С появлением танков у многих конструкторов возникла вполне логичная мысль, что значительные размеры танка позволят максимально бронировать его и сделать неуязвимым для огня противника, а большая грузоподъемность – усилить его вооружение. Такие танки фактически могли бы стать подвижными фортами, поддерживающими пехоту при прорыве оборонительных порядков противника. В условиях Первой мировой войны (далее – ПМВ), когда правительства стран мира направляли многомиллионные средства на снабжение стремительно растущих армий, росло и финансирование самых фантастических проектов, суливших скорую победу.

Начиная с ПМВ и до самого окончания Второй мировой войны (далее – ВМВ) были разработаны сотни самых невообразимых бронированных монстров, из которых до воплощения в металле дошли лишь единицы. В этой статье дан обзор десяти самых тяжелых, самых больших и самых невероятных бронемашин различных стран мира, которые были частично или полностью воплощены в жизнь.

«Царь-танк»


Самым крупным по своим габаритам был российский «Царь-танк». Его разработчик Николай Лебеденко (в честь него машину также иногда называют «танком Лебеденко» или «машиной Лебеденко») неизвестными нам путями добился аудиенции императора Николая ІІ, которая состоялась 8 января (по новому стилю – 21 января) 1915 года. На аудиенцию инженер принес искусно сделанную деревянную самоходную модель своего детища, которая заводилась и двигалась благодаря патефонной пружине. По воспоминаниям придворных конструктор и царь несколько часов возились с этой игрушкой «аки дети малыя», создавая ей искусственные препятствия из подручных средств – томов «Свода законов Российской империи». Царь был настолько поражен моделью, которую Лебеденко, в конце концов, ему подарил, что одобрил финансирование проекта. Своей конструкцией танк напоминал огромный артиллерийский лафет с двумя большими передними колесами. Если модель держали за заднюю часть «лафета» колесами вниз, то она была похожа на спящего под потолком нетопыря, из-за чего машина получила прозвища «Летучая мышь» и «Нетопырь».

Изначально было понятно, что проект нежизнеспособен. Самым большим и уязвимым элементом нового танка были огромные 9-метровые колеса, несущей конструкцией которых были спицы. Их создали такими, чтобы повысить проходимость танка, но они легко выводились из строя даже артиллерийской шрапнелью, не говоря уже о фугасных или бронебойных снарядах. Возникли проблемы и с проходимостью машины. Тем не менее, благодаря царскому протежированию танк был быстро построен. Уже в августе 1915 года он был собран на импровизированном полигоне в районе города Дмитрова Московской области, однако по причине неудовлетворительной проходимости так и остался ржаветь под открытым небом до начала 20-х годов, пока не был разобран на металлолом. В итоге тысячи рублей государственных средств были потрачены впустую.


Боевые отделения танка размещались в корпусе, расположенном между его гигантскими колесами. Вооружение размещалось в пулеметной башенке на шесть пулеметов, надстроенной над корпусом, а также в спонсонах, расположенных в его торцах, выступавших за колеса. В спонсонах могло размещаться как пулеметное, так и артиллерийское вооружение. Предусматривалось, что экипаж танка составит 15 человек. Перпендикулярно к корпусу располагался «лафет», основным предназначением которого было создание упора при стрельбе. По «лафету» экипаж попадал в боевые отделения танка.

Габариты «Царь-танка» поражали воображение – его длина составляла 17,8 метра, ширина – 12, высота – 9. Весил он 60 тонн. Эта машина стала самым большим по габаритам и самым нелепым танком в мировой истории.

Char 2C (FCM 2C)

Этот французский танк стал самым большим и тяжелым серийным танком за всю мировую историю танкостроения. Он был создан судостроительной компанией FCM в самом конце ПМВ, но участия в боевых действиях так и не принял. По замыслу конструкторов Char 2C должен был стать танком прорыва, который мог бы эффективно преодолевать немецкие траншеи.


анцузским военным эта идея понравилась, и 21 февраля 1918 года у FCM было заказано 300 машин. Однако пока судостроители разворачивали производство, война закончилась. Танк оказался нетехнологичным и недешевым, а изготовление каждой его единицы занимало много времени. В результате до 1923 года было изготовлено всего 10 машин. Так как французское правительство после ПМВ испытывало известные финансовые трудности, а Char 2C стоил очень дорого, было принято решение остановить его производство.

Char 2C весил 75 тонн, его экипаж составлял 13 человек. Он был вооружен одной 75-мм пушкой и 4-мя пулеметами. Двигатели танка «съедали» в среднем 12,8 литра на один преодоленный машиной километр, поэтому бака емкостью 1280 литров хватало максимум на 100–150 км пути, а на пересеченной местности это расстояние было и того меньше.

Char 2C состояли на вооружении французской армии до 1940 года. С началом боевых действий на территории Франции во время ВМВ батальон этих уже устаревших танков отправили к театру боевых действий. 15 мая 1940 года состав с материальной частью батальона попал в железнодорожную пробку при следовании к местам выгрузки в районе города Нешато. Так как выгрузить столь тяжелые танки с платформ не представлялось возможным, а к станции, на которой застрял состав, приближались немецкие войска, французские экипажи уничтожили свои бронированные машины и отступили. Однако, как вскоре выяснилось, уничтоженными оказались не все Char 2C. В частности, машина №99 попала в руки немцев неповрежденной и испытывалась ими на полигоне Куммерсдорф. Дальнейшая ее судьба неизвестна.


K-Wagen

В конце марта 1917 года Инспекция автомобильных войск кайзеровской Германии поручила главному инженеру своего опытного отделения Йозефу Фольмеру создать танк, который по своим техническим параметрам был бы способен прорывать вражеские линии обороны.

В случае успешного и своевременного его завершения этот танк стал бы самым тяжелым танком ПМВ – его вес достигал бы 150 тонн. В качестве силовых установок для него были выбраны два шестицилиндровых бензиновых двигателя фирмы «Даймлер» мощностью по 650 л.с. каждый. Танк должен был вооружаться 4-мя 77-мм орудиями, размещенными в спонсонах и 7-ю 7,92-мм пулеметами MG.08. Из всех супертяжелых танков у K-Wagen был самый многочисленный экипаж – 22 человека. Длина танка достигала 12,8 метров, и если бы не российский «Царь-танк», он стал бы самым длинным сверхтяжелым танком в истории танкостроения. В проектной документации танк назывался Kolossal-Wagen, Kolossal или K. Общепринятым является использование индекса «K-Wagen».

В апреле 1918 года началась постройка этих машин, но быстрое окончание войны остановило все работы. Немецкие танкостроители почти закончили сборку первого экземпляра танка, а для второго были готовы бронекорпус и все основные агрегаты, кроме двигателей. Но войска Антанты приближались к немецким предприятиям, и все изготовленное было уничтожено самими производителями.


FCM F1

В начале 30-х годов французским военным функционерам стало ясно, что танк FCM 2C безнадежно устарел. Так как французская военная мысль считала, что будущие войны будут носить такой же позиционный характер, как и ПМВ, в Париже решили, что армии необходимы новые тяжелые танки прорыва.

В феврале 1938 года Консультационный совет по вооружениям во главе с генералом Дюфло определил основные тактико-технические характеристики будущего танка для объявления проектного конкурса. Совет выдвинул следующие требования к вооружению машины: одна пушка большого калибра и одно скорострельное противотанковое орудие. Кроме того, новый танк должен был снабжаться противоснарядным бронированием, выдерживающим попадание снарядов всех известных на тот момент противотанковых артиллерийских систем.

В конкурсе участвовали крупнейшие французские танкостроители (компании FCM, ARL и AMХ), однако начать создание прототипа смогла лишь компания FCM. Ее инженеры спроектировали танк с двумя башнями, расположенными по принципу линкоров на разных уровнях, чтобы они не мешали друг другу вести круговой обстрел. В задней (более высокой) башне должно было устанавливаться 105-мм орудие основного калибра. В передней башне – монтироваться 47-мм скорострельная противотанковая пушка. Толщина лобового бронирования машины составляла 120 мм. Предполагалось, что прототип будет готов к концу мая 1940 года, но этому помешало стремительное немецкое наступление во Франции. Дальнейшая судьба полуготовых прототипов неизвестна.


TOG II

В октябре 1940 года был создан первый экземпляр опытного британского танка TOG І. Его название, расшифровывающееся как «The Old Gang» (англ. – «старая банда»), намекало на солидный возраст и опыт его создателей. Старые принципы танкостроения проявились в компоновке и внешнем виде этой боевой машины, а также в ее характеристиках. TOG І имел компоновку, типичную для времен ПМВ, и обладал низкой скоростью в 5 миль/ч (8 км/ч). Орудия и пулеметы, первоначально размещенные в спонсонах, со временем заменили башней от танка Matilda II, монтируемой на крыше корпуса. Его гусеницы, так же как и у других танков времен ПМВ, охватывали корпус, а не размещались по бокам от него, как у современных танков. Так как вес машины составлял 64,6 тонны, к сверхтяжелым танкам ее отнести сложно. Танк несколько раз модернизировали вплоть до 1944 года, но в серию он так и не пошел.

В 1940 году параллельно с TOG І началось создание TOG ІІ. В металле он был реализован к весне 1941 года. Этот танк сделали более тяжелым, чем предыдущую модель – он весил 82,3 тонны. Благодаря большой длине, независимой торсионной подвеске, а также тому, что привод каждой гусеницы осуществлялся отдельным электродвигателем, этот танк обладал повышенной проходимостью. Электродвигатели питались от генератора, приводимого в движение дизельной силовой установкой. Поэтому, несмотря на большой вес, танк мог преодолевать стены высотой 2,1 метра и рвы шириной 6,4 метра. Его отрицательными качествами была низкая скорость (максимум 14 км/ч) и уязвимость гусениц, конструкция которых безнадежно устарела. Танк получил специально сконструированную башню, в которой размещалось единственное танковое орудие калибра 76,2 мм и пулемет. В дальнейшем продолжались модернизации конструкции, появились проекты TOG ІІ(R) и TOG III, но ни один из них так и не был запущен в серийное производство.


Pz.Kpfw VIII Maus

В декабре 1942 года на аудиенцию к Гитлеру был вызван Фердинанд Порше, конструкторы фирмы которого закончили проект сверхтяжелого танка Maus (нем. – «мышь»). Через год, 23 декабря 1943 года, первый прототип танка вышел из ворот танкостроительного предприятия «Алкетт» (Альмеркише Кеттенфабрик ГмбХ), входившего в государственный концерн Рейхсверке. Это был самый тяжелый изготовленный танк за всю историю мирового танкостроения – его вес достигал 188 тонн. Лобовая бронеплита достигала толщины 200 мм, а кормовая – 160 мм. Несмотря на то, что танк обладал огромной массой, в процессе его испытаний выяснилось, что он очень маневрен, легко управляем и обладает высокой проходимостью. Танк подвергся доработке, прошел полигонные испытания, и был изготовлен его второй экземпляр. Но во второй половине 1944 года у Германии закончились средства для обеспечения регулярных поставок даже серийных танков, не говоря уже о запуске в производство новых дорогостоящих машин.

В середине апреля 1945 года Куммерсдорфский полигон был захвачен советскими войсками. Оба экземпляра танка, которые были выведены из строя во время боев за полигон, отправили в СССР. Там из двух поврежденных машин была собрана одна целая, которая и по сей день экспонируется в Центральном музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке.


A39 Tortoise

С начала 1943 года в Великобритании началась разработка нового танка прорыва. Проект получил название Tortoise (англ. – «сухопутная черепаха»), так как предусматривал, что будущий танк будет иметь толстую броню, мощное вооружение и вряд ли сможет обладать высокой скоростью. В результате конструкторских изысканий на свет появился целый ряд проектов машин с индексом «АТ», так никогда и не пошедших в серию. В конце концов конструкторы и заказчики от Комитета по развитию спецтехники Министерства снабжения Великобритании остановились на модели АТ-16, которая получила официальный индекс «А39». В феврале 1944 года к изготовлению было заказано 25 единиц, которые должны были изготовить к сентябрю 1945 года. Однако в мае 1945 года боевые действия в Европе закончились, и комитет сократил заказ до 12 машин. В феврале 1946 года заказ еще раз уменьшили вдвое, и в результате были изготовлены только 5 машин. Агрегаты же шестого экземпляра A39 использовали как источник запчастей.

На самом деле Tortoise являлся не танком, а САУ, так как у А39 не было башни, а 94-мм пушка размещалась прямо в лобовой части боевой рубки. Однако по британской классификации САУ не могла быть настолько тяжелой (вес А39 достигал 89 тонн), и было решено классифицировать ее как танк.


ева от орудия находился пулемет BESA (английская версия чехословацкого ZB-53), а еще два таких пулемета были установлены в башенке на крыше машины. САУ не пошла в крупную серию, так как на фоне современных ей тяжелых советских танков (после войны Британия рассматривала СССР как основного потенциального противника) она была устаревшей и по подвижности (максимальная скорость – 19 км/ч), и по вооружению, хотя ее мощное лобовое бронирование толщиной в 228 мм впечатляло современников.

Pz.Kpfw. E-100

Эта машина создавалась как альтернатива танку Pz.Kpfw VIII Maus, сконструированному фирмой Порше. Фактически Фердинанд Порше воспользовался своим положением, будучи хорошим знакомым рейхсминистра вооружений Тодта и будучи на короткой ноге с самим Гитлером. Используя свои связи, Порше способствовал закрытию проекта другого сверхтяжелого танка VK 7201 «Тяжелый Лев» (Schwere Löwe) производства концерна «Крупп». Между тем другой немецкий танковый конструктор и функционер Генрих Эрнст Книпкамп в пику Порше инициировал начало разработки целой серии танков, которые должны были заменить в войсках все типы бронированных боевых гусеничных машин, начиная от танков разведки и заканчивая сверхтяжелыми танками прорыва. Последним и должен был стать Е-100.

Из всех машин «Серии Е» разработка танка Е-100 продвинулась дальше всего. Этот танк должен был быть легче, чем Maus (140 тонн против 188), и при этом бронированным на том же уровне.


о сконструировали таким образом, чтобы у бронеплит было как можно меньше прямых углов (в отличие от танка Maus, борта которого были практически вертикальны). Разрабатывались три варианта башни этого танка, первым из которых была башня танка Maus со 128-мм орудием. Правда, в варианте для танка Е-100 128-мм пушку решили заменить на 150-мм. Башню должны были изготавливать предприятия концерна «Крупп», на них же должны были разработать и способ установки орудия. Этот вариант оказался предпочтительнее, чем два остальных, но в металле не был реализован ни один из них. Если бы немцам все-таки хватило времени, Е-100 получил бы самую мощную пушку за всю историю создания сверхтяжелых танков. Был создан всего один экземпляр шасси этого танка, который испытывался на полигоне Хайстенбек с муляжом башни. В конце войны это шасси попало к английским войскам в виде трофея и позже было вывезено в Великобританию, где его внимательно изучили местные инженеры.

T28-T95 (Turtle)

За океаном тоже не сидели сложа руки. В сентябре 1943 года в США начались работы над собственным танком прорыва. Штаты готовились вступить в войну в Европе и опасались, что преодолеть «Атлантический вал», выстроенный немцами на побережье, а затем и Линию Зигфрида, будет непросто. Но, как это часто бывает, армейские функционеры спохватились довольно поздно (видимо, забыв учесть, что создание принципиально новых танков – это длительный процесс).

В качестве основного вооружения на танк планировали установить 105-мм пушку Т5Е1. Начальная скорость ее снаряда, как считали военные функционеры, была достаточной для того, чтобы пробивать бетонные стены ДОТов. Пушка должна была размещаться в лобовом бронелисте машины – к такому решению пришли, чтобы уменьшить силуэт Т-28. На самом деле новая машина была не танком, а САУ прорыва – американские военные это со временем осознали, и машину переименовали в САУ Т-95. Как это любят делать американцы, заодно ей присвоили и прозвище «Turtle» (англ. – «черепаха»). САУ снабдили электрической трансмиссией, разработанной для установки на танки Т1Е1 и Т23.

Проектные изыскания и бюрократические проволочки привели к тому, что решение об изготовлении прототипов приняли лишь в марте 1944 года. Но военные забраковали готовый проект и заказали три машины, лобовое бронирование которых должно было достигать 305 мм, что в полтора раза превышало запланированные ранее 200 мм. После внесенных изменений вес машины вырос до 86,3 тонны. Чтобы уменьшить давление на грунт и увеличить проходимость САУ, ее гусеницы решили сделать двойными. В результате новый проект был готов только к марту 1945 года, когда боевые действия в Европе и на Тихоокеанском фронте приближались к концу. Первый прототип был отгружен на Абердинский полигон тогда, когда надобность в нем уже давно отпала, – 21 декабря 1945 года. Изготовление второго экземпляра закончили 10 января 1946 года.

В результате длительных испытаний, проводившихся в 1947 году, американские военные вновь переименовали Т95 в танк прорыва Т28, так как, по их мнению, САУ столько весить не могла. Почти одновременно с этим они пришли к выводу, что низкая скорость машины не отвечает современным условиям ведения войны. В результате от Т28 (Т95) отказались, но, возможно, американским бюрократам просто надоело ломать голову над классификацией этой машины.

«Объект 279»

Было бы несправедливым обойти вниманием СССР – страну, которую можно по праву назвать самой «танковой» державой XX века. В прошлом столетии советскими предприятиями было произведено наибольшее количество танков и спроектировано наибольшее количество их моделей. Однако сверхтяжелыми танками в стране Советов не увлекались. До начала ВМВ на них просто не хватало средств, а во время войны – еще и времени. Так, летом 1941 года на ленинградском Кировском заводе разработали проект сверхтяжелого танка КВ-5, вес которого достигал бы 100 тонн, но в августе к Ленинграду приблизились немецкие войска, и работы над этим проектом были прекращены.

После окончания ВМВ, с появлением кумулятивных боеприпасов, всем танковым конструкторам стало понятно, что нерационально создавать боевые машины тяжелее 60 тонн. При таком большом весе их невозможно сделать быстрыми и маневренными, а, значит, несмотря на самое мощное бронирование, их быстро подобьют. Но на горизонте маячил призрак ядерной войны, и конструкторы начали разрабатывать машины, которые должны были вести боевые действия в невиданных доселе условиях.

В 1957 году в КБ Ж. Я. Котина ленинградского Кировского завода под руководством Л. С. Троянова был создан удивительный танк. Хотя он весил всего 60 тонн и по массе не может претендовать на звание супертяжелого танка, зато по уровню бронирования – вполне. Толщина стенок его литой башни по периметру составляла 305 мм. При этом толщина лобовой брони достигала 269 мм, бортов – 182 мм. Такая толщина брони была получена благодаря оригинальной форме корпуса, больше похожего на летающую тарелку, чем на танк. Необычному изделию присвоили индекс «Объект 279». Экспериментальную бронированную машину вооружили 130-мм нарезной пушкой М-65 с системой продува ствола. Из всех реализованных в металле сверхтяжелых танков калибр основного орудия «Объекта 279» является самым большим.

Машина была снабжена сложной системой нерегулируемой гидропневматической подвески и двойными гусеницами. Такое техническое решение позволило уменьшить давление на грунт, увеличить проходимость танка, но серьезно ухудшило его маневренность. Этот фактор, а также сложность машины в обслуживании послужили причиной того, что проект не пошел дальше создания и испытаний прототипа.

warspot.ru

Участие в войне немецкого тяжелого танка Tiger и его доработанного собрата Tiger II до сих пор остается предметом споров экспертов с историками. Одни утверждают, что обе машины были шедеврами немецкой инженерии и по всем прогнозам должны были «дойти до Урала», другие же – что технологичность и современность в итоге и похоронили уникальные боевые машины на полях сражений.

С чего все начиналось

Вопреки множеству рассказов и художественных фильмов стоит заранее сказать, что эффективные действия и марши на десятки километров за сутки давались гитлеровским войскам не столько из-за участия в нападении «танковых армад», сколько ввиду неожиданности самого нападения. Четкая координация, планирование, управление, взаимодействие пехоты, бронетехники и авиации во многом определяли успешность действий на Восточном фронте. Однако быстрое наступление, запланированное командованием, германская армия реализовать не смогла. Одну из главных ролей в срыве блицкрига сыграли легендарные советские танки Т-34 и КВ-2, применение которых заставило немецкое командование пересмотреть свои взгляды на конструкцию танка.

С появлением советских танков на поле боя PzKpfw III и PzKpfw IV, брошенные на Восточный фронт в самом начале, стали испытывать огромные сложности с уничтожением советской техники. Сознавая, что бронетанковые войска терпят неудачу и вот-вот могут потерять инициативу, Гитлер отдает распоряжение о начале работ над «танком прорыва», способным сметать бронетехнику противника и укрепления, позволяя пехоте продвигаться вперед. Главной особенностью новой машины, представленной фюреру, стали не столько передовое даже по немецким меркам бронирование и система управления, сколько принципиально иное орудие: 88-мм KwK 36 имело значительно возросшие огневые характеристики и сулило огромное преимущество в бою.

Картинка

Однако решение фюрера о переброске еще недоработанных машин на фронт для «экспериментального боевого применения» смутило многих. В особенности руководство и инженерный состав компании Henschel, на прототип танка которых в конце концов и пал выбор фюрера. Забегая вперед, стоит отметить, что уникальная конструкция двигателя и трансмиссии, обилие электрических «помощников» для экипажа проявили себя в боях не совсем так, как это представляло себе командование вермахта.

Горячее лето 1942-го

Новая машина получила название PzKpfw VI Tiger, а серийное производство танка с мощной броней и 88-мм пушкой немецкие танкостроители начали в августе 1942 года. В том же месяце первая партия машин была переброшена на Восточный фронт, где сразу же вступила в неравный бой… с поломками. Однако справедливости ради стоит отметить, что пропорции поломок в боях и неисправностей на марше в большинстве случаев составляют 30 к 70.

И хотя историки, военные эксперты и известные немецкие танкисты отмечают, что процент неисправностей в боях действительно был невысок, об эксплуатационных особенностях Tiger стоит рассказать отдельно.

Картинка

Одним из самых важных качеств любой военной техники является адаптация конструкции машины к обслуживанию в полевых условиях. В конце концов, предназначение каждого танка – воевать, если возникнет такая необходимость, а не стоять в ангаре. Tiger, брошенный на Восточный фронт в большой спешке, «радовал» танкистов и механиков огромным количеством механических поломок, для устранения которых отдельные детали, такие как двигатели и элементы трансмиссии и ходовой, приходилось доставлять самолетом прямо из Германии.

Перегрев силовой установки, поломки электротрансмиссии и разбитая ходовая часть – минимальный набор проблем, с которыми приходилось сталкиваться немецким танкистам и техникам. За плавность хода немецкие танкисты расплачивались постоянно ломающейся подвеской, а на марши таких машин в составе колонны накладывался целый ряд ограничений.

Так, немецким танкистам строго-настрого запрещалось совершать длительные марши с резким изменением оборотов двигателя. Говоря простым языком, для эффективной и беспроблемной переброски таких танков по дорогам на Восточном направлении требовалось заранее просчитать и обезопасить маршрут, чтобы личный состав не «попадал» на перегревы двигателя и двигался с одной и той же скоростью. От частого переключения передач немецким танкистам также было предписано отказаться.

Картинка

Известный немецкий танкист Альфред Раббаль отмечал, что на один час эксплуатации танка требуется десять часов его обслуживания, а после переброски тяжелого танкового полка на 35–40 км потребуется не менее двух, в отдельных случаях трех недель его обслуживания. Безусловно, в боевой обстановке такими ограничениями часто пренебрегали, однако сам факт наличия некоторых требований и ограничений для танков Tiger заставляет задуматься о надежности и перспективности конструкции в целом.

Одними из любопытных требований производителя являются так называемое наставление по «устранению запыленности» дорог, по которым должна перебрасываться такая техника, и рекомендации по выбору «оптимального маршрута» с наиболее ровными и чистыми дорогами. Стоит также отметить, что проблемы тяжелые и хорошо вооруженные немецкие танки испытывали не только в сложных условиях Восточного фронта, но и на других направлениях.

Наиболее показательным в этом отношении является длительный январский 200-километровый марш танков 508-го тяжелого танкового батальона на итальянский город Анцио в 1944 году. Переброска 45 машин проводилась с соблюдением всех норм и предписаний завода-производителя, однако даже без всякого противодействия со стороны противника до места не добрались 27 танков. Позднее, в том же 1944-м году, 25 танков из 25 потерял при отступлении 504-й тяжелый танковый батальон.

Отдельной историей в судьбе танков Tiger следует считать и отсутствие своевременной эвакуации. Своевременно сдвинуть с места и увезти в расположение части 57-тонную машину в 95% случаев не представлялось возможным, поэтому экипажи Tiger зачастую просто подрывали собственные танки. Однако немецкие танкисты, включая известных танковых асов вроде Отто Кариуса, до конца жизни считали, что надежность в такой машине не главное. «Главные качества танка – это подвижность и вооружение», – сказал Кариус в одном из интервью.

Смазанный шедевр на холсте войны

После того как первые танки Tiger попали в распоряжение советских специалистов, «диагноз» большой немецкой «кошке» был поставлен практически сразу.  Однако не будет лишним сказать, что советские Т-34 первых годов выпуска действительно испытывали значительные проблемы с уничтожением немецкого танка. Правда, речь в данном случае идет о способности 76-мм орудия Т-34 пробивать 100-мм лобовую броню «немца».

Практически сразу, как Т-34 и первые Tiger столкнулись в бою, командиры танковых полков в РККА внесли коррективы в тактику применения советских машин. «Лобовая встреча» происходила лишь тогда, когда другого выхода уже не оставалось. В основном же советские танкисты устроили своеобразное танковое «сафари» – большую охоту на немецкие танки из засады и удары по наиболее уязвимым местам: в корму, по элементам ходовой и бортовым проекциям. После того как на вооружении советских танковых появился Т-34-85 с новым орудием, средний советский и тяжелый немецкий танки фактически уравнялись в огневой мощи.

Картинка

Прямого сравнения двух танков в этом случае лучше всего избежать, поскольку создавались они под абсолютно разные задачи. Однако Tiger, будучи такой же гордостью германского ВПК, как и ракета «Фау-2», возложенных на него надежд не оправдал. «С точки зрения службы этого танка в качестве «затыкателя дырок», которыми были немецкие тяжелые танковые батальоны, да, его эксплуатация была оправданна.

Целевое предназначение в этом отношении отрабатывалось. Например, на Курской дуге они эти машины применялись как средство прорыва, и на них же легла основная нагрузка при контрнаступлении на Харьков. Немецкие танкисты любили эти машины больше, чем Tiger II», – замечает военный историк Юрий Пашолок. В целом стоит отметить, что боевая работа танков Tiger и тем более краткосрочная боевая служба Tiger II прошла совершенно не так, как того ожидали немцы. Речь в данном случае идет не только о работе на Восточном фронте, но и на других направлениях.

Картинка

Историки отмечают, что, помимо ошибок в управлении войсками, а они, к слову, у германских командиров тоже были, «выводили» из строя тяжелые немецкие танковые батальоны и без использования противотанковых орудий и боестолкновений как таковых. За время изучения характеристик немецкого танка сначала советское, а затем и союзное командование укрепилось во мнении, что измотать противника и лишить его до половины танков из состава полков можно не только путем траты боеприпасов, но и хитростью.

По мнению специалистов, танковые батальоны, оснащенные Tiger, зачастую перебрасывались на самые танкоопасные направления. «Следовательно, нужно было только дать дезинформацию, что в определенном районе в определенное время будет определенное количество наших танков. Немецкие тяжелые танковые батальоны перебрасывались не только по железной дороге, но и своим ходом. А за время марша значительное количество техники ломалось. Выигранное время советские, да и союзные войска в этом случае практически всегда использовали либо для нанесения удара, либо просто ждали снабжения или ремонтировались», – указывает историк Андрей Фомин.

Картинка

Хотели как лучше

Анализ данных о потерях, боевой работе, надежности, стоимости, эксплуатационных характеристиках позволяет сделать предположение, что «мощь» тяжелого танка Tiger и результаты его боевой работы значительно преувеличиваются. Военные историки и эксперты поясняют, что «Пятой симфонией» вермахта был средний немецкий танк Panther, доставивший наибольшее количество проблем не только советским, но и союзным танкистам, а из Tiger в лучшем случае  получилась хорошо забронированная противотанковая пушка, а после появления средних советских танков с орудием повышенного могущества тактика применения немецких «ударных кулаков» в наиболее опасных районах практически сошла на нет.

Картинка

К тому же, боевое применение Tiger на Восточном фронте зачастую сопровождалось не столько механическими проблемами, сколько отсутствием подходящей инфраструктуры для быстрого продвижения. Например, нередки были случаи, когда целый батальон из 45 машин мог застрять на 10–12 часов на одном месте только лишь потому, что единственный мост через небольшую водную преграду был подорван партизанами.

Известный американский историк Кристофер Вилбек, написавший целый научный труд по применению бронетехники вермахтом, подсчитал, что минимум 40% всех танков Tiger были потеряны вследствие повреждений, поломок, застряли в грязи или не были вовремя эвакуированы с поля боя. Толстая лобовая броня, хорошее 88-мм орудие с мощными боеприпасами, технологичность и многое другое в случае с танком Tiger легли на одну чашу весов. На другой оказались хрупкость конструкции, ошибки проектирования и ограничения в эксплуатации, которые в конце концов так и не позволили превратить Tiger в настоящий молот войны.

Картинка

Единственным, кто оказался прав в этой ситуации, был главный специалист Третьего рейха по бронетехнике Гейнц Гудериан, продвигавший концепцию создания модернизированных танков Pz.Kpfw.IV. Согласно задумке Гудериана, немецкая промышленность должна была строить машину массой до 30 т, в меру дешевую, подвижную и надежную, с мощным орудием и толстой лобовой броней, расположенной под наклоном.

Но довести свой план до практической реализации Гудериан не смог, и Адольф Гитлер, сам того не понимая, настоял на серийном производстве тяжелых танков Tiger без проведения полного цикла испытаний и единолично принял решение об отправке новой, совершенно уникальной для германской армии боевой машины на верную смерть.

Картинка

tvzvezda.ru

К вопросу создания сверхтяжелых танков в Германии обратились, как и во многих других странах, еще во время Первой мировой войны. Однако настоящую славу снискал не проект K-Wagen, а более поздние проекты. Сверхтяжелый танк Maus сегодня является одним из самых узнаваемых и знаменитых танков в истории, хотя был собран всего в двух экземплярах и не принимал участия в сражениях. Неплохую известность приобрел и другой сверхтяжелый танк Третьего рейха — E-100, чья узнаваемость в массах напрямую связана с компьютерными играми.

K-Wagen

В марте 1917 года Ставка главного командования и Инспекция автомобильных войск немецкой армии совместно сформулировали требования к новому сверхтяжелому танку массой около 150 тонн. Привести в движение такого монстра должна была силовая установка из двух бензиновых двигателей мощностью 250-300 л.с. каждый. Бронирование танка должно было составить 30 мм, что позволило бы обеспечить защиту от огня полевой артиллерии калибром до 75 мм. Вооружить новую боевую машину планировалось четырьмя орудиями калибра 57-77 мм, четырьмя 7,92-мм пулеметами и двумя огнеметами. Длина танка превышала 10 метров, что позволило бы машине преодолевать рвы шириной до 4 метров. 28 июня 1917 года Военное министерство утвердило проект нового сверхтяжелого танка «K-Wagen» (Kolossal-Wagen или просто Kolossal).

Разработку сверхтяжелого танка решили поручить Р. Фолльмеру, одному из самых талантливых немецких инженеров, который параллельно уже вел работы по тяжелому танку A7V и легкому LK-I. Программа постройки сверхтяжелых танков выглядела масштабно: планировалось создать 100 таких боевых машин при первоначальном заказе в 10 штук. Расчетная стоимость одного танка составляла около 500 тысяч рейхсмарок — огромную по тем временам сумму. При этом перед немецкими конструкторами стояла очень сложная задача, так как большинство деталей и узлов им предстояло спроектировать заново.

Влияние на проектировщиков немецкого сверхтяжа оказали британские ромбовидные танки, которые не отличались особой подвижностью, но несли достаточно мощное вооружение и были в состоянии преодолевать траншеи и рвы шириной до 3 метров. Именно от английских танков была заимствована компоновка с удлиненным корпусом и гусеницами, которые полностью его охватывали. Размещение вооружения в спонсонах по бортам корпуса также было заимствовано у англичан. Но в целом компоновка немецкого танка K-Wagen отличалась оригинальностью, экипаж был размещен в два яруса, а корпус делился на 4 отсека.

В передней части корпуса имелись места для трех пулеметов, два из которых были расположены по бортам, а один в лобовом бронелисте с незначительным смещением в левую сторону. В средней части корпуса танка располагалось боевое отделение, которое было совмещено с отделением управления. Места обоих механиков-водителей располагались за пулеметными установками и не имели никаких смотровых приборов. Управление танком должен был осуществлять его командир, который совместно с артиллерийским офицером располагался на верхнем ярусе и был защищен специальной бронированной башенкой цилиндрической формы с верхним люком, для лучшего обзора в ней имелось 6 смотровых щелей. Так как K-Wagen должен был получить радиостанцию, расположенную по центру боевого отделения, здесь же разместили и место радиста. По бортам боевой машины расположили большие спонсоны, в которых должны были быть установлены по две 77-мм пушки капонирного типа с полуавтоматическим затвором и два 7,92-мм пулемета. При этом передняя часть спонсона изначально проектировалась так, чтобы обеспечить максимально возможный сектор обстрела из орудий. Фактически при проектном размещении вооружения был обеспечен практически круговой сектор обстрела за исключением небольшого сектора в корме танка.

Третий и четвертый отсеки танка были моторно-трансмиссионными. Уже на стадии расчетов стало ясно, что даже установка 300-сильных двигателей не сможет дать боевой машине нормальной удельной мощности, поэтому было принято решение поставить на танк два двигателя Diamler-Benz мощностью 650 л.с. каждый. Для обслуживания данных двигателей выделялись два механика, которые также должны были вести огонь из кормовых пулеметных установок. Рядом с двигателями находились топливные баки, общий объем которых составлял 3000 литров. Непосредственно над двигателями находились две выхлопных трубы. Для обеспечения доступа воздуха в систему охлаждения и вывода горячего воздуха от работающих двигателей имелись 4 вентиляционных люка, расположенных в крыше корпуса, и по 3 люка на каждом из спонсонов.

Танк получался большим по всем параметрам, не исключением стал и размер его экипажа. Полный экипаж танка должен был состоять из 22 или 27 танкистов. В последнем варианте он имел бы следующий состав: командир, артиллерийский офицер, два водителя, 12 артиллеристов, 8 пулеметчиков, 2 механика и радист. В Ставке полагали, что для каждого орудия требуется штатный расчет, это же касалось и пулеметов, которым полагался пехотный расчет — стрелок и заряжающий, отсюда и такой большой экипаж.

Не менее оригинально смотрелась и ходовая K-Wagen. В отличие от британских танков тех лет катки с ребордами по типу железнодорожных крепились не к самому корпусу танка, а к тракам гусениц. Траки гусеницы являлись составными, они собрались при помощи заклепок и болтов. В движение гусеничная цепь приводилась ведущим колесом, расположенным в корме, она перемещалась по рельсовым направляющим, которые целиком охватывали корпус танка. При этом верхние ветви гусениц, с передними и задними нисходящими ветвями, прикрывались бронированной крышей, которая переходила в изогнутые бронированные экраны.

Постройка первых танков началась в апреле 1918 года, однако быстрое завершение Первой мировой войны остановило все работы по этому проекту. К этому моменту на заводе уже был практически собран первый экземпляр сверхтяжелого танка, для второй боевой машины были готовы корпус и все основные агрегаты, за исключением двигателей. Однако поражение Германии в войне и последующее подписание Версальского мира поставили крест на этом проекты, все наработки просто пошли на слом.

Тактико-технические характеристики K-Wagen:
Габаритные размеры: длина — 12,8 м, ширина — 5,9 м (3,1 м без спонсонов), высота — 3,3 м (2,9 м по крыше).
Боевая масса — 150 т.
Вооружение — 4х77-мм орудия, 7х7,92-мм пулеметов MG.08.
Бронирование — лоб и борта корпуса — 30 мм.
Силовая установка — два 6-цилиндровых карбюраторных двигателя «Даймлер» мощностью 2х650 л.с.
Максимальная скорость — 7,5 км/ч.
Экипаж — 22-27 человек.

Panzerkampfwagen VIII «Maus»

Panzerkampfwagen VIII «Maus» представлял собой сверхтяжелый танк, который был спроектирован в гитлеровской Германии, работы над машиной шли в период с 1942 по 1945 год, руководил ими известный немецкий конструктор Фердинанд Порше. «Маус» стал самым крупным по боевой массе танком среди всех, которые когда-либо были построены в металле (188,9 тонн). Всего удалось построить два экземпляра машины, которые не принимали участия в боевых действиях. В апреле 1945 года при приближении к Кумерсдорфскому полигону частей Красной Армии немцы решили уничтожить оба прототипа сверхтяжелых танков, так как их нельзя было эвакуировать. Оба танка «Маус» были взорваны, однако значительным разрушениям подвергся лишь один. В настоящее время в мире имеется только один сохранившийся образец данного танка, который удалось собрать из частей обеих машин, он находится в коллекции Бронетанкового музея в Кубинке.

Танк Maus отличался очень мощным вооружением, расположенным во вращающейся башне. В состав экипажа грозной машины входили 6 человек: командир танка, командир орудий, 2 заряжающих, радист и механик-водитель. Поперечными перегородками корпус танка был разделена на 4 отделения: управления, моторное, боевое и трансмиссионное. В носовой части танка располагалось отделение управление. Здесь были сидения мехвода (с левой стороны) и радиста (с правой стороны), контрольные и измерительные приборы, приводы управления, радиостанция, коммутационная аппаратура и баллоны огнетушителей. В днище корпуса перед сидением радиста имелся люк, предназначенный для аварийной эвакуации из танка. В нишах бортов были размещены два топливных бака, общая емкость которых составляла 1560 л. В крыше корпуса над местом механика-водителя и радиста был расположен люк, который закрывался броневой крышкой, а также перископический прибор кругового обзора радиста и смотровой прибор мехвода.

Сразу за отделением управления находилось моторное отделение, в котором находились: в центральном колодце — двигатель, в нишах бортов — масляные и водяные системы охлаждения, масляный бак и выхлопные коллекторы. За моторным отделением в средней части корпуса располагалось боевое отделение, в котором располагалась большая часть боеприпасов, а также агрегат для питания электромотора поворота башни и подзарядки аккумуляторных батарей. В центральном колодце, находящемся под полом боевого отделения, располагались блок главных и вспомогательных генераторов и одноступенчатый редуктор. Вращение от двигателя, находящегося в моторном отделении, передавалось на генератор через одноступенчатый редуктор.

Над боевым отделением корпуса на специальных роликовых опорах располагалась вращающаяся башня с вооружением. В ней находились сидения командира орудия, командира танка и двух заряжающих, а также спаренная артиллерийская установка и отдельно размещенный пулемет, приборы прицеливания и наблюдения, механизмы поворота башни с электромеханическим и ручным приводами, а также остальная часть возимого боекомплекта. В крыше было сделано два люка-лаза, которые закрывались бронекрышками. В кормовой части танка располагалось трансмиссионное отделение, где были расположены тяговые электромоторы, промежуточные редукторы, бортовые редукторы и тормоза.

Вооружение и бронирование сверхтяжелого танка были на очень высоком уровне. Вооружение состояло из спаренной орудийной установки — 128-мм танковой пушки образца 1944 года — KWK44 (61 снаряд) и 75-мм танковой пушки KWK40 (200 снарядов), а также отдельно расположенного 7,92-мм пулемета MG-42. На разных стадиях проекта предусматривалась также установка в башне зенитной 20-мм пушки МС.151/20 вместо пулемета MG-42, а также мортирок, предназначенных для постановки дымовых завес и даже огнеметной установки, которая могла появиться на корме танка. Стоит отметить, что 128-мм танковая пушка была на тот момент самым мощным орудием в немецкой армии, она обладала клиновым горизонтальным затвором, который открывался вручную в правую сторону. Противооткатные устройства орудия находились сверху по бокам ствола.

Бронекорпус танка был сварным, он собирался из катанных бронелистов толщиной от 40 до 200 мм, обработанных на среднюю твердость. В отличие от остальных танков Германии «Маус» не имел в лобовом и кормовом листе корпуса щелей или люков, которые могли снизить его противоснарядную стойкость. При этом лобовые и кормовые катаные листы корпуса размещались под рациональными углами наклона, а бортовые бронелисты — вертикально. Башня сверхтяжелого танка, также как и корпус, являлась сварной. Она собиралась из литых деталей и катаных броневых листов гомогенной брони средней твердости. Лобовая часть башни была литой, она имела цилиндрическую форму и толщину 210 мм, бортовые и кормовые листы башни были плоскими, катаными, их толщина также составляла 210 мм.

Силовая установка данного мастодонта была комбинированной. Двигатель внутреннего сгорания приводил в работу электрогенератор, который вырабатывал ток, необходимый для двух электродвигателей, которые и приводили машину в движение. На прототипах стояли разные двигатели. На одном 12-цилиндровый Daimler-Benz МВ 509 жидкостного охлаждения, развивавший мощность 1080 л.с., представлявший собой специально адаптированный для работы в танке авиационный двигатель. Второй прототип был оборудован дизельным двигателем Daimler-Benz МВ 517.

Интересной особенностью было то, что танк просто не мог из-за своей массы преодолевать реки по автомобильным мостам. Танки через реки планировалось переправлять по дну парами. При этом «Маус» полностью герметизировался, но переправлялся без экипажа, он управлялся и получал электропитание по кабелю с другого танка, который в это время оставался на берегу.

Два построенных в Германии «Мауса» массой более 180 тонн, также как и их сверхтяжелый собрат времен первой мировой войны — K-Wagen — не приняли участия ни в одном бою. Любопытным представляется тот факт, что обе боевых машины создавались тогда, когда ход мировых войн развивался не в пользу Германии. Именно в этих условиях немецкое руководство выдавало задание и находило ресурсы на постройку этих стальных монстров. Оба раза конструкторами закладывался в сверхтяжелые танки ряд оригинальных решений и идей, но оба раза эти колоссы из металла оказывались в роли мертворожденного чада.

Тактико-технические характеристики Maus:
Габаритные размеры: длина корпуса — 9030 мм (с пушкой вперед — 10 200 мм), ширина корпуса — 3670 мм, высота — 3660 мм.
Боевая масса — 188,9 т.
Вооружение — 128 мм орудие KwK-44 L/55 и 75-мм орудие KwK-40, один 7,92-мм пулемет MG-42.
Бронирование: лоб корпуса — 200 мм, борт — 185 мм, корма — 160 мм, лоб башни — 210 мм, борта башни — 210 мм.
Силовая установка — V-образный 12-цилиндровый карбюраторный двигатель жидкостного охлаждения с турбонаддувом, мощностью 1080 л.с.
Максимальная скорость — 20 км/ч (по шоссе).
Запас хода — 160 км (по шоссе).
Экипаж — 6 человек.

E-100

К моменту представления проекта танка E-100 военной комиссии, которое состоялось уже в 1944 году, был сделан вполне адекватный вывод о том, что производство даже одного опытного сверхтяжелого танка станет очень дорогим удовольствием. Принимая во внимание этот факт, для танков «Maus» и Е-100 было решено использовать одну унифицированную башню. В остальном фирмы-конкуренты могли действовать по своему усмотрению в рамках выданного им технического задания. Удивительно, но именно сверхтяжелый танк E-100 из всей Е-серии оказался наиболее завершенным. Работы над ним начались еще в июне 1943 года, к весне 1944 года проект танка был готов.

В отличие от танка «Маус» другой немецкий сверхтяжелый танк сохранил классическую компоновку, являясь развитием проектного ряда Е-серии. В передней его части находилось отделение управления, в котором слева было место механика-водителя, справа — радиста. Среднюю часть танка занимало боевое отделение, над которым должна была быть установлена четырехместная башня массивной формы. Первоначально это должна была быть башня танка «Maus» с тем же комплектом вооружения. Но в перспективе стали рассматривать варианты с установкой на танк 150-мм и 170-мм орудий с длиной ствола 38 калибров. В качестве основного вооружения в итоге была выбрана 150-мм пушка, а башня была перепроектирована. Боезапас для 150-мм орудия состоял бы из 32 выстрелов.

В ходовой танка Е-100 использовались обрезиненные опорные катки диаметром 900 мм, направляющие колеса находились спереди, ведущие колеса зубового зацепления имели заднее расположение. Система подвески, которая была создана доктором Лёром из компании MAN, оказалась достаточно удачной и позволила уменьшить и без того очень большую массу танка — вместо торсионов на нем планировалось применить более легкие спиральные пружины Бельвилля. Данный технический ход позволял также расположить в днище танка эвакуационный люк. Принимая во внимание большую проектную массу — около 140 тонн, было предусмотрено два варианта гусениц — боевые шириной 1000 мм и более узкие — транспортные.

Силовая установка первого прототипа танка E-100 состояла из бензинового 12-цилиндрового двигателя Maybach HL230 P30, развивавшего мощность всего 700 л.с. и коробки передач Maybach OG 401216В. Такого двигателя для танка было явно недостаточно, удельная мощность составила бы примерно 5 л.с. на тонну, однако ничего более мощного немецкая военная промышленность представить на тот момент не могла. В перспективе на серийных танках должен был появиться 1200-сильный двигатель Maybach HL234, теоретически его планировалось довести до стадии серийного производства к 1945 году.

Танк Е-100 отличался чрезвычайно мощным бронированием. Верхняя лобовая деталь корпуса и корма имели толщину 150 мм (верхняя лобовая деталь была установлена под углом наклона 45 градусов, корма — 30 градусов). Бортовое бронирование составляло 120 мм, при этом верхняя часть борта и верхняя ветвь гусеницы были прикрыты массивными экранами обтекаемой формы толщиной 50-мм. Эти бронефартуки для удобства транспортировки танка могли сниматься. Лобовое бронирование башни в итоге должно было составить 240 мм, толщина бортов, расположенных под углом 30 градусов, должна была составить 200 мм.

Если сравнивать два немецких сверхтанка Второй мировой войны, то по суммарной огневой мощности Е-100 превзошел бы «Maus», однако фактически 150-мм артиллерийская установка для него поставлена так и не была. Помимо этого защищенность Е-100 была бы выше, благодаря более рациональным углам наклона бронеплит и появлению массивных бортовых экранов. Оценочная масса танка была ниже — 140 тонн и немецкие инженеры не оставляли надежд на то, что с 1200-сильным двигателем этот стальной гигант смог бы развить скорость в 40 км/ч при движении по шоссе. В любом случае, по мнению создателей, Е-100 должен был обладать лучшими тактико-техническими характеристиками, чем танк компании Porsche. Во многом работы над танком Е-100, возможно, велись лишь «в пику» команде Фердинанда Порше, работавшей над Маусом.

Поставку башни для сверхтяжелого опытного танка Е-100 должна была осуществить фирма Krupp. Так как от установки 128-мм орудия отказались в пользу более мощной артсистемы, были внесены изменения и в конструкцию башни, что не способствовало ускорению работ по ее выпуску. К июню 1944 года была готова ходовая часть танка и корпуса. Башню, вооружение и большую часть внутреннего оборудования установить на эту боевую машину так и не успели. Единственный прототип танка Е-100 (ходовая часть) был захвачен войсками союзников весной 1945 года на полигоне Хайстенбек около города Падеборне.

Тактико-технические характеристики Е-100:
Габаритные размеры: длина корпуса с пушкой вперед — 10 270 мм, ширина корпуса — 4480 мм (с экранами), высота — 3320 мм.
Боевая масса — около 140 т.
Вооружение — 150 мм орудие KwK44 L/44 (32 выстрела) и 75-мм пушка (200 выстрелов), один 7,92-мм пулемет MG-42.
Бронирование: лоб корпуса (верх) — 150 мм, борт — 120 мм, корма — 150 мм, лоб башни — 240 мм, борта башни — 200 мм.
Силовая установка — Maybach HL234 мощностью 1200 л.с.
Максимальная скорость — 38-40 км/ч (по шоссе).
Запас хода — 120 км (по шоссе).
Экипаж — 6 человек.

Источники информации:
«K-Wagen»/«Großkampfwagen». Сверхтяжелый танк // AviArmor. URL: http://www.aviarmor.net/tww2/tanks/germany/k-wagen.htm.
Сверхтяжелый танк «Маус» // kubinkamuseum. URL: http://kubinkamuseum.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=208&Itemid=410.
Стаценко А. Сверхтяжёлые танки: стальные великаны // Warspot. URL: http://warspot.ru/1223-sverhtyazhyolye-tanki-stalnye-velikany.
Коломиец М. В. E-100 и другие немецкие танки 1945 года. Последняя надежда панцерваффе. М.: Эксмо; Яуза, 2013. 96 с.
Материалы из открытых источников.

topwar.ru

Тяжелые немецкие танки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.