Наиболее известными и драматичными событиями современной российской военной истории являются боевые действия наших военных в Грозном в 1994 — 1996 гг. Особенностью этих тяжелых штурмовых боев стало интенсивное использование в городских условиях федеральными войсками против НВФ, хорошо оснащенные отечественными же противотанковыми средствами, наших современных танков, в том числе Т-72Б1, Т-72Б (М), Т-80Б, Т-80БВ, а также БМП и БТР.

http://btvt.narod.ru…y.files/02b.jpg

«Наличие ящиков ЗИП спасло Т-72Б1 от попадания кумулятивной струи в моторное отделение и соответствующих последствий.» (фото из архива В. Белогруда).

http://btvt.narod.ru…files/72bm1.jpg

Даже не сработав, КДЗ спас машину от существенных повреждений. Январь 1995 г.
(Фото из архива В. Белогруда)

http://btvt.narod.ru…les/t-72luk.jpg

Попаданием с верхнего этажа здания гранаты из РПГ в командирскую башенку Т-72Б1 пробило броню и поразило командира танка. Грозный. (Фото А. Алова).


Техническое обеспечение заключалось в эвакуации с помощью БРЭМ-1, БТС и КЭТ-Л поврежденной бронетехники в сборные пункты поврежденных машин (СППМ), где она сортировалась и направлялась в ремонтные батальоны на восстановление. Для эвакуации техники в Грозном действовали 2 полковые эвакуационные группы и 3 эвакоотделения. В интересах Северной группировки работала полковая эвакуационная группа под командованием старшего лейтенанта И. Шаргородского и отдельные БРЭМ-1 из состава танковых подразделений. Имея в своем составе БРЭМ-1 (борт №455), БТС (борт №604) и 2 машины КЭТ-Л на базе «Урала», за 3 месяца боев в Грозном ей удалось без потерь со своей стороны эвакуировать 98 единиц бронетехники. В напряженные моменты вместо тягачей для эвакуации использовались танки с поврежденным вооружением. Один из эпизодов такой эвакуации с железнодорожного вокзала танком Т-72Б1 танка Т-80Б был снят тележурналистами и показан 8 января 1995 г. по ЦТ. Этот сюжет, весьма оригинально озвученный, породил миф о повсеместном использовании в Грозном сцепки кормой к корме, названной «тяни-толкай», в качестве идеальной защиты от гранатометного огня в городских условиях. В качестве постоянного тягача-эвакуатора в 133 гв. отб (группа «Восток») использовался Т-80БВ с оторванным по эжектор стволом. Поврежденная техника эвакуировалась в расположение батальона, а оттуда переправлялась на станцию Червленая в капитальный ремонт.

http://btvt.narod.ru…y.files/06b.jpg


Отсутствие защиты кормы башни в виде ящика ЗИП привело к пробитию брони и гибели командира танка в бою за Грозный. Январь 1995 г.» (фото из архива В. Белогруда).

В группе «Запад» эвакуацию осуществляла БРЭМ-1 под командованием прапорщика Р. Коробаева. 9 января 1995 г. эта машина была обстреляна из гранатомета и загорелась, но, благодаря четким действиям экипажа ее удалось потушить, Позднее она была потеряна при подготовке понтонной переправы через Сунжу, когда под минометным обстрелом упала с понтона и затонула. Отдельным ремонтно-восстановительным батальоном группы «Запад» за время боев в Грозном 80 единиц БТ было отремонтировано и отправлено в части и более 100 вывезено на станцию погрузки.

Эвакуации в «накопитель» Северной группировки, размещавшийся на территории Консервного завода, подлежала вся поврежденная и уничтоженная авто- и бронетехника, вне зависимости от ее принадлежности и характера повреждений. Эвакуация с улиц, контролируемых федеральными войсками, происходила в дневное время. В среднем, за день на СППМ доставлялось 3-4 единицы бронетехники. Из района Железнодорожного вокзала северной эвакогруппой было эвакуировано 10 боевых машин. В это число вошло несколько брошенных экипажами исправных танков Т-80, машина с механиком-водителем, погибшим от пули снайпера, подбитый трофейный Т-72А с белой башней, БМП-КШ (борт №301)

Своей активности пик эвакуации бронетехники достиг по окончании штурма правительственных зданий и президентского дворца, когда за сутки с площади Ленина было эвакуировано 23 ее единицы.


улице Лермонтова подорвалась на противотанковой мине БРЭМ-1, у машины вышибло второй опорный каток. В течение ночи машина была восстановлена экипажем. В случае невозможности транспортировки поврежденного танка на место подвозилась газовая сварка, и с ее помощью удалялись элементы конструкции, мешающие ее осуществлению. Бывали случаи минирования боевиками поврежденной техники, тогда разминирование проводилось путем сдергивания машины с места тягачом.

При дефиците бронетехники восстановление в рембатах поврежденных машин шло в авральном режиме. Для восполнения потерь в штурмующие Грозный батальоны направлялась техника, отремонтированная в боевых условиях. Ремонту подвергались и подбитые танки дудаевцев, прозванные за характерные белые башни «белыми воронами». Несколько из них после ремонта поступили в один из танковых батальонов Северной группы генерала Л. Рохлина. Всего группировка федеральных войск насчитывала 7 трофейных машин, имеющих белые башни.

http://btvt.narod.ru….files/010b.jpg

Сгоревшие в боях за Грозный танк Т-80Б и КШ Р-145. Январь 1995 г.» (фото из архива В. Белогруда).

http://btvt.narod.ru….files/72bm.jpg

Т-72Б (М) 74 гв. омсбр, пораженный выстрелом из РПГ в незащищенный промежуток между КДЗ погона башни и надгусеничным топливным баком (видимо, пытались второй гранатой поразить танк в уже незащищенный топливным баком погон башни). Январь 1995 г. (Фото из архива Е. Иванова)


Из воспоминаний танкистов, участвовавших в боях за Грозный, можно сделать вывод, что у них нет претензий к стойкости бронезащиты и эффективности орудий танков Т-72 и Т-80, на которых им пришлось воевать в 1995-96 гг. Значительно хуже дела обстояли с БМП-1, БМП-2, БМД-1 и БМД-2. На этот класс бронетехники пришлась основная масса безвозвратных потерь машин и экипажей — до 70 % от общего количества. В 95 % случаев попадание гранаты из РПГ-7 приводило к сквозному пробиванию брони этих машин. Прямое попадание осколков мины с малой дистанции также влекло пробитие брони, повреждение топливных баков и, как следствие, возгорание машины и взрыв боекомплекта.

Так, 2 января при движении БРМ-1К (борт №494) и БТР-80 из состава 27бмсп в аэропорт«Грозный-Северный» по улице Первомайская, в трех кварталах от больничного комплекса БРМ-1 К была обстреляна и подбита прямым попаданием гранаты из РПГ в правый борт рядом с десантным люком. Кумулятивная струя, пройдя внутри вдоль всего корпуса БРМ-1К до моторного отделения включительно, тяжело ранила мотострелка в башне и подожгла машину (в дальнейшем от пожара сдетонировал боекомплект). При оказании неотложной медицинской помощи солдату из БРМ-1 К второй гранатой был подбит БТР-80, но, несмотря на пожар в боевом отделении, машина осталась на ходу и смогла вернуться к больничному комплексу с двумя экипажами. В конечном итоге, пожар уничтожил машину.

http://btvt.narod.ru…y.files/08b.jpg


«БТР-80 подполковника С. Смолкина с талисманом в виде чучела рыси на башне. Машина активно использовалась на всем протяжении боев за Грозный. Январь 1995 г.» (фото В. Рубцова).

Преобладание в Объединенной группировке БМП-1 с пушкой 2А28 «Гром», не способной вести эффективный огонь по верхним этажам зданий, а также слабое фугасное действие ее боеприпаса, практически исключило применение этих боевых машин в штурмовых группах огневой поддержки в городском бою. Главной задачей БМП-1 стало усиление блок-постов и снабжение боеприпасами штурмовых групп, причем из-за слабого бронирования эти машины на блок-постах окапывали и защищали бетонными плитами.
Впервые в боевой обстановке в Грозном использовались БМП-3. Их дебют пришелся на 1 — 2 января 1995 г., когда велись тяжелые бои между Северо-Восточной группировкой и боевиками за контроль над больничным комплексом. Федеральные войска, оборонявшиеся в нем, подвергались постоянному минометному и снайперскому обстрелу из-за р. Сунжа, с территории военного городка и с близ расположенных высотных зданий Военного колледжа и 12-этажного здания Парламента. В результате попадания мин в складированные в здании и на грунте боеприпасы был практически полностью уничтожен вставший рядом колонной мотострелковый батальон 74 гв. омсбр на БМП-3 и несколько танков. В боеспособном состоянии после минометного обстрела, по воспоминаниям фронтовиков 255 мсп, осталось 11 БМП-3.

Всего за время боев за овладение центром Грозного из 31 машины танкового батальона 74 гв. омсбр в боеспособном состоянии осталось 4 танка Т-72Б(М). Острая нехватка танков во время боев за районы, прилегающие к улице Ноя Баучидзе, заставила использовать оставшиеся в строю БМП-3 для огневой поддержки штурмовых подразделений, продвигающихся с северо-востока к площади Минутка.


http://btvt.narod.ru…bmp3-pricel.jpg

Разбитый снайперским выстрелом панорамный прицел. Январь 1995 г. (Фото из архива В. Белогруда)

Плотный огонь снайперов и пулеметчиков НВФ в городских боях по прицелам и приборам наблюдения ослеплял экипажи танков и срывал выполнение боевой задачи. На этой фотографии: пулеметным огнем поражены приборы наблюдения механика-водителя БМП-1. Январь 1995 г.» (фото из архива В. Белогруда).

http://btvt.narod.ru…3_podbitaja.jpg

Эвакуация башни БМП-3, сорванной и взорвавшейся при попадании снаряда в корпус машины, с помощью БТС на СППМ группы «Север» из грозненского больничного комплекса. Январь 1995 г., г. Грозный. (Фото А. Кунилова из архива музея «Шурави»)

На БТР, обладающие высокой проходимостью и хорошими скоростными характеристиками, возложили функции связных, разведывательных и конвойных машин. В одном из репортажей с места боев по ЦТ 25 января 1995 г. был показан БТР-80 из группы «Запад», нижняя лобовая часть корпуса которого напоминала дуршлаг, так обильно она была усеяна сквозными пробоинами от пуль крупнокалиберного пулемета.

В связи с постоянным «реформированием» (а реально — сокращением) Вооруженных Сил России большая часть бронетехники из Чечни вместо капитального ремонта поступила на утилизацию («в шихту»).


сокооплачиваемые журналисты центральных СМИ, не всегда способные отличить танк от эмалированной кастрюли, заговорили о колоссальных, многотысячных потерях нашей бронетехники в боях за Грозный.
Заканчивая статью, необходимо отметить, что основная тяжесть обеспечения непосредственной огневой поддержки штурмовых подразделений и борьбы с танками противника в Грозном в 1994-95 гг. легла на танки, самоходные артиллерийские установки и минометы при практически нулевой поддержке с воздуха. Самоотверженные действия танкистов в городских боях с 10-тысячной группировкой НВФ, имевшей в своем составе, как минимум, 60 единиц бронетехники, 80 артиллерийских систем, позволили на порядок снизить потери штурмовых подразделений федеральных войск при взятии Грозного.

http://btvt.narod.ru…y.files/04b.jpg

Три попадания в двигатель БМП-1 из РПГ говорят о высоком профессионализме гранатометчиков НВФ, участвовавших в боях с федеральными войсками в Грозном. Февраль 1995 г.» (фото Ю. Белоусова).

По материалам сайта: Танковая мощь. Сталь и огонь.

forum.worldoftanks.ru

6. ВОЮЕМ…

Всех обстоятельств первого дня я не помню.


й то разгорался с новой силой, то утихал, и так до вечера. Начало темнеть, доставили боеприпасы на двух МТ-ЛБ с боевым охранением, пополнили боекомплект и наложили снарядов на бруствер окопа. Помню, что выгрузил снаряды (не все, конечно) из танка с тралом, что пришел с колонной снабжения, там был мой друг (в общаге вместе жили) Эдик Колесников (ЧВТКУ 1994 г.в.) – командир взвода 1-й ТР. Эдик дал несколько глотков браги из своей фляги, и, пока совсем не стемнело, они ушли обратно к Бачиюрту.

Опять усилился огонь, видимо, засекли движение. Он продолжался, пока совсем не стемнело. Я сменил наводчика, включил ночник ТПН 1-49, днем-то видимость не очень, а ночью – максимум 200-300 метров. Так, постреливали для профилактики из ПКТ, духи – тоже. Помню, что сон снился в зеленом цвете (уснул прямо за прицелом), проснулся от того, что кто-то долбил в люк. Экипаж сожженной БМП поселился у нас на трансмиссии, просили не спать. Меня сменил наводчик. Несколько раз стучали, просили танк завести: холодно… Мы менялись с 438-м танком (командир Павел Захаров) – то он наблюдает, то мы. Вот так закончился первый день. Описывал его так подробно, потому что это, по существу, был первый мой серьезный бой.

Дальше четыре дня слились у меня просто в череду событий. Усилился минометный огонь, начались первые пуски ПТУР, велся огонь из АГС, наводчик срезал духа из ПКТ. Я грохнул двоих ОФСом: сами «прощелкали» – утром был туман, потом, внезапно, видимость улучшилась примерно до 1500 м. Стоят, куда-то вниз смотрят под ноги, ну я и шарахнул.


Пуски ПТУР были по танку первой роты, но неточно. Причину не знаю, пусков было несколько, ракеты попадали то в бруствер, то пролетали над башней – это во второй день. Потери были, по-моему «трехсотые». Самые большие потери принес третий день. Был уничтожен наш минометный расчет – прямое попадание 120-мм минометной мины в капонир. Итог: пятеро «груз-200» вместе с комвзвода, еще несколько человек получили ранения, один скончался по пути в Ханкалу. Прапорщик, связист с КШМки, сидел на броне (зачем?), две гранаты ВОГ-17 (от АГС) разорвались на ребристом листе МТО, осколок попал ему в глаз. Перед эвакуацией успел с ним поговорить. Он спросил, что у него с глазом (медик меня предупредил, чтобы я не говорил), я ему говорю, мол, не видно, повязка. Он просил отомстить. Мы с ним вместе ехали в Чечню в поезде в одном купе, бухали. Серега зовут, фамилию, к сожалению, не помню. Думаю, отомстил…

Кроме того, в этот же день по моему танку очень плотно работал миномет. Разрывы ложились рядом, пришлось маневрировать. Спасибо ротному (Валера Чернов), подсказал, куда лучше встать. Кроме этого, опять было несколько пусков ПТУР, опять по танку 1-й роты и опять мимо (думаю, ему надо было позицию сменить). Боевикам надо отдать должное, особенно их минометчикам – метко стреляли, чего, впрочем, не скажешь об операторе ПТУР.

Правда, я так и не смог его засечь. По проводам определил примерное направление. Конечно, если это были 9М113, то на дальности 3500-4000 его можно было засечь только в момент пуска. Думаю, именно в третий день произошел перелом, нам удалось выдавить духов на дальние позиции – 1300 метров, отжать концы подковы, которой они нас охватывали. Впрочем, левый фланг очистили уже к концу первого дня, только в первый день они в белых маскхалатах пытались приблизиться.


На четвертый день (или к концу третьего) подтянули три штуки 2С3 («Акация») из Ханкалы, и они довольно точно открыли огонь. Я сразу почувствовал разницу между калибрами 122 и 152 мм – эффективность в разы выше (на мой взгляд), даже думаю, что духи отошли именно поэтому. Обнаружил на дальности 3600 метров трех боевиков, спускались по склону (уходили в горы) со стороны Новогрозненского, взял упреждение, скорее интуитивно. Показалось, что накрыл, оценить результаты с такой дальности в прицел 1А40 довольно сложно, выглядели черточками. В этот же день было еще несколько пусков (3-4) ПТУР и, наконец, попали в танк 1-й роты в левую сторону башни прямо в направляющие системы «Туча». Результат – покорежены направляющие, разбита головка ночного прицела, наводчик и командир контужены, но больше – ничего. Нет даже следов кумулятивной струи! Получается, ПТУР попал, струя нет? Когда говорят, что на войне чего только не бывает, не врут…

На пятый день ничего особенного не происходило: мы стреляли, они стреляли, пусков ПТУР больше не было, хотя танк остался на том же месте. Прилетело несколько мин, вроде работал АГС, потерь, кажется, больше не было. Вечером из под Новогрозненского пришла МСР с танковым взводом – 10 БМП-2 и три Т-72Б1 со средствами усиления: два «Василька», еще что-то из 131-й (Майкопской) бригады. Начали долбить: артиллерией, «Васильками», 120-мм минометами, из пушек 2А42 (порадовали на фоне «Грома»). Весь шестой день долбили, утром они еще огрызались из стрелковки, потом, наверное, ушли. Высоту заняла МСР 131-й бригады.

На седьмой день приехали ВВ-шники на двух БТР-80 – чистые такие, экипированные. Валера Чернов мне говорит: «Подойди!» – подхожу, он на БТРе с ВВшным подполковником разговаривает. Мне подполковник говорит: «Мои сейчас в Центорой пойдут, прикрой с высоты, только сам. Мне твой ротный про тебя рассказал». Думаю: «Чего Валера там наплел?» Говорю: «А зачем в Центорой-то?» Он говорит, серьезно так: «Прочесать надо, посмотреть, нет ли боевиков. Не подведи». А там наша пехота уже, наверное, сутки трется, матрасы да одеяла тырят.

Смешно стало, подогнал танк, сел за наводчика, включил систему, вошел в связь. Они одним БТРом с десантом туда поперли, а у меня прицел запотел, да так, что вообще ничего не видно. Меня подполковник спрашивает, а я ответить не могу, у меня припадок смеха, даже не знаю, почему. Кое-как взял себя в руки, переключился на нашу частоту, говорю Косте Дерюгину (номер танка 431): «Поставь танк рядом с моим».

Короче, они, не спешиваясь, проехали по селу, по центральной улице, и приехали обратно. Поблагодарили и уехали. Вечером слушаем интерволну через радиостанцию, настраивали приемник на свою частоту, приемопередатчик на частоту интерволны (кстати, наблюдение: если настраиваешь приемник, он ловит хуже, чем приемопередатчик, позже, когда работал авианаводчиком в составе колонны снабжения полка, замечал, что если работаешь с вертушками с приемопередатчика, а с колонной с приемника, то стоит колонне растянуться, то головных машин уже не слышно). Так вот: в новостях говорят – сегодня внутренние войска после тяжелых боев заняли населенный пункт Центорой. Ничего против ВВ не имею и понимаю, что сейчас они тащат основную лямку на Северном Кавказе, но тогда… может кто-нибудь, еще награды за это получил? Но это на их совести.

А про прицел – думаю, что случилось? Выкрутил патрон осушки, сказал наводчику, чтобы силикагель просушил, посмотрел на головку прицела, оказывается, осколок или пуля попала в самый низ и разбила стекло, правда, видно в него было довольно неплохо, просто, видимо, герметичность потерял.

Кроме того, был посечен осколками ветровой щиток КТ и имелась вмятина от пули в одной из направляющих системы «Туча». Других повреждений на танке не было, только после детонации боекомплекта БМП-1 (о чем писал выше) весь танк был какой-то «копченый», в мелком мусоре (кусочки пластин от аккумуляторов, пули, вылетевшие из гильз, еще что-то). Кроме того, на второй или третий день боев я лишился АК-74С: он свалился с брони, и мы по нему проехали. Пришлось бросить его в ЗИП, а затвор отдать пехоте – у кого-то из них на затворе сломался боевой уступ.

Операция закончилась примерно через 2-3 недели, простояли на этом месте еще несколько дней, потом отошли к Бачиюрту, там простояли несколько дней на господствующей высоте. Вроде шманали Бачиюрт, хотя, скорее, договорились с администрацией или старейшинами: те сдали несколько автоматов. Потом то же самое в Маиртупе, потом в Курчалое. Где-то в начале апреля рейдовый отряд вернулся в базовый лагерь полка.

pikabu.ru

Почему российский Т-80 оказался полной катастрофойТ-80 представляет собой яркий пример того, что тяжелобронированные танки могут скрывать значительные слабости. В свое время Т–80 рассматривался российским военным истеблишментом как премиальный танк, однако большое их количество было потеряно в сражениях с оснащенными легким оружием партизанскими формированиями во время первой чеченской войны. Его репутация была утрачена навсегда.

Однако первоначально предполагалась, что его будет ждать совершенно иная судьба. Танк Т–80 стал последним основным танком, разработанным в Советском Союзе. Это был первый советский танк, оснащенный газотурбинным двигателем, и в результате он получил возможность передвигаться по дорогам со скоростью 70 километров в час, а также обладал эффективным соотношением мощность/вес, составлявшим 25,8 лошадиный сил на тонну.

Это сделало стандартный танк Т–80Б самым скоростным из числа выпускавшихся в 1980–х годах.

Боевая доблесть чеченцев — и провальная российская тактика — в большей степени является причиной потерь танков Т–80, чем его собственные характеристики. Тем не менее, у него имелся существенный недостаток. В конечном итоге Т–80 оказался слишком дорогим и, кроме того, он потреблял слишком много горючего. Российские военные через некоторое время сделали выбор в пользу более экономичного танка Т–72.

Т–80 стал дальнейшим развитием своего предшественника — танка Т–64. Будучи самой современной моделью конца 1960–х и начала 1970–х годов, танк Т–64 представлял собой отступление от склонности Советов производить простые бронированные машины — такие как Т–54/55 и Т–62.

Так, например, Т–64 был первым советским танком, в котором функции заряжающего были переданы автоматической системе, и в результате его экипаж сократился с четырех до трех человек. Вторая инновация Т–64, установившая определенную тенденцию, состояла в использовании композитной брони, в которой применялись слои керамики и стали, и в результате защищенность была повышена в сравнении с использованием одних только стальных листов.

Кроме того, Т–64 был оснащен легкими стальными опорными катками небольшого диаметра в сравнении с большими обрезиненными катками Т–55 и Т–62.

Первая запущенная в массовое производство модель Т-64А выпускалась со 125–мм пушкой 2А46 «Рапира», которая стала настолько популярной, что ее стали устанавливать на все следующие российские танки — вплоть до Т–90. Удивительно то, что в итоге вес Т–64А составил всего 37 тонн, что относительно мало для танка такого размера.

Но какими бы замечательными ни были подобные инновации, следует признать, что Т–64 имел капризный двигатель 5ТДФ и необычную подвеску — и двигатель и подвеска часто ломались. В результате Советская Армия сознательно направляла эти танки в районы, расположенные недалеко от завода в Харькове, где они изготавливались.

Но и это еще не все. Ходили слухи, что новая автоматическая система заряжания способна затянуть в себя и покалечить руки членов экипажа, располагавшихся слишком близко от нее. Это вполне вероятный сценарий, если учитывать небольшое внутреннее пространство танка Т–64.

Одновременно с попытками справиться с проблемами автоматизации Т–64 Советы стали задумываться о разработке нового танка с мотором, оснащенным газовой турбиной. Газотурбинные двигатели обладает высокой приемистостью и имеют хорошее соотношения мощность/вес, они способны быстро заводиться зимой без предварительного разогрева — это важно в условиях суровых российских зим — и, кроме того, они легкие.

Если говорить о недостатках, то они потребляют много топлива и более чувствительны к грязи и пыли, что является результатом их повышенного забора воздуха в сравнении с обычными дизельными двигателями.

Первоначальная базовая модель танка Т–80 были принята только в 1976 году — значительно позднее, чем планировалось. Советская танковая промышленность была занята исправлением недостатков танков Т–64 и двигалась к производству Т–72, который представлял собой более дешевый запасной вариант. В то же время Советы производили больше танков Т–55 и Т–62 для своих арабских союзников, потерявших сотни бронированных машин в ходе войны Судного дня в 1973 году.

Ранние модели Т–80 также имели свои проблемы. В ноябре 1975 года бывший тогда министром обороны Андрей Гречко остановил дальнейшее производство этих танков из-за их слишком большого расхода топлива и незначительного увеличение огневой мощи в сравнении с Т–64А. И только спустя пять месяцев Дмитрий Устинов, преемник Гречко, разрешил начать производство этого нового танка.

Производство первоначальной модели Т–80 продолжалось два года — не так долго, поскольку его превзошел танк Т–64Б, у которого была новая система управления огнем, позволявшая ему стрелять из основного орудия ракетами 9М112 «Кобра». Еще более важным было то, что Т-80 был почти в три с половиной раза дороже, чем Т–64А.

На смену основной модели в 1978 году пришел танк Т–80Б. Он считался наиболее современным «премиальным» танком на Востоке, и поэтому большая часть Т-80Б была направлена в гарнизон самого высокого риска — В Группу советских войск в Германии.

За свою высокую скорость его прозвали «танком Ла–Манша». В советских военных играх было принято считать, что Т-80 способны достичь берегов Атлантического океана за пять дней — при условии, что они не будут испытывать проблемы с горючим.

Новый советский танк кое-что позаимствовал у Т–64. В дополнение к подкалиберным боеприпасам, кумулятивным зарядам и противопехотным осколочным снарядам его 125–мм гладкоствольное орудие 2А46М–1 было способна стрелять теми же самыми ракетами 9К112 «Кобра».

Поскольку управляемые противотанковые ракеты считались значительно более дорогими, чем обычные танковые снаряды, в боекомплект этого танка входили всего четыре ракеты и 38 снарядов. Ракеты были предназначены для того, чтобы сбивать вертолеты и поражать установки, оснащенные системами ПТУРС за пределами дальности стрельбы обычными снарядами танка Т–80Б.

Спаренный 7,62 х 54–мм пулемет ПКТ и 12,7 х 108–мм НСВТ «Утес» на командирской башне завершали противопехотное вооружение этого танка.

В то время как Т–80 уже мог похвастаться современной композитной броней, он был еще больше защищен с помощью динамической системы «Контакт–1». Оснащенные активной броней на таких же горизонтальных уровнях, как последние модели Т–72А, танки Т–80 стали обозначаться как Т–80БВ.

В 1987 году вместо Т–80Б стали производиться Т–80У, хотя и по общему количеству они не превзошли своих предшественников.

На танке Т–80У была размещена система динамической защиты «Контакт–5». Она представляла собой улучшенный вариант системы «Контакт–1», которая состояла из дополнительно устанавливаемых контейнеров с взрывчаткой. Тогда как система «Контакт–5» имела набор направленных наружу контейнеров заводского изготовления для максимизации угла отражения снарядов. Система «Контакт–1» была эффективной только в случае применения кумулятивных снарядов, тогда как система «Контакт–5» защищала также от кинетической энергии подкалиберных боеприпасов.

Внутри Т–80У вместо системы управления огнем 1А33, которой оснащались модели Т–80Б, была установлена более современная система 1А45. Инженеры заменили ракеты «Кобра» на управляемые по лазерному лучу ракеты 9К119 «Рефлекс» — это более надежное оружие, обладающее большей дальностью и большей силой поражения. В танк Т–80 впихнули на семь снарядов больше к 125-миллиметровому орудию, чем в Т–80Б.

Однако танк Т–80У производился недолго. Его силовая установка ГТД–1250 все еще потребляла слишком много топлива и была сложна в обслуживании. Вместо него стали производить дизельную модель Т–80УД. Это был последний вариант танка Т–80, производившийся в Советском Союзе. Это была также первая модель, которую можно было увидеть в действии за пределами учебного центра… если под выражением «в действии» понимать обстрел из танкового орудия российского Парламента в октябре 1993 года во время конституционного кризиса.

Читайте также: Российский депутат объяснил, почему Путин напал на Украину, но не рискнет соваться в Беларусь

В декабре 1994 года война против сепаратистов в Чечне была первым случаем использования Т–80 в ситуации, когда снаряды летели в обоих направлениях… и это стало для Т–80 катастрофой эпического масштаба.

Когда повстанцы в Чечне провозгласили независимость, российский президент Борис Ельцин приказал войскам возвратить эту бывшую советскую республику в состав России с помощью силы. В созданную группировку вошли Т–80Б и Т–80 БВ. Экипажи не имели специальной подготовки на танках Т–80. Они не знали о его прожорливости и иногда полностью сжигали запас топлива на холостом ходу.

Продвижение российских вооруженных сил к чеченской столице городу Грозный было больше похоже на кровавую бойню, устроенную для интервентов — около тысячи солдат погибли и 200 единиц техники было уничтожено в период с 31 декабря 1994 года до вечера следующего дня. Самые современные российские танки Т–80Б и Т–80БВ в составе российской ударной группировки понесли ужасные потери.

Хотя Т–80 защищены от прямых фронтальных попаданий, многие танки были уничтожены в результате катастрофических взрывов, а их башни отлетали после многочисленных залпов, которые чеченские повстанцы производили из гранатометов РПГ–7В и РПГ–18.

Оказалось, что система заряжания Т–80 «Корзина» имела фатальный изъян в конструкции. В системе автоматического заряжания готовые снаряды находились в вертикальном расположении, и только опорные катки частично их защищали. Выстрел из РПГ, произведенный сбоку и направленный выше опорных катков, вызывал детонацию боекомплекта и приводил к срыву башни.

В этом отношении Т–72А и Т–72Б наказывались подобным же образом, однако они имели несколько большую вероятность выживания в случае удара с фланга, потому что их система автоматического заряжания использовала горизонтальное расположение боеприпасов, которые находились ниже уровня опорных катков.

Второй главный недостаток Т–80, как и предыдущих российских танков, был связан с минимальными уровнями вертикального наведения орудия. Нельзя было выстрелить из орудия по повстанцам, которые вели огонь с верхних этажей зданий или из подвалов.

Справедливости ради следует сказать, что, вероятнее всего, причиной больших потерь была плохая подготовка экипажей, недостаточное обучение и катастрофическая тактика. Россия так торопилась начать боевые действия, что танки Т–80БВ вошли в Грозный, не заполнив взрывчаткой контейнеры динамической защиты, что делало ее бесполезной. Говорили даже о том, что солдаты продавали взрывчатку для того, чтобы увеличить таким образом свое денежное содержание.

Советская армия уже давно забыла о тяжелых уроках городских боев времен Второй мировой войны. Во время холодной войны только подразделения спецназа и берлинский гарнизон проходили подготовку для ведения городских боев. Не ожидая значительного сопротивления, российский войска вошли в Грозный, и при этом солдаты находились в БМП и БТРах. Их командиры теряли ориентацию, потому что у них не было правильных карт.

Поскольку российские солдаты не очень хотели выходить из своих бронетранспортеров и зачищать здания комнату за комнатой, их чеченские противники – они знали слабости российской бронетехники, поскольку служили в армии во времена Советского Союза — получали возможность превратить танки и бронемашины в крематории.

Российскому командованию легко обвинять в чеченской катастрофе конструкционные ошибки при создании Т-80 и не обращать внимание на грубое оперативное планирование и тактические просчеты. Но, в конечном итоге, именно недостаток денег стал причиной того, что более дешевые Т–72 заменили собой Т–80, став предпочтительным выбором для российского экспорта и для военных действий после чеченской войны.

Когда развалился Советский Союз, Россия потеряла завод в Харькове, который стал собственностью Украины. Завод в Омске, где производился Т–80У, оказался банкротом, тогда как ленинградский ЛКЗ больше уже не выпускал более раннюю модель Т–80БВ.

Для России больше не имело финансового или логистического смысла иметь три типа танков — Т–72 (А и Б), Т–80 (БВ. У и УД) и Т-90. Все эти модели имели одно 125–миллиметровое орудие 2А46М и одинаковые по своим характеристикам ракеты, запускаемые через ствол орудия. Но у всех у них были разные двигатели, системы управления огнем и шасси.

Если говорить упрощенно, то эти танки имели общие возможности, но различались по запасным частям вместо того, чтобы иметь общие запасные части и различные возможности. Поскольку Т–80У был намного дороже, чем Т–72Б, было логичным то, что выбор испытывавшей проблемы с наличными России пал на Т–72.

Однако Москва продолжала экспериментировать с Т–80 — специалисты добавили активную систему защиты, в которой использовался работающий в миллиметровом диапазоне радар для слежения за подлетающими ракетами еще до срабатывания системы активной защиты. В результате в 1997 году появился Т–80УМ–1 «Барс», однако в производство он не был запущен — вероятно, из-за бюджетных ограничений.

Россия не использовала Т–80 во второй чеченской войне в 1999–2000 годах и не применяла их в ходе короткого конфликта с Грузией в 2008 году — насколько нам известно. Пока танки Т–80 не участвовали в войне на Украине.

vnews.agency

Т-80 представляет собой яркий пример того, что тяжелобронированные танки могут скрывать значительные слабости. В свое время Т–80 рассматривался российским военным истеблишментом как премиальный танк, однако большое их количество было потеряно в сражениях с оснащенными легким оружием партизанскими формированиями во время первой чеченской войны. Его репутация была утрачена навсегда.

Однако первоначально предполагалась, что его будет ждать совершенно иная судьба. Танк Т–80 стал последним основным танком, разработанным в Советском Союзе. Это был первый советский танк, оснащенный газотурбинным двигателем, и в результате он получил возможность передвигаться по дорогам со скоростью 70 километров в час, а также обладал эффективным соотношением мощность/вес, составлявшим 25,8 лошадиный сил на тонну.

Это сделало стандартный танк Т–80Б самым скоростным из числа выпускавшихся в 1980–х годах.

Боевая доблесть чеченцев — и провальная российская тактика — в большей степени является причиной потерь танков Т–80, чем его собственные характеристики. Тем не менее, у него имелся существенный недостаток. В конечном итоге Т–80 оказался слишком дорогим и, кроме того, он потреблял слишком много горючего. Российские военные через некоторое время сделали выбор в пользу более экономичного танка Т–72.

Т–80 стал дальнейшим развитием своего предшественника — танка Т–64. Будучи самой современной моделью конца 1960–х и начала 1970–х годов, танк Т–64 представлял собой отступление от склонности Советов производить простые бронированные машины — такие как Т–54/55 и Т–62.

Так, например, Т–64 был первым советским танком, в котором функции заряжающего были переданы автоматической системе, и в результате его экипаж сократился с четырех до трех человек. Вторая инновация Т–64, установившая определенную тенденцию, состояла в использовании композитной брони, в которой применялись слои керамики и стали, и в результате защищенность была повышена в сравнении с использованием одних только стальных листов.

Кроме того, Т–64 был оснащен легкими стальными опорными катками небольшого диаметра в сравнении с большими обрезиненными катками Т–55 и Т–62.

Первая запущенная в массовое производство модель Т-64А выпускалась со 125–мм пушкой 2А46 «Рапира», которая стала настолько популярной, что ее стали устанавливать на все следующие российские танки — вплоть до Т–90. Удивительно то, что в итоге вес Т–64А составил всего 37 тонн, что относительно мало для танка такого размера.

Но какими бы замечательными ни были подобные инновации, следует признать, что Т–64 имел капризный двигатель 5ТДФ и необычную подвеску — и двигатель и подвеска часто ломались. В результате Советская Армия сознательно направляла эти танки в районы, расположенные недалеко от завода в Харькове, где они изготавливались.

Но и это еще не все. Ходили слухи, что новая автоматическая система заряжания способна затянуть в себя и покалечить руки членов экипажа, располагавшихся слишком близко от нее. Это вполне вероятный сценарий, если учитывать небольшое внутреннее пространство танка Т–64.

Одновременно с попытками справиться с проблемами автоматизации Т–64 Советы стали задумываться о разработке нового танка с мотором, оснащенным газовой турбиной. Газотурбинные двигатели обладает высокой приемистостью и имеют хорошее соотношения мощность/вес, они способны быстро заводиться зимой без предварительного разогрева — это важно в условиях суровых российских зим — и, кроме того, они легкие.

Если говорить о недостатках, то они потребляют много топлива и более чувствительны к грязи и пыли, что является результатом их повышенного забора воздуха в сравнении с обычными дизельными двигателями.

Первоначальная базовая модель танка Т–80 была принята только в 1976 году — значительно позднее, чем планировалось. Советская танковая промышленность была занята исправлением недостатков танков Т–64 и двигалась к производству Т–72, который представлял собой более дешевый запасной вариант. В то же время Советы производили больше танков Т–55 и Т–62 для своих арабских союзников, потерявших сотни бронированных машин в ходе войны Судного дня в 1973 году.

Ранние модели Т–80 также имели свои проблемы. В ноябре 1975 года бывший тогда министром обороны Андрей Гречко остановил дальнейшее производство этих танков из-за их слишком большого расхода топлива и незначительного увеличение огневой мощи в сравнении с Т–64А. И только спустя пять месяцев Дмитрий Устинов, преемник Гречко, разрешил начать производство этого нового танка.

Производство первоначальной модели Т–80 продолжалось два года — не так долго, поскольку его превзошел танк Т–64Б, у которого была новая система управления огнем, позволявшая ему стрелять из основного орудия ракетами 9М112 «Кобра». Еще более важным было то, что Т-80 был почти в три с половиной раза дороже, чем Т–64А.

На смену основной модели в 1978 году пришел танк Т–80Б. Он считался наиболее современным «премиальным» танком на Востоке, и поэтому большая часть Т-80Б была направлена в гарнизон самого высокого риска — В Группу советских войск в Германии.

За свою высокую скорость его прозвали «танком Ла–Манша». В советских военных играх было принято считать, что Т-80 способны достичь берегов Атлантического океана за пять дней — при условии, что они не будут испытывать проблемы с горючим.

Новый советский танк кое-что позаимствовал у Т–64. В дополнение к подкалиберным боеприпасам, кумулятивным зарядам и противопехотным осколочным снарядам его 125–мм гладкоствольное орудие 2А46М–1 было способна стрелять теми же самыми ракетами 9К112 «Кобра».

Поскольку управляемые противотанковые ракеты считались значительно более дорогими, чем обычные танковые снаряды, в боекомплект этого танка входили всего четыре ракеты и 38 снарядов. Ракеты были предназначены для того, чтобы сбивать вертолеты и поражать установки, оснащенные системами ПТУРС за пределами дальности стрельбы обычными снарядами танка Т–80Б.  

Спаренный с пушкой 7,62–мм пулемет ПКТ и 12,7–мм НСВТ «Утес» на командирской башне завершали противопехотное вооружение этого танка. 

В то время как Т–80 уже мог похвастаться современной композитной броней, он был еще больше защищен с помощью динамической системы «Контакт–1». Оснащенные активной броней на таких же горизонтальных уровнях, как последние модели Т–72А, танки Т–80 стали обозначаться как Т–80БВ.

В 1987 году вместо Т–80Б стали производиться Т–80У, хотя и по общему количеству они не превзошли своих предшественников.

На танке Т–80У была размещена система динамической защиты «Контакт–5». Она представляла собой улучшенный вариант системы «Контакт–1», которая состояла из дополнительно устанавливаемых контейнеров с взрывчаткой. Тогда как система «Контакт–5» имела набор направленных наружу контейнеров заводского изготовления для максимизации угла отражения снарядов. Система «Контакт–1» была эффективной только в случае применения кумулятивных снарядов, тогда как система «Контакт–5» защищала также от кинетической энергии подкалиберных боеприпасов.

Внутри Т–80У вместо системы управления огнем 1А33, которой оснащались модели Т–80Б, была установлена более современная система 1А45. Инженеры заменили ракеты «Кобра» на управляемые по лазерному лучу ракеты 9К119 «Рефлекс» — это более надежное оружие, обладающее большей дальностью и большей силой поражения. В танк Т–80 впихнули на семь снарядов больше к 125-миллиметровому орудию, чем в Т–80Б.

Однако танк Т–80У производился недолго. Его силовая установка ГТД–1250 все еще потребляла слишком много топлива и была сложна в обслуживании. Вместо него стали производить дизельную модель Т–80УД. Это был последний вариант танка Т–80, производившийся в Советском Союзе. Это была также первая модель, которую можно было увидеть в действии за пределами учебного центра… если под выражением «в действии» понимать обстрел из танкового орудия российского Парламента в октябре 1993 года во время конституционного кризиса.

В декабре 1994 года война против сепаратистов в Чечне была первым случаем использования Т–80 в ситуации, когда снаряды летели в обоих направлениях… и это стало для Т–80 катастрофой эпического масштаба.

Когда повстанцы в Чечне провозгласили независимость, российский президент Борис Ельцин приказал войскам возвратить эту бывшую советскую республику в состав России с помощью силы. В созданную группировку вошли Т–80Б и Т–80 БВ. Экипажи не имели специальной подготовки на танках Т–80. Они не знали о его прожорливости и иногда полностью сжигали запас топлива на холостом ходу.

Продвижение российских вооруженных сил к чеченской столице городу Грозный было больше похоже на кровавую бойню, устроенную для интервентов — около тысячи солдат погибли и 200 единиц техники было уничтожено в период с 31 декабря 1994 года до вечера следующего дня. Самые современные российские танки Т–80Б и Т–80БВ в составе российской ударной группировки понесли ужасные потери.

Хотя Т–80 защищены от прямых фронтальных попаданий, многие танки были уничтожены в результате катастрофических взрывов, а их башни отлетали после многочисленных залпов, которые чеченские повстанцы производили из гранатометов РПГ–7В и РПГ–18.

Оказалось, что система заряжания Т–80 «Корзина» имела фатальный изъян в конструкции. В системе автоматического заряжания готовые снаряды находились в вертикальном расположении, и только опорные катки частично их защищали. Выстрел из РПГ, произведенный сбоку и направленный выше опорных катков, вызывал детонацию боекомплекта и приводил к срыву башни.

В этом отношении Т–72А и Т–72Б наказывались подобным же образом, однако они имели несколько большую вероятность выживания в случае удара с фланга, потому что их система автоматического заряжания использовала горизонтальное расположение боеприпасов, которые находились ниже уровня опорных катков.

Второй главный недостаток Т–80, как и предыдущих российских танков, был связан с минимальными уровнями вертикального наведения орудия. Нельзя было выстрелить из орудия по повстанцам, которые вели огонь с верхних этажей зданий или из подвалов.

Справедливости ради следует сказать, что, вероятнее всего, причиной больших потерь была плохая подготовка экипажей, недостаточное обучение и катастрофическая тактика. Россия так торопилась начать боевые действия, что танки Т–80БВ вошли в Грозный, не заполнив взрывчаткой контейнеры динамической защиты, что делало ее бесполезной. Говорили даже о том, что солдаты продавали взрывчатку для того, чтобы увеличить таким образом свое денежное содержание.

Советская армия уже давно забыла о тяжелых уроках городских боев времен Второй мировой войны. Во время холодной войны только подразделения спецназа и берлинский гарнизон проходили подготовку для ведения городских боев. Не ожидая значительного сопротивления, российский войска вошли в Грозный, и при этом солдаты находились в БМП и БТРах. Их командиры теряли ориентацию, потому что у них не было правильных карт.

Поскольку российские солдаты не очень хотели выходить из своих бронетранспортеров и зачищать здания комнату за комнатой, их чеченские противники – они знали слабости российской бронетехники, поскольку служили в армии во времена Советского Союза — получали возможность превратить танки и бронемашины в крематории.

Российскому командованию легко обвинять в чеченской катастрофе конструкционные ошибки при создании Т-80 и не обращать внимание на грубое оперативное планирование и тактические просчеты. Но, в конечном итоге, именно недостаток денег стал причиной того, что более дешевые Т–72 заменили собой Т–80, став предпочтительным выбором для российского экспорта и для военных действий после чеченской войны.

Когда развалился Советский Союз, Россия потеряла завод в Харькове, который стал собственностью Украины. Завод в Омске, где производился Т–80У, оказался банкротом, тогда как ленинградский ЛКЗ больше уже не выпускал  более раннюю модель Т–80БВ.

Для России больше не имело финансового или логистического смысла иметь три типа танков — Т–72 (А и Б), Т–80 (БВ. У и УД) и Т-90. Все эти модели имели одно 125–миллиметровое орудие 2А46М и одинаковые по своим характеристикам ракеты, запускаемые через ствол орудия. Но у всех у них были разные двигатели, системы управления огнем и шасси.

Если говорить упрощенно, то эти танки имели общие возможности, но различались по запасным частям вместо того, чтобы иметь общие запасные части и различные возможности. Поскольку Т–80У был намного дороже, чем Т–72Б, было логичным то, что выбор испытывавшей проблемы с наличными России пал на Т–72.

Однако Москва продолжала экспериментировать с Т–80 — специалисты добавили активную систему защиты, в которой использовался работающий в миллиметровом диапазоне радар для слежения за подлетающими ракетами еще до срабатывания системы активной защиты. В результате в 1997 году появился Т–80УМ–1 «Барс», однако в производство он не был запущен — вероятно, из-за бюджетных ограничений.

Россия не использовала Т–80 во второй чеченской войне в 1999–2000 годах и не применяла их в ходе короткого конфликта с Грузией в 2008 году — насколько нам известно. Пока танки Т–80 не участвовали в войне на Украине.

inosmi.ru

Танки Т-80 начали поступать в войска в конце 70-х годов, в первую очередь в западные военные округа и зарубежные группы войск. Напряженный тепловой ре­сурс газовой турбины осложнял использование этих танков в жарких районах, поэтому в южные военные округа они не попали.

Машина понравилась военным. В ходе стратегиче­ской штабной игры по сценарию «большой войны» но­вые танки уже к утру пятого дня наступления выходили к Атлантике (в штабах Т-80 получили за это прозвище «танки Ла-Манша»). Свои динамические качества Т-80 проявляли не раз. Особую известность получил случай во время одного из учений Группы советских войск в Германии, когда выполнявшие обходной маневр «восьмидесятки» вышли на скоростное шоссе под Берлином и пронеслись по нему, обгоняя туристские автобусы. Одобрительное отношение в частях вызы­вали и отличные пусковые качества ГТД, не боявшего­ся никаких морозов. Кроме того, ГТД обеспечивал ре­зерв мощности и экономию веса, требовавшиеся для усиления защищенности от все более совершенных противотанковых средств, появлявшихся на поле боя.

Общественность впервые получила возможность по­знакомиться с «восьмидесятыми» во время военных парадов в Москве 9 мая и 7 ноября 1990 года. Причем это были машины наиболее современной модифика­ции — Т-80УД. Эти же танки вновь появились на улицах Москвы в дни августовского путча 1991 года.

На экспорт «восьмидесятки» не поставлялись и в со­ставе Советской Армии в боевых действиях участия не принимали.

Согласно данным заявленным советской стороной на венских переговорах по ограничению обычных воо­ружений в Европе в 1990 году на европейской терри­тории СССР, а также в частях, дислоцированных в Во­сточной Европе, находилось 4839 танков Т-80 всех мо­дификаций.

Первый же факт боевого применения «восьмидеся-ток» состоялся в ходе октябрьских событий в Москве в 1993 году. Утром 4 октября 1993 года шесть танков Т-80УД 12-го гвардейского танкового полка 4-й гвар­дейской Кантемировской танковой дивизии выдвину­лись на Калининский мост напротив «Белого дома» — здания Верховного совета Российской Федерации. Около 12 часов дня танки открыли огонь. Было выпу­щено 12 снарядов калибра 125 мм: 2 бронебойно-под-калиберных (непонятно, зачем?) и 10 осколочно-фу­гасных. После обстрела танки переместились на набе­режную Т.Шевченко, где и находились до конца дня.

Танки Т-80Б и Т-80БВ использовались Российской Армией в ходе военной операции в Чечне в 1995 — 1996 годах. Прежде всего следует отметить, что «восьмидесятки», как, впрочем, и почти вся другая бронетанковая техника, применялись неадекватно си­туации. В этой связи образцом может служить опера­ция «Буря в пустыне». Тогда заранее был выбран пере­чень соответствующих ситуации типов вооружения и боевой техники. При этом ставка была сделана на ши­рокое применение средств РЭБ, использование высо­коточного оружия, удары авиации и т.д. Следует отме­тить, что у иракцев фанатизма было, возможно, даже больше, чем у чеченцев. Если бы Многонациональные силы без соответствующей подготовки прибегли к массированному использованию бронетехники, ре­зультат всей операции мог бы быть иным.

Именно с такой позиции следует рассматривать применение в Чечне бронетанковой техники. Совер­шенно очевидно, что танки, БМП и БТР, состоящие на вооружении Российской Армии и внутренних войск МВД (как, впрочем, и на вооружении любой другой ар­мии мира), не предназначены для ведения боевых действий в городе и в горах. Их использование для этой цели требует как специального оснащения, так и специальной подготовки личного состава. В то же время можно утверждать, что подавляющее боль­шинство техники и личного состава, задействованных в Чечне, не было подготовлено к ведению каких бы то ни было боевых действий вообще.

Так, большая часть танков не была оборудована динамической защитой. Как заявили военные специ­алисты, это было обусловлено, главным образом, не­достатком времени для подготовки операции и отсут­ствием средств! На многих танках блоки КДЗ были ус­тановлены в небоеготовом состоянии, то есть не бы­ли зяряжены ВВ. И это в условиях, когда чеченцами использовались, в основном, кумулятивные противо­танковые боеприпасы (реактивные гранаты и ПТУР). При этом стрельба велась почти в упор и с наиболее выгодных ракурсов. Наиболее уязвимыми в танках оказались борта, корма, крыша МТО и кормовая часть башни. Кроме того, были зафиксированы многочис­ленные поражения бортов боевых машин при ведении огня снизу вверх. Все это позволяет предположить, что огонь велся одновременно из полуподвальных по­мещений, с уровня земли и с первых этажей зданий, а также с верхних этажей. Плотность ведения огня из противотанковых средств при ведении уличных боев в Грозном составляла 6 — 7 единиц на каждый танк, БМП и БТР. В корпусах почти каждого подбитого танка или БМП имелись многочисленные пробоины (в сред­нем 3 — 6), каждой из которых было бы вполне доста­точно для вывода машины из строя.

Следует отметить, что в этих условиях наиболее жи­вучим показал себя танк Т-72. Что касается танка Т-80, то в Чечне были зафиксированы случаи взрыва бое­комплекта при поражении борта корпуса и попадании кумулятивной струи в снаряды. Это происходило из-за вертикального расположения боекомплекта в транс­портере автомата заряжания. При этом верхний срез опорного катка, выполнявшего в данном случае роль противокумулятивного экрана, находился ниже уров­ня транспортера.

В ходе второй чеченской кампании танки Т-80 уча­стия в боевых действиях не принимали.
Следует отметить, что после распада СССР практи­чески все «восьмидесяти» оказались на территории России и Украины, при этом производство Т-80УД, осуществлявшееся в Харькове, также оказалось за ру­бежом. Их производство продолжается на Украине под обозначением Т-84 и в основном на экспорт (в 1996 году был заключен контракт на поставку 360 та­ких танков Пакистану). Россия также активно предла­гает на экспорт танки Т-80У. На вооружении армии Ки­пра состоит 41 боевая машина этого типа (стоимость контракта 175 млн. долларов). Армии Южной Кореи поставлено 80 танков Т-80У в счет погашения россий­ского долга этой стране. В обоих случаях поставки производились из наличия Вооруженных Сил. Участие танков Т-80У в тендере на новый основной танк для армий Турции (потребность 1000 единиц) и Греции пока результатов не принесло.

topwar.ru

Т 80 в чечне

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.