командующего Воронежского фронта Ватутина и члена военсовета Хрущева результатом контрудара должен был быть разгром немецкой группировки, пытавшейся осуществить прорыв. Этого не произошло, и операция была признана неудавшейся. Однако позже выяснилось, что польза от нее все же была, причем огромная. Вермахт понес катастрофические потери, немецкое командование утратило инициативу, а наступательный замысел был сорван, пусть и ценой большой крови. Тогда и появился задним числом выдуманный план сражения под Прохоровкой, а операцию объявили крупным военным успехом.

Итак, официальное описание этих событий под Курском опирается на три мифа:

Миф первый: заранее продуманная операция. Хотя это было не так. Битва произошла по причине недостаточной осведомленности о планах противника.

Миф второй: главной причиной потери танков сторонами стал встречный бой. Это тоже было не так. Большая часть бронетехники, как немецкой, так и советской, была поражена противотанковой артиллерией.

Миф третий: бой происходил непрерывно и на одном поле — Прохоровском. И это было не так. Битва состояла из многих отдельных боевых эпизодов, в период с 10 по 17 июля 1943 года.

fb.ru

Общеизвестно, что Прохоровское сражение выиграла Красная Армия, но мало кто знает, что оно длилось не один, а целых шесть дней, и танковый бой 12 июля 1943 года был лишь ее началом. Но кто одержал в нем победу – Ротмистров или Хауссер? Советская историография заявляет о безоговорочной победе, деликатно умалчивая о цене, которую заплатили за нее танкисты 5-й гвардейской танковой армии. Немецкие же историки выдвигают собственные доводы: к вечеру 12 июля поле боя осталось за немцами, да и соотношение потерь явно не в пользу Красной Армии. Современные российские исследователи также имеют свое видение событий, происходивших в июле 1943 года. Попробуем разобраться, кто же одержал победу в этом сражении. В качестве доказательной базы воспользуемся мнением кандидата исторических наук В. Н. Замулина – в прошлом сотрудника музея «Прохоровское поле» и, пожалуй, самого крупного специалиста в истории Курской битвы.

Для начала следует разобраться с главным мифом советской эпохи – количеством танков, непосредственно принимавших участие в сражении. Большая Советская Энциклопедия, ссылаясь на труды советских военачальников, приводит цифру в 1500 танков – 800 советских и 700 немецких. В действительности с советской стороны в ударную группировку входили лишь 29-й и 18-й танковые корпуса 5-й гвардейской ТА генерал-лейтенанта Ротмистрова общим количеством в 348 машин {2}.

Сложнее дать количественную оценку силам немецкой стороны. В состав II танкового корпуса СС входило три моторизированные дивизии. По состоянию на 11 июля 1943 года моторизованная дивизия «Лейбштандарт CC Адольф Гитлер» имела в строю 77 танков и САУ. Моторизованная дивизия СС «Мертвая голова» – 122 и моторизованная дивизия СС «Дас Райх» – 95 танков и САУ всех типов. Итого: 294 машины {1}. Позицию в центре (перед станцией Прохоровка) занимал «Лейбштандарт», его правый фланг прикрывал «Дас Райх», левый – «Мертвая голова». Сражение происходило на сравнительно небольшом участке местности шириной до 8 километров, пересеченном оврагами и ограниченным с одной стороны рекой Псел, с другой – железнодорожной насыпью. Необходимо учесть, что большая часть танков дивизии «Мертвая голова» решала тактические задачи по овладению излучиной реки Псел, где держали оборону пехотинцы и артиллеристы 5-й гвардейской армии, а танки дивизии «Дас Райх» находились за железнодорожным полотном. Таким образом, советским танкистам противостояла дивизия «Лейбштандарт» и неустановленное количество танков дивизии «Мертвая голова» (на участке вдоль реки), а также дивизии «Дас Райх» на левом фланге наступавших. Следовательно, указать точное количество танков, участвовавших в отражении атаки двух танковых корпусов 5 гв. ТА, не представляется возможным.

Перед атакой, в ночь с 11 на 12 июля. В связи с тем, что 5-я гв. ТА дважды меняла исходные позиции для атаки, ее командование, сосредоточивая силы в районе станции Прохоровка, разведки не проводило – не было времени. Хотя сложившаяся обстановка того настоятельно требовала: накануне, 11 июля, подразделения СС вытеснили советских пехотинцев и окопались в полукилометре от южной окраины Прохоровки. Подтянув артиллерию, они за одну ночь создали мощную линию обороны, укрепившись на всех танкоопасных направлениях. На участке протяженностью в 6 километров были задействованы около трехсот орудий, включая реактивные минометы и зенитные орудия 8,8-см FlaK 18/36. Однако главным немецким «козырем» на этом участке фронта были 60 танков дивизии «Лейбштандарт», большая часть которых к утру находилась в резерве (за противотанковым рвом на высоте 252,2).

В 5 часов утра, перед наступлением 5-й гв. ТА, советская пехота попыталась выбить эсэсовцев с позиций, но, попав под ураганный огонь немецкой артиллерии, отступила, понеся тяжелые потери. В 8.30 прозвучала команда: «Сталь, сталь, сталь», и советские танки начали выдвижение. Стремительной атаки, как это представляется многим по сей день, у советских танкистов в тот день не вышло. Сначала танкам пришлось пробираться через боевые порядки пехоты, затем – осторожно двигаться вперед по проходам в минных полях. И только потом, на виду у немцев, они стали разворачиваться в боевые порядки. Всего в первом эшелоне действовало 234 танка и 19 САУ двух корпусов – 29-го и 18-го. Характер местности вынуждал постепенно вводить силы в бой – местами побатальонно, со значительными временными интервалами (от 30 минут до полутора часов, что, как оказалось впоследствии, позволяло немцам уничтожать их поочередно). Главной задачей для советских танкистов было овладение мощным узлом немецкой обороны – совхозом «Октябрьский», чтобы получить в дальнейшем возможность для маневра.

С самого начала бой приобрел крайне ожесточенный характер. Четыре танковые бригады, три батареи самоходных установок, два стрелковых полка и один батальон мотострелковой бригады волнами накатывались на немецкий укрепрайон, но, встречая мощное сопротивление, вновь отходили назад. Практически сразу после начала атаки начались активные бомбежки советских войск группами немецких пикирующих бомбардировщиков. Учитывая то, что авиационного прикрытия у наступавших не было, это резко ухудшило их положение. Советские истребители появились в небе с большим опозданием – лишь после 13.00.

Первый, основной удар двух советских корпусов, выглядевший как единая атака, продолжался примерно до 11.00 и закончился переходом к обороне 29-го ТК, хотя подразделения 18-го ТК продолжали попытки взять совхоз, обойдя его с фланга. Другая часть танков 18-го корпуса, поддерживая пехоту, наступала на правом фланге и вела бои в селах на берегу реки. Целью этой танковой группы было нанесение удара в стык между позициями дивизий «Лейбштандарт» и «Мертвая голова». На левом фланге войск, вдоль железнодорожного полотна пробивались танкисты 32-й танковой бригады 29-го ТК.

Вскоре атаки основных сил 29-го корпуса возобновились и продолжались примерно до 13.30–14.00. Танкисты все же выбили эсэсовцев из «Октябрьского», понеся при этом колоссальные потери – до 70% техники и личного состава.

К этому времени сражение приобрело характер отдельных боев с противотанковой обороной противника. Единого управления у советских танкистов не было, они атаковали в указанных направлениях и вели огонь по танкам и артиллерийским позициям противника, появлявшимся в секторах обстрела их орудий.

«…Стоял такой грохот, что кровь текла из ушей. Сплошной рев моторов, лязганье металла, грохот, взрывы снарядов, дикий скрежет разрываемого железа… От выстрелов в упор сворачивало башни, скручивало орудия, лопалась броня, взрывались танки. Мы потеряли ощущение времени, не чувствовали ни жажды, ни зноя, ни даже ударов в тесной кабине танка. Одна мысль, одно стремление: пока жив, бей врага. Наши танкисты, выбравшиеся из своих разбитых машин, искали на поле вражеские экипажи, тоже оставшиеся без техники, и били их из пистолетов, схватывались врукопашную. Помню капитана, который в каком-то исступлении забрался на броню подбитого немецкого «Тигра» и бил автоматом по люку, чтобы «выкурить» оттуда гитлеровцев…» (ГСС Г. И. Пэнэжко).

Уже к полудню советскому командованию стало ясно – план контрудара провалился.

В это время в излучине реки Псел немецкая дивизия «Мертвая голова», овладев участком восточного берега реки, подтянула артиллерию и открыла огонь по ударному клину 18-го ТК, который действовал на правом фланге наступавших советских войск. Наблюдая за продвижением корпуса и разгадав замысел советского командования, немцы предприняли ряд контратак, используя компактные танковые группы при поддержке артиллерии, авиации и мотопехоты. Начались ожесточенные встречные бои.

Именно части 18-го корпуса осуществили наиболее глубокий и массированный прорыв в полосе немецкой обороны, зайдя в тыл позиций «Лейбштандарта». Штаб 2-го ТК СС докладывал о ситуации: «Крупные силы неприятеля, 2 полка с примерно 40 танками, атаковали наши части восточнее Васильевки, через Прелестное, Михайловку, Андреевку, затем, повернув к югу, продвинулись до района севернее совхоза «Комсомолец». Положение восстановлено. Очевидно намерение врага нападением со стороны Сторожевого в направлении изгиба железнодорожной линии и с севера в направлении совхоза «Комсомолец» отрезать наши силы, выдвинувшиеся на северо-восток».

Настоящие маневренные бои танковых групп разгорелись после того, как соединения 18-го и 29-го ТК оттеснили эсэсовцев на юго-западные скаты высоты 252.2. Это произошло примерно к 14.00–14.30. Затем группы танков обоих советских корпусов начали прорываться западнее Андреевки, в Васильевку, а также в район высоты 241.6, где также происходили ожесточенные встречные танковые бои на малых дистанциях. На левом фланге отдельные группы советских танков прорывались вдоль железной дороги – также в юго-западном направлении.

«…Обстановка накалилась до предела, – вспоминал бывший командир взвода танков 170-й тбр, в ту пору лейтенант В. П. Брюхов. – Боевые порядки войск перемешались, точно определить линию фронта не было возможности. Обстановка менялась ежечасно, даже ежеминутно. Бригады то наступали, то останавливались, то пятились назад. Казалось, на поле боя тесно не только танкам, БТР, орудиям и людям, но и снарядам, бомбам, минам и даже пулям. Их холодящие душу трассы летали, пересекались и переплетались в смертельную вязь. Страшные удары бронебойных и подкалиберных снарядов потрясали, пробивали и прожигали броню, выламывали огромные куски ее, оставляя зияющие провалы в броне, калечили и уничтожали людей. Горели танки. От взрывов срывались и отлетали в сторону на 15–20 метров пятитонные башни. Иногда срывались верхние броневые листы башни, высоко взмывая ввысь. Хлопая люками, они кувыркались в воздухе и падали, наводя страх и ужас на уцелевших танкистов. Нередко от сильных взрывов разваливался весь танк, в момент превращаясь в груду металла. Большинство танков стояли неподвижно, скорбно опустив пушки, или горели. Жадные языки пламени лизали раскаленную броню, поднимая вверх клубы черного дыма. Вместе с ними горели танкисты, не сумевшие выбраться из танка. Их нечеловеческие вопли и мольбы о помощи потрясали и мутили разум. Счастливчики, выбравшиеся из горящих танков, катались по земле, пытаясь сбить пламя с комбинезонов. Многих из них настигала вражеская пуля или осколок снаряда, отнимая их надежду на жизнь… Противники оказались достойными друг друга. Дрались отчаянно, жестко, с неистовой отрешенностью. Обстановка беспрерывно менялась, была запутанной, неясной и неопределенной. Штабы корпусов, бригад и даже батальонов часто не знали положения и состояния своих войск…»

К 15.00 силы обоих советских танковых корпусов иссякли. В бригадах осталось в строю по 10-15 машин, а в некоторых и того меньше. Однако контрудар продолжался, так как советское командование всех уровней получало распоряжения не останавливаться и продолжать наступление. Именно в это время возникла наибольшая опасность перехода немецких танковых частей в контрнаступление, что ставило под угрозу весь исход сражения. С этого момента атаки продолжала главным образом пехота при поддержке небольших групп танков, что, естественно, не могло изменить ход сражения в пользу наступавших.

Судя по донесениям с передовой, боевые действия завершились между 20.00 и 21.00. Однако на хуторе Сторожевом бои продолжались даже после полуночи, и удержать его советским войскам не удалось.

Как же оценили результаты боя противоборствующие стороны? Генерал Пауль Хауссер, командир 2-го ТК СС, прибывший во второй половине дня в расположение «Лейбштандарта», был просто потрясен увиденным. Он попросил бригадефюрера Теодора Виша передать всем офицерам и гренадерам дивизии свое восхищение проявленной стойкостью и решительностью. Так же высоко оценил результаты сражения и фельдмаршал Манштейн.

По причине отсутствия в немецких архивах точных данных о потерях танков во 2-м ТК СС нет и единства мнений среди исследователей данной тематики. Ряд западных исследователей сходится во мнении, что корпус Хауссера потерял от 153 до 163 единиц бронетехники (56,4% от их первоначального количества), большая часть которой позднее была восстановлена.

В ходе боя 12 июля 18-й и 29-й ТК потеряли подбитыми и сгоревшими 237 танков и 17 САУ, что составляет практически 70% от их первоначального состава. Очень большие потери понесли и стрелковые части, действовавшие вместе с главными силами 5-й гв. ТА. При этом назвать точные цифры потерь советской пехоты не представляется возможным, так как они вошли в общее количество потерь Красной Армии в ходе Курской битвы.

Сталин поручил создать комиссию для расследования причин безвозвратной потери такого количества бронетехники и пригрозил предать виновных суду. Дело спустили на тормозах благодаря маршалу Василевскому, который доложил Верховному о нанесении противнику значительного урона. Для советской же стороны итоги контрудара оказались просто катастрофическими. 5-я гв. ТА не смогла изменить оперативную обстановку не только на всем фронте наступления противника, но и непосредственно под Прохоровкой. Несмотря на значительное численное превосходство РККА в бронетехнике, особенно на направлении главного удара, дивизии 2-го ТК СС не только отбили все атаки, но и практически полностью удержали свою основную оборонительную полосу, нанеся советским танковым соединениям ощутимый урон.

А теперь попытаемся представить себе поле размером 4 на 6 километров, перепаханное тысячами снарядов и бомб, усеянное трупами, осколками, гильзами от снарядов и искореженной техникой – танками, сбитыми самолетами, орудиями. Сотни подбитых, чадящих густым, маслянистым дымом танков, воздух, пропитанный удушливым запахом взрывчатки и сгоревшей человеческой плоти… Очевидцы тех событий признавались, что подобной картины им больше не пришлось увидеть за все время войны.

Источники:

В. Замулин, «Засекреченная Курская битва. Секретные документы свидетельствуют»
В. Замулин, «Прохоровка – неизвестное сражение Великой войны»

{1} – Zetterling N., Frankson A. Kursk 1943 A Statistical Analusis. Frank Cass. London. Portland. Or. — Tab.A.6.4 — A.6.10. Приводится по книге: В.Н. Замулин, «Засекреченная Курская битва. Секретные документы свидетельствуют». М.: Яуза; Эксмо, 2007. ISBN 978–5–699–19602–9.

{2} – ЦАМО, ф.5 ГВТА, оп.4948, д.67, л.12. Приводится по книге: В.Н. Замулин, «Прохоровка – неизвестное сражение Великой войны». Издательство ACT, 2005, ISBN: 5-17-022743-4

warspot.ru

Сражение под прохоровкой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.