Т-34 4  

Т-34 – первый массовый советский средний танк. В 30-е годы в отечественном танкостроении было две крайности. С одной стороны – легкие танки. Они обладали скоростью, мобильностью и маневренностью, но с другой стороны имели слабую защиту от снарядов и невысокую огневую мощь установленного вооружения. Противоположную крайность представляли тяжелые танки с крепкой броней и мощным вооружением, но при этом неповоротливые и малоскоростные. Т-34 сочетал маневренность легкого танка с высоким уровнем бронезащиты и мощным вооружением на уровне тяжелого танка. Также Т-34 считается самым массовым танком Второй мировой войны – с 1940 по 1947 годы семью заводами в СССР, а после войны также в Польше и Чехословакии выпущено более 60 тысяч танков Т-34 различных модификаций.


Танк Т-34 сконструирован в КБ №183 при Харьковском паровозостроительном заводе имени Коминтерна под руководством главного конструктора Михаила Ильича Кошкина. В производственной программе этого завода и на вооружении Рабоче-крестьянской Красной армии Т-34 пришел на смену популярным легким танкам 30-х годов БТ. Их родословная восходит к американскому танку «Кристи», образец которого в 1931 году был ввезен в СССР без башни, оформленный по документам, как «сельскохозяйственный трактор». На основе этой импортной машины в Советском Союзе было освоено целое семейство быстроходных танков. В 30-е годы машины данной серии модернизировали и совершенствовали, серийные модели носили индексы БТ-2, БТ-5 и БТ-7. Безусловно, БТ-7 и Т-34 – танки различного класса. Разница в боевой массе у них очень большая – 13,8 тонн у БТ против 30 тонн «тридцатьчетверки». Тем не менее, во-первых, для первого производителя Т-34 Харьковского паровозостроительного завода имени Коминтерна БТ-7 был предыдущей «старой», а Т-34 последующей «новой» базовой моделью – «тридцатьчетверка» пришла на смену БТ на тех же производственных мощностях. Во-вторых, и серия БТ до войны и Т-34 во время войны, являлись самыми массовыми танками Вооруженных сил СССР. В-третьих, Т-34 унаследовал от БТ общую компоновку. Наконец, в-четвертых, именно на поздних выпусках БТ-7  впервые пеоявился дизельный двигатель В-2, который будут устанавливать на всех Т-34.


P9270254 Танк БТ.

К 1937 году накопился большой опыт эксплуатации танков БТ, а участие советских танкистов в Гражданской войне в Испании позволило опробовать эти танки в условиях реальных боевых действий. В результате, выяснилось три кардинальных недостатка. Во-первых, легкий БТ оказался слишком уязвимым для артиллерии противника, ведь его броня была рассчитана, прежде всего, на противопульную защиту. Во-вторых, из-за колесно-гусеничного движителя проходимость танка оставляла желать лучшего. В-третьих, бензиновый двигатель в бою опаснее, чем дизель – при попадании снаряда бак бензина загорается несравненно легче и сильнее, чем бак дизтоплива.

Автобронетанковое управление (АБТУ) РККА выдало Харьковскому заводу техническое задание на проектирование среднего танка, изначально носившего обозначение А-20 или БТ-20 13 октября 1937 года. Изначально планировалось, что новый танк с увеличенной с 13 до 19 тонн боевой массой и новым дизелем В-2 сохранит колесно-гусеничный тип ходовой части, как у прежних моделей БТ. Работая над А-20, М.И. Кошкин пришел к выводу, что для увеличения толщины брони, мощности вооружения, повышения проходимости по бездорожью необходимо отказаться от колесно-гусеничной схемы ходовой части в пользу гусеничной. У Кошкина было много влиятельных противников, выступавших за сохранение колесно-гусеничного движителя. Нескольких коллег Кошкина, танковых конструкторов органы НКВД арестовали, как врагов народа. Тем не менее, несмотря на риск, в случае неудачи, стать жертвой обвинения во вредительстве, Михаил Ильич смело, решительно и бескомпромиссно выступил за новый гусеничный движитель.


Чтобы оценить преимущества той или иной схемы на практике, пришлось спроектировать два прототипа танков –  колесно-гусеничный А-20 и гусеничный А-32 с боевой массой 19 тонн и толщиной брони 20-25 мм. Эти два проекта обсуждались на заседании Комитета Обороны 4 мая 1938 года, в котором участвовали И.В. Сталин, члены Политбюро, военные и конструкторы. Участник боев в Испании инженер-танкист А.А. Ветров в своем докладе, основанном на личном боевом опыте, высказался за гусеничный танк – колесный движитель показал себя ненадежным и сложным в ремонте. Ветрова активно поддержал Кошкин – он сделал упор  на то, что гусеничная конструкция менее металлоемкая, более простая и дешевая в производстве, а, значит, масштабы серийного выпуска гусеничных танков при равных затратах будут намного больше, чем объемы производства колесно-гусеничных. В то же время нашлись сторонники колесного варианта – начальник АБТУ комкор Д.Г. Павлов и другие выступавшие активно агитировали за привычный колесно-гусеничный танк. Итог подвел Сталин, предложивший построить и испытать танки обоих типов.


A 20 3       A 20 1

Итак, в 1938 году вышли на испытания опытные образцы двух танков, отличавшихся типом движителя – колесно-гусеничный А-20 и гусеничный А-32. Размеры корпуса, силовой агрегат и башни этих танков были одинаковые. Зато ходовая часть А-32 уже получила пять опорных катков, как у будущего серийного Т-34. Поначалу сравнительные испытания А-20 и А-32 не выявили явных преимуществ какой-либо схемы.

A 32 3     A 32 1

Кошкин все равно искал возможность доказать преимущество гусеничной ходовой части. Он указывал, что даже при постройке двух единичных прототипов на изготовление и сборку колесно-гусеничной ходовой части ушло гораздо больше времени и сил, чем на изготовление гусеничной. Кроме того, во время ходовых испытаний Михаил Ильич доказывал, что, исключив тяжелые колесные редукторы, можно увеличить толщину и массу брони танка, мощность установленного вооружения. Гусеничный движитель позволяет сделать танк лучше защищенным и вооруженным. В то же время, на колесном ходу танк катастрофически теряет проходимость в условиях бездорожья.


В сентябре 1939 года на показе новых образцов танковой техники членам правительства – К.Е. Ворошилову, А.А. Жданову, А.И.Микояну, Н.А. Вознесенскому КБ, возглавляемое Кошкиным, представило второй доработанный образец гусеничного А-32. Легкий изящный танк без труда преодолевал все препятствия, вброд форсировал реку, поднялся по крутому обрывистому берегу, легко сбил толстую сосну. Восхищению зрителей не было предела, а  директор ленинградского Кировского завода Н.В Барыков сказал: «Запомните этот день – день рождения уникального танка».

Т-34 01  

Осенью 1939-го в Харькове начали строить два прототипа усовершенствованного гусеничного танка А-34, который отличался от А-32 толщиной брони 40-45 мм. Это был максимум возможного для существовавших мотора и ходовой части. Такая броня увеличила массу до 26-30 тонн и уверенно защищала машину от противотанковых орудий калибром 37 и 45 мм. Существенное улучшение защищенности новинки стало возможным только благодаря гусеничному движителю.


Важную роль в рождении Т-34 сыграло создание двигателя нового поколения. Харьковские конструкторы К.Ф. Челпан, И.Я. Трашутин, Я.Е. Викман, И.С. Бер и их товарищи спроектировали новый 12-цилиндровый V-образный дизельный двигатель В-2 мощностью 400-500 л.с. Мотор отличался прогрессивной для своего времени схемой газораспределения. В каждой головке цилиндров находилось по два распределительных вала (как у современных автомобилей). Привод осуществлялся не цепью или ремнем, а валами – по одному на каждую головку. Вал ГРМ передавал крутящий момент на один из распредвалов, а тот, в свою очередь, вращал второй распредвал своей головки при помощи пары шестерен. Интересной особенностью В-2 стала система смазки с «сухим» картером, требовавшая дополнительного резервуара для масла. Следует добавить, что В-2 являлся оригинальной разработкой, а не копией какой-либо иностранной модели. Разве что набор технических решений конструкторы могли позаимствовать у тогдашних поршневых авиационных моторов.

T 34 4  

Компоновка Т-34 получилась следующая.


ереди – боевое отделение для экипажа. Механик-водитель сидел слева, как шофер в отечественном автомобиле. Рядом с ним находилось место стрелка-радиста, перед которым в наклонном лобовом листе башни стоял курсовый пулемет. Сзади в башне находились места командира экипажа и заряжающего орудие главного калибра. Так как связь работала не всегда хорошо, командир часто отдавал распоряжения механику-водителю своеобразным способом. Он просто толкал его сапогами в левое или правое плечо, в спину. Все прекрасно понимали, что это означает, что надо сворачивать вправо или влево, ускоряться, тормозить, разворачиваться.

 T 34 3

Моторно-трансмиссионное отделение располагалось позади боевого отсека. Двигатель был установлен продольно, за ним – главный фрикцион, играющий в гусеничной машине ту же роль, что сцепление в автомобиле. Далее находилась четырехступенчатая механическая коробка передач. От нее через редукторы бортовых передач крутящий момент подавался к бортовым фрикционам и ведущим задним звездочкам гусениц. Уже во время войны к 1943 году в производство начали постепенно внедрять 5-ступенчатую коробку передач вместо 4-ступенчатой.

T 34 1b  


Ходовую часть составляли по пять больших сдвоенных опорных катков с каждой стороны, ведущие колеса сзади и направляющие колеса (ленивцы) спереди. Четыре катка с каждого борта оснащались индивидуальной пружинной подвеской. Пружины устанавливали наклонно в шахтах по бортам бронекорпуса. Подвески первых катков в носовой части защищались стальными кожухами. В разные годы и на разных заводах выпускалось не менее 7 типов опорных катков. Сначала у них были резиновые бандажи, потом из-за военного дефицита резины пришлось выпускать катки без бандажей с внутренней амортизацией. Оснащенный ими танк сильнее грохотал. Когда резина начала поступать по Ленд-Лизу, бандажи появились снова. Гусеница состояла из 37 плоских и 37 гребневых траков. В комплектацию машины входили по два запасных трака и два домкрата.

 T 34 2

На 17 марта 1940 года был назначен показ в Кремле высшим руководителям страны новых образцов танковой техники. Изготовление двух прототипов Т-34 только-только завершилось, танки уже ездили своим ходом, у них работали все механизмы. Но спидометры машин только-только отсчитывали первые сотни километров пробега.


действовавшим тогда нормативам пробег допущенных к показу и испытаниям танков должен был составлять более двух тысяч километров. Чтобы успеть произвести обкатку и намотать необходимый пробег, Михаил Ильич Кошкин принял решение перегнать опытные машины из Харькова в Москву своим ходом. Это было рискованное решение: сами танки являлись секретным изделием, которое никак нельзя было показывать населению. Один факт выезда на дороги общего пользования, органы НКВД могли расценить, как разглашение государственной тайны. На тысячекилометровом пути не обкатанная, толком незнакомая механикам-водителям и ремонтникам техника могла встать из-за любых поломок, попасть в аварию. К тому же начало марта – это еще зима. Но в то же время пробег предоставлял уникальный шанс опробовать новые машины в экстремальных условиях, проверить правильность выбранных технических решений, выявить достоинства и недостатки узлов и агрегатов танка.  

Кошкин лично взял на себя огромную ответственность за этот пробег. В ночь с 5 на 6 марта 1940 года из Харькова вышла колонна – два закамуфлированных танка в сопровождении тягачей «Ворошиловец», один из которых был загружен горючим, инструментами и запчастями, а на втором стоял пассажирский кузов наподобие «кунга» для отдыха участников. Часть пути Кошкин сам вел новые танки, садясь за их рычаги попеременно с заводскими механиками-водителями. Маршрут для секретности пролегал вне дорог по заснеженным лесам, полям и пересеченной местности Харьковской, Белгородской, Тульской и Московской областей. На бездорожье, зимой агрегаты работали на пределе, пришлось устранять немало мелких поломок, производить необходимые регулировки. Но до Москвы будущие Т-34 все же дошли 12 марта, У одной машины вышел из строя главный фрикцион. Его замену осуществляли на танкоремонтном заводе в Черкизове.


В назначенный день 17 числа обе машины перегнали с танкоремонтного завода в Кремль. За время пробега М.И. Кошкин простудился. На показе он сильно кашлял, на что обратили внимание даже члены правительства. Однако сам показ стал триумфом новинки. Два танка, ведомые испытателями Н.Носиком и В.Дюкановым, разъехались по Ивановской площади Кремля – один к Троицким, другой к Боровицким воротам. Не доезжая ворот, они эффектно развернулись и понеслись навстречу друг другу, высекая искры из брусчатки, остановились, развернулись, сделали несколько кругов на высокой скорости, затормозили на прежнем месте. И.В. Сталину понравилась изящная быстрая машина. Его слова разные источники передают по-разному. Одни очевидцы утверждают, что Иосиф Виссарионович сказал: «Это будет ласточка в танковых войсках», по словам других, фраза звучала иначе: «Это первая ласточка танковых войск».

После показа оба танка подвергли испытаниям на полигоне в Кубинке, контрольному обстрелу из орудий разного калибра, который показал высокий уровень защищенности новинки. В апреле предстоял обратный путь в Харьков. М.И. Кошкин предложил снова ехать не на железнодорожных платформах, а своим ходом по весенней распутице. По пути один танк провалился в болото. Едва оправившийся от первой простуды конструктор сильно промок и замерз. На этот раз болезнь обернулась осложнениями. В Харькове Михаил Ильич надолго попал в больницу, его состояние ухудшалось, вскоре он стал инвалидом – врачи удалили ему одно легкое. 26 сентября 1940 года Михаил Ильич Кошкин умер. Осваивать Т-34 пришлось при новом главном конструкторе А.А. Морозове.

Внедрение нового танка шло с многочисленными трудностями, ГАБТУ и Наркомат среднего машиностроения два раза пытались свернуть освоение выпуска. Только с началом Великой Отечественной войны было принято окончательное решение поставить Т-34 на массовый поток. 

У Т-34 первых выпусков отличалось вооружение. Орудием главного калибра, которое установлено на башне и является важной видовой деталью любого танка, сначала служила 76,2 мм-пушка Л-11 со стволом, имевшим длину калибра 30,5. Вскоре ее сменило более совершенное орудие Ф-32 длиной 31,5. Позднее, в 1941 году, специально для Т-34 конструкторское бюро В.Н. Грабина спроектировало пушку Ф-34 того же калибра 76,2 мм, со стволом длиной 41 калибр, значительно превосходившую предшественников. Штатным пулеметом служил ДТ калибром 7,62. Телескопический прицел для стрельбы прямой наводкой назывался ТОД-6. Именно за калибр основного орудия танки, выпущенные до декабря 1943 года, зовутся Т-34-76.

T 34 9  

Помимо Харьковского паровозостроительного, выпуск Т-34 еще до войны запланировали наладить на Сталинградском тракторном заводе. Всего до 22 июня 1941 года  на вооружение Красной армии поступило 1225 Т-34, из них 967 оказалось в западных округах. С началом войны, согласно постановлению от 1 июля 1941 года, производство развернули также на судостроительном заводе №112 «Красное Сормово» в Горьком. Выбор пал на это предприятие, так как оно располагало подходящими для производства Т-34 базами обработки, крановым хозяйством и пролетами цехов. Именно в Сормове выпуск танков продолжался непрерывно всю войну. Т-34 различных заводов заметно отличались друг от друга – сказывалось, что в Харькове, Сталинграде и Горьком был различный станочный парк.

Т-34 8  

Выпуск Т-34 в Харькове продолжался до 19 октября 1941-го. С приближением фронта под непрерывными бомбежками оборудование завода пришлось грузить на железнодорожные платформы и эвакуировать в Нижний Тагил на Уральский вагоностроительный завод, при этом завод сохранил харьковский номер183. На новом месте поначалу не хватало даже площадей цехов. Порой случалось так, что кран сгружал станок с платформы на стальной лист, трактор оттаскивал лист со станком от железнодорожного полотна под ближайшие сосны, от стоящего рядом энергопоезда подавалось питание, и рабочие прямо под открытым небом в мороз и снегопад начинали изготавливать детали танка. Правда, большой запас комплектующих удалось привезти из Харькова.

Но когда производство на «Уралвагонзаводе» удалось привести в порядок, именно там, в Нижнем Тагиле в 1942 году был проведен громадный объем работ по оптимизации технологии производства танка, позволивший сделать его выпуск по-настоящему массовым. Прежде всего, речь идет о принципиально новой технологии сварки бронекорпусов – автоматической, под слоем флюса. Ее проектировал эвакуированный в Нижний Тагил Институт электросварки. Работы возглавлял академик Е.О. Патон.

Int-10  Академик Е.О.Патон.

С внедрением автоматической сварки резко возросла производительность – корпуса Т-34 пошли с конвейера непрерывным потоком. Оказалось, что защита танка тоже радикально улучшилась. Для испытаний сварили корпус из двух половин. Одну боковину сварили по-старинке вручную. Вторую и нос – под слоем флюса. Корпус повергли жесткому обстрелу фугасными и бронебойными снарядами. Первые же попадания – и сваренный вручную борт дал трещину по шву. Корпус развернули, и шов под флюсом выдержал семь прямых попаданий подряд – он оказался крепче брони. 

В 1942 году за создание танка Т-34 три его ведущих конструктора — Михаил Кошкин (посмертно), Александр Морозов и Николай Кучеренко были удостоены Сталинской премии.

 

Int-13  Int-12  Int-11

М.И. Кошкин.                             А.А. Морозов.                            Н.А. Кучеренко

На Т-34 применяли как минимум, семь типов башен – литых, сварных, штампованных. Самый ранний вариант – маленькая башня, в обиходе называемая «пирожком». В 1942 году под руководством М.А. Набутовского разработана новая башня шестигранной формы, так называемая «гайка». Она была технологичнее в производстве. Обе башни считались тесными для двоих сидевших в них членов экипажа.

T 34 7  

В 1942 году, опять же из-за наступления войск противника, вышел из строя Сталинградский тракторный завод. В то же время, выпуск Т-34 освоили также на Челябинском тракторном заводе и в Омске на заводе №174. Выпуск танков на нескольких заводах еще более разнообразил количество вариантов. В боевых условиях это создавало дополнительные трудности. Подбитые танки по возможности эвакуировали с поля боя, иногда разбирали на запчасти прямо на месте. Из уцелевших деталей, узлов, агрегатов нескольких машин пытались собрать одну. Но порой к ужасу танкистов и ремонтников одинаковые запчасти разных машин не подходили друг к другу! Все закончилось тем, что Сталин вызвал Главного конструктора завода №183 А.А. Морозова, и категорически потребовал привести части разных заводов к единому стандарту. Поэтому в 1943 году была выпущена единая для всех заводов техническая документация.

T 34 8  

В 1941 году разработана, а в 1942-м освоена специальная модификация – огнеметный танк ОТ-34. В декабре 1943 года Т-34 был модернизирован, получил новую башню, новое орудие главного калибра и, соответственно, был переименован в Т-34-85. Эта модификация стала основной в конце войны и в первые послевоенные годы. Большинство сохранившихся сегодня танков этого семейства – это либо Т-34-85, либо бывшие Т-34-76 с установленными при ремонте подбашенным листом, башней и орудием от «восемьдесят пятого».

После войны дизель В-2 не только стал основой двигателей послевоенных танков. Он нашел применение и в автомобилестроении. На восстановлении народного хозяйства и великих стройках пятилетки трудились 25-тонные самосвалы МАЗ-525. Для перевозки новых видов вооружения, прежде всего ракетного, а также самых тяжелых народнохозяйственных грузов, были разработаны тягачи МАЗ-535/537, затем МАЗ-543. Всех их оснащали модернизированными дизелями танка Т-34. 

Танк Т-34 считается самым известным советским танком и одним из самых узнаваемых символов Великой Отечественной войны. Благодаря своим боевым качествам Т-34 был признан лучшим средним танком Второй мировой войны и оказал громадное влияние на дальнейшее развитие мирового танкостроения. При его создании советским конструкторам удалось найти оптимальное соотношение между основными боевыми, эксплуатационными и технологическими характеристиками.

gvtm.ru

Танк Т-34 — Вооружение
Содержание
Танк Т-34
Подробное описание
Вооружение
Применение
Варианты танка Т-34

Основное вооружение

Первые танки Т-34 образца 1940 года были вооружены короткой 76,2-мм пушкой Л-11 образца 1938 года с длиной ствола 30,5 калибра. В 1941 г. очень небольшое количество Т-34 было вооружено 57-мм длинноствольной пушкой большой мощности ЗИС-4, предназначенной для поражения легкобронированных целей на больших дистанциях. Большая мощность пушки компенсировала уменьшение калибра. Но Л-11 осталась стандартной пушкой для Т-34 образца 1940 г.

Башни танка Т-34

Однако инженеры располагали более удачной пушкой, хотя возникали затруднения бюрократического характера по ее установке. ОКБ завода № 92 во главе с конструктором В.Грабиным разработало новую 76,2-мм пушку Ф-32. Ее устанавливали на новые тяжелые танки КВ. При стрельбе по бронированным целям из-за более длинного ствола пушка показывала гораздо лучшие результаты по сравнению с Л-11, которой были оснащены танки Т-34 образца 1940 года. К концу 1940 г. сотрудник ОКБ В. Грабина, П.Муравьев, адаптировал пушку Ф-32 для установки на Т-34 и на ее базе разработал новую пушку (Ф-34 с длиной ствола 42 калибра), значительно превосходящую Л-11. По собственной инициативе В.Грабин и директор завода № 92 А. Елян начали производство Ф-34 вместе с Л-11 и отправили обе пушки на Харьковский завод, занятый изготовлением танков Т-34.

Башни танка Т-34

Танки этой модели (Т-34 образца 1941 г.) в основном использовались в качестве танков командиров взводов и рот и после начала германского вторжения очень хорошо показали себя в боях, благодаря возросшей огневой мощи. Сталину стало об этом известно из репортажей военных корреспондентов с передовой. Части, сражавшиеся на передовой, требовали больше танков, оснащенных эффективной пушкой Ф-34, чем Л-11, поэтому летом 1941 года Государственный Комитет Обороны окончательно утвердил пушку Ф-34 в качестве стандартной для танка Т-34. Ф-34 имела обычную полуавтоматическую казенную часть. Командир мог стрелять как вручную, так и с помощью педали; он отвечал за горизонтальное вращение башни вручную или с помощью электропривода. При стрельбе из Ф-34 эти снаряды пробивали броню немецких РzKpfw III и IV (толщина лобовой брони 50-мм) с почти любой дистанции.

Башни танка Т-34

Ф-34 давала Т-34 такое преимущество в дальности и поражающей силе, что немцы с превеликим трудом противостояли танку Т-34. РzKpfw IV с лобовой броней толщиной 80-мм был принят на вооружение лишь весной 1943 года. Красная Армия продолжала оставаться на лидирующих позициях — был принят на вооружение бронебойный снаряд БР-350П. Он пробивал 92-мм броню при стрельбе с дистанции 500 м — примерно на таком расстоянии ведется стрельба в танковом бою. Однако появление на фронте в 1943 году новых немецких танков, специально разработанных для борьбы с Т-34, кардинально изменило ситуацию. При стрельбе с обычной дистанции Ф-34 не могла пробить лобовую броню «Тигров» и «Пантер». Во время сражения под Курском в июле 1943 года танки Т-34 были вынуждены приближаться к немецким танкам на дистанцию стрельбы прямой наводкой либо маневрировать таким образом, чтобы выйти им во фланг или в тыл. Проблему удалось решить, когда в конце 1943 года на вооружение была принята 85-мм пушка. Первоначально боезапас Т-34 составлял 77 выстрелов. На Т-34 образца 1943 года он был увеличен до 100 выстрелов. Стандартный боекомплект состоял из 19 выстрелов БР-350ААП, 53 выстрелов Ф-354 или ОФ-350ХЕ и 5 выстрелов СХ-350.

Дополнительное вооружение

Первые 115 танков Т-34 образца 1940 года были вооружены пулеметом ДТ в тыловой части башни для стрельбы назад. Пулемет образца 1928 года имел прицельную дальность стрельбы 800 м и скорострельность 600 выстрелов в минуту. Во избежание заедания и перегрева скорострельность снижали до 125 выстрелов в минуту. Пулемет имел выдвижной металлический приклад, деревянную пистолетную рукоятку и отдельный оптический прицел вместо устанавливаемого на пехотном пулемете диоптрического. В магазине дискового типа находилось 60 патронов, размещавшихся в два ряда. Всего в боекомплекте имелось 35 дисков, одна половина из которых хранилась в стойках на задней стенке башни, а другая — в передней части корпуса рядом с местом стрелка-радиста.

Танк Т-34

Новая шестиугольная башня

Заместителю народного комиссара обороны и начальнику Главного артиллерийского управления Г.И.Кулику танк Т-34 не нравился, поэтому он настоял на внесении различных изменений. В результате производство танков Т-34 на ранних стадиях было прервано, и Совет Народных Комиссаров приказал разработать программу усовершенствования Т-34. Усовершенствованная машина получила обозначение Т-34М. Выполнение проекта было прекращено. Морозов разработал для Т-34М новую башню с учетом недостатков, выявленных при боевом применении машин ранних моделей. Например, германские пехотинцы из команд по борьбе с танками взбирались со стороны кормы на боевую машину и устанавливали под выступ башни дисковую противотанковую мину. Кроме того, выступ образовывал ловушку, от которой попадавшие снаряды отскакивали прямо в уязвимый башенный погон. Разработанная Морозовым новая литая башня шестиугольной формы впервые была установлена на танк Т-34 образца 1943 года. Она была лишена многих недостатков: не имела выступа, была существенно проще в изготовлении и крупнее, чем башни ранних образцов. Следовательно, в башне было немного больше места для экипажа. Однако проблема маленького и перегруженного работой экипажа была окончательно решена лишь при появлении трехместной башни танка Т-34/85, производство которого началось зимой 1943 года.

  Экипаж Вес Длина Высота Броня Двигатель Скорость Пушка Калибр
  чел. т м м мм л.с. км/ч   мм
Т-34 обр. 1941 г. 4 26,8 5,95 2,4 45 520 55 Л-11 76
Т-34 обр. 1943 г. 4 30,9 6,62 2,4 45-52 520 55 Ф-34 76
Т-34-85 обр. 1945 г. 5 32 8,10 2,7 45-90 520 55 ЗИС-53 85

Танк

pro-tank.ru

Почему «эти танки не могли друг друга защищать»
Т 34 1941

Хорошо известно, каким грозным противником вермахта летом 1941 года оказался советский танк Т-34. Самый прославленный танковый полководец Германии — Гейнц Гудериан писал в мемуарах: «Наши противотанковые средства того времени могли успешно действовать против танков Т-34 только при особо благоприятных условиях.
Например, наш танк T-IV со своей короткоствольной 75-мм пушкой имел возможность уничтожить танк Т-34 с тыльной стороны, поражая его мотор через жалюзи. Для этого требовалось большое искусство».
Ну а каким запомнился Т-34 немцам чинами пониже, непосредственно имевшим с ним дело в 1941 году? Что они могли противопоставить этому танку?
Конечно, воспоминания врага — вовсе не истина в последней инстанции. Тем более – воспоминания о войне спустя многие десятилетия после ее окончания. И все же знакомство с ними позволяет понять, как выглядели бои с «той» стороны.

«Пушка для похлопывания по броне» и «уродливое стальное чудовище»
Лейтенант Вальтер Хейнлейн, передовой артиллерийский наблюдатель 5-й батареи 2-го дивизиона 2-й танковой дивизии (передовой наблюдатель — это офицер, который во время атаки идет вместе с пехотой или танками, чтобы направлять огонь артиллерии) впервые встретился с «тридцатьчетверками» в октябре 1941 года, после взятия немцами Гжатска. Вот как это было: «Я, как и прежде, участвовал в наступлении в качестве передового наблюдателя и находился на самом переднем крае. Наш авангард только успел окопаться недалеко от железной дороги, как из укрытия появились Т-34 и попытались нас уничтожить. Я стоял возле нашей 3,7-сантиметровой противотанковой пушки, которая открыла огонь по танкам. Я видел, как ее снаряды попадали в Т-34, — но без какого-либо результата! Они рикошетировали от брони и отлетали в сторону. В это время и возникло понятие «пушка для похлопывания по броне».( У противотанковой пушки 3,7 cm Pak 35/36 было много таких уничижительных названий, например, «колотушка» — М.К.)
Т 34 1941

Теперь Т-34 ехал в мою сторону, потому что он заметил противотанковую пушку. Расчет пушки успел отскочить в сторону, и уродливое стальное чудовище поехало дальше. К счастью, у нас никто не погиб. Моя рубашка была полностью мокрой, хотя было ужасно холодно. Было ли мне страшно? Разумеется, было! Кому бы на моем месте не было бы страшно? Т-34 превосходил наши танки. У нас были танки только с короткой пушкой: Pz.II и Pz.III. Т-34 превосходил их по дальности огня. Он мог нас уничтожить раньше, чем мы его. Он был трудным противником».
Не совсем понятно, почему Хейнлейн не упоминает Pz IV. Запамятовал о них, или их не было в его дивизии? Вероятнее всего, что просто забыл.
Т 34 1941
Смогли всех уничтожить, потому что у них не было радио
И сразу Хейнлейн отмечает главный, с его точки зрения, минус «тридцатьчетверки»: « Но у Т-34 был один недостаток: у него не было рации, и эти танки не могли друг друга защищать. На наших танках была рация, и они могли друг другу сказать: «опасность там или там». А Т-34 ехали, практически, навстречу своей гибели, потому что им не говорили, что там или там опасность».
В одном из боев Хейнлейн остался «безлошадным» — его броневик был уничтожен: «Мой броневик я поставил под крышу сарая, и каждый час передавал сообщения о нашем положении. Первая ночь была спокойной. Утром мы съели кексы с маслом и установили на позиции наши 3,7-сантиметровые противотанковые пушки. Мы уютно устроились за столом, но тут меня ужаснул шум моторов. В окно я увидел, что на нас в большом количестве идут русские Т-34. К счастью, пехоты не было видно. По радио я немедленно сообщил о создавшемся положении в мою батарею и дивизион, и затребовал заградительный огонь. ( Батарея Хейнлейна была вооружена 15- сантиметровыми гаубицами – М.К.).
Один Т-34 появился на дороге прямо перед моим домом. Наша 3,7-сантиметровая пушка по нему выстрелила, но снаряд отскочил от брони. Началась гонка вокруг дома — танк двигался, чтобы обойти противотанковую пушку. Другой Т-34 заметил мой броневик в сарае. С короткой дистанции он выстрелил по броневику, затем таранил его и вдвинул вглубь сарая, — на броневик обрушилась крыша сарая, и так я остался без своего «танка», и дальше воевать мне стало намного труднее. Теперь началась еще одна гонка вокруг дома – мы бежали, а за нами ехал Т-34. На втором кругу Т-34 застрял в болоте. Мы стреляли ему в башню из ручного оружия, и потом подорвали миной. Тем временем остальные Т-34 поехали по направлению к нашему штабу, но там их смогли всех уничтожить, потому что у них не было радио. Мой броневик, к сожалению, погиб, но второй атаки русских не последовало».
И снова ссылка на отсутствие радио на Т-34 как его главную слабость. Надо отметить, что советские командирские танки начали обеспечивать радиосвязью еще до войны. Но большинство машин ее не имело. И, конечно, это резко уменьшало боевые возможности «тридцатьчетверок». Но было ли именно это главным недостатком Т-34 в сорок первом году?
Многие десятилетия у нас не прекращается дискуссия о том, почему Т-34 не оказал решающего влияния на ход боевых действий в первый год войны, что помешало полностью реализовать его возможности. Воспоминания противника, при широком их использовании, очень полезны при решении этого вопроса.
Максим Кустов

back-in-ussr.com

Начальный этап долгого пути к признанию машины лучшим танком второй мировой войны

В рамках газетной статьи подробно осветить всю историю танка Т-34 невозможно. Имеет смысл лишь кратко остановиться на ее главных, так сказать, этапных моментах. Одним из них, безусловно, являются создание этой машины и боевой дебют тридцатьчетверки в огне сражений 1941 года. Биография Т-34 началась 13 октября 1937-го. В этот день Автобронетанковое управление (АБТУ) РККА выдало КБ завода № 183 в Харькове тактико-технические требования на разработку новой боевой машины — колесно-гусеничного танка БТ-20. Его проект и макет год спустя были рассмотрены комиссией АБТУ. Она утвердила проект, но при этом обязала КБ и завод разработать и изготовить один колесно-гусеничный танк с 45-мм пушкой и два гусеничных танка с 76-мм пушками. Таким образом, вопреки расхожему мнению никакой инициативы завода-изготовителя по созданию чисто гусеничного танка не было, а имелся четко сформулированный заказ военного ведомства.

ПЛАНИРОВАЛИ 2800, ПОЛУЧИЛИ 1225

В октябре 1938 года завод представил чертежи и макеты двух разработанных согласно решению комиссии АБТУ вариантов: колесно-гусеничного А-20 и гусеничного А-20Г, которые были рассмотрены Главным военным советом РККА 9 и 10 декабря 1938 года. Рассмотрение их Комитетом обороны СССР в свою очередь состоялось 27 февраля 1939 года. Оба проекта были утверждены, а заводу предложили изготовить и испытать опытные образцы танков А-20 и А-32 (такой индекс к тому времени получил А-20Г).

К маю 1939 года опытные образцы новых танков изготовили в металле. До июля обе машины проходили в Харькове заводские испытания, а с 17 июля по 23 августа — полигонные. 23 сентября на полигоне в Кубинке состоялся показ танковой техники руководству Красной армии. По результатам испытаний и показа было высказано мнение, что танк А-32, имевший запас по увеличению массы, целесообразно защитить более мощной 45-мм броней, соответственно повысив прочность отдельных деталей.

Впрочем, в это время в опытном цехе завода № 183 уже велась сборка двух таких танков, получивших заводской индекс А-34. Одновременно в течение октября-ноября проходили испытания танка А-32, догруженного до 24 тонн металлическими болванками. 19 декабря 1939 года догруженный танк А-32 и был принят на вооружение Красной армии под индексом Т-34.

Первая производственная программа на 1940 год предусматривала выпуск 150 танков. Однако этот показатель вскоре был увеличен до 600 боевых машин. План на 1941 год предписывал выпустить 1800 Т-34 на заводе № 183 и 1000 — на СТЗ. Однако ни то, ни другое задание выполнить не удалось. За первое полугодие 1941 года военпреды на заводе № 183 приняли 816 танков Т-34, на СТЗ — 294. Таким образом, оба завода к 1 июля 1941 года сдали армии 1225 танков, причем 58 из них в июне еще находились на территории предприятий в ожидании отправки в войска.

Слева направо: А-8 (БТ-7М), А-20, Т-34 обр. 1940 г. с пушкой Л-11, Т-34 обр.

НУЖНО ЛИ СБЕРЕГАТЬ МОТОРЕСУРС?

Первые серийные Т-34 поступили в танковые соединения РККА поздней осенью 1940 года. Однако плановая боевая учеба началась лишь весной 1941-го. К сожалению, на освоении нового танка самым негативным образом сказались многочисленные реорганизации танковых войск, проводившиеся в течение двух предвоенных лет.

Весь последний предвоенный год тянулись бесконечные переформирования: одни соединения развертывались, другие ликвидировались, в состав танковых войск передавались части из других родов войск и т. д. Все это сопровождалось перемещением частей и соединений из одних мест дислокации в другие.

К началу Великой Отечественной войны относительно боеспособными были только те девять мехкорпусов, к формированию которых приступили летом 1940-го. Но и в них организация боевой учебы в ряде случаев оставляла желать лучшего. Широко практиковалась порочная по своей сути система «сбережения моторесурса техники», при которой экипажи занимались боевой подготовкой на изношенных до предела машинах учебно-боевого парка. При этом новая, более совершенная и зачастую существенно отличавшаяся от танков ранних выпусков боевая техника находилась на хранении в боксах.

Было уже мало толку от использования танков БТ-2 для обучения экипажей БТ-7, но этот процесс превращался в полный абсурд, когда в ходе подготовки механиков-водителей для Т-34 новобранцев сажали на старенькие Т-26. Например, к 1 декабря 1940 года в танковых частях Красной армии имелось всего 37 тридцатьчетверок. Естественно, такое количество не могло обеспечить нормального обучения танкистов. К тому же по соображениям секретности руководства службы по Т-34 в некоторых танковых частях не выдавали на руки не только членам экипажей, но даже командирам подразделений. Стоит ли удивляться, что, например, 11 мая 1941 года штаб 3-го механизированного корпуса Прибалтийского Особого военного округа запросил у завода-изготовителя документацию по ремонту и помощь специалистов, так как треть тридцатьчетверок оказалась выведена из строя во время учебных занятий. Расследование показало, что у всех танков из-за неправильной эксплуатации были сожжены главные фрикционы. 23 мая 1941 года в 6-м механизированном корпусе Западного Особого военного округа нуждались в серьезном ремонте пять Т-34. Причина — по халатности (или по элементарному незнанию) танки заправили бензином.

К 1 июня 1941 года в западных военных округах имелось уже 832 тридцатьчетверки, но из этого количества эксплуатировалось только 38 машин! В результате до начала войны для танков Т-34 удалось подготовить не более 150 экипажей.

ПРИЧИНА НЕ В КОЛИЧЕСТВЕ…

Существуют расхождения в количественной оценке парка тридцатьчетверок, находившихся на 22 июня в приграничных военных округах. Наиболее часто встречается число 967. Однако количество танков (да и не только танков) того или иного типа на день начала войны никто не считал. Сводки по наличию боевых машин в войсках подавались на первое число каждого месяца. Как уже упоминалось, на 1 июня 1941 года в западных приграничных ВО (Ленинградском, Прибалтийском Особом, Западном Особом, Киевском Особом и Одесском) имелось 832 танка Т-34. Еще 68 — в частях тыловых округов (Московском, Харьковском и Орловском). Разница между 967 и 832 составляет 135 боевых машин (в некоторых источниках встречается число 138), которые вполне могли поступить в приграничные округа в течение июня.

К началу войны в западных приграничных округах дислоцировалось 19 механизированных корпусов, насчитывавших 10 394 танка всех типов (по другим данным — 11 000). С учетом боевых машин, имевшихся в составе некоторых стрелковых, кавалерийских и отдельных танковых частей, этот показатель возрастает до 12 782 единиц (по данным на 1 июня). Танки Т-34 от этого числа составляли всего 7,5%. Вроде бы немного. Однако к 22 июня 1941 года Германия и ее союзники развернули против нашей западной границы 4753 танка и штурмовых орудия. Только 1405 из них были средние Pz.III и Pz.IV, так что 967 тридцатьчетверок (не будем забывать и о 504 тяжелых КВ) представляли собой грозную силу. Точнее — могли представлять. Но по указанным выше причинам в танковых частях до войны не освоили в достаточной степени вождение боевых машин, а сокращенные нормы боеприпасов не позволили полностью отработать стрельбу из танков, оснащенных новыми артсистемами. Общая обеспеченность мехкорпусов 76-мм танковыми выстрелами не превышала 12%, а в отдельных соединениях была еще ниже.

Неудачная дислокация танковых частей и соединений, недоукомплектованность их личным составом и материальной частью, недостаточная подготовка экипажей новых танков, нехватка запчастей и ремонтно-эвакуационных средств резко снизили боеспособность механизированных корпусов. В ходе продолжительных маршей выходили из строя не только старые машины, но и новенькие Т-34. По вине неопытных механиков-водителей, а также по причине так и не устраненных заводами-изготовителями конструктивных недостатков «горели» главные и бортовые фрикционы, ломались коробки передач и т. д. Устранить многие поломки на месте не представлялось возможным из-за практически полного отсутствия запасных частей. Войскам катастрофически не хватало эвакуационных средств. Тракторами мехкорпуса были обеспечены в среднем на 44%, включая машины, использовавшиеся в качестве артиллерийских тягачей. Но даже там, где тягачи имелись, они не всегда могли помочь.

Основным эвакуационным средством в танковых частях Красной армии были челябинские сельскохозяйственные тракторы «Сталинец» С-60 и С-65 с тягой на крюке немногим более 4 тонн. Они вполне справлялись с буксировкой поврежденных легких танков Т-26 и БТ, но при попытке сдвинуть с места 26-тонные Т-34 в буквальном смысле слова вставали на дыбы. Здесь уже требовалось «запрягать» два, а то и три трактора, что не всегда было возможно.

ШЕДЕВРАМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ

Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что боевая эффективность тридцатьчетверки в 1941 году снижалась не только из-за недостаточной подготовки личного состава или плохой организации боевых действий. В полном объеме сказались и недостатки в конструкции танка, многие из которых были выявлены еще в ходе предвоенных испытаний.

Традиционно считается, что Т-34 — это шедевр мирового танкостроения. Однако шедевром он стал не сразу, а только к концу войны. Применительно же к 1941 году можно говорить об этом танке в значительной мере как о сырой, недоведенной конструкции. Не случайно в начале 1941 года ГАБТУ прекратило приемку тридцатьчетверок, потребовав от изготовителей устранить все недостатки. Руководству завода № 183 и наркомата удалось «продавить» возобновление выпуска танков с сокращенным до 1000 км гарантийным пробегом.

За совершенную форму корпуса и башни, заимствованную у легкого А-20 без каких-либо габаритных изменений, пришлось заплатить снижением забронированного объема, который у Т-34 был наименьшим по сравнению с остальными средними танками Второй мировой. Обтекаемая, красивая внешне, даже элегантная башня тридцатьчетверки оказалась слишком мала для размещения артсистемы 76-мм калибра. Доставшаяся по наследству от А-20, она изначально предназначалась для установки 45-мм пушки. Таким же, как у А-20, остался и диаметр башенного погона в свету — 1420 мм, всего на 100 мм больше, чем у легкого танка БТ-7.

Ограниченный объем башни не позволил разместить в ней третьего члена экипажа, и наводчик орудия совмещал свои обязанности с обязанностями командира танка, а порой и командира подразделения. Приходилось выбирать: или вести огонь, или руководить боем. Теснота башни и боевого отделения в целом существенно уменьшали все достоинства мощной 76-мм пушки, обслуживать которую было просто неудобно. Крайне неудачно в вертикальных кассетах-чемоданах размещался боекомплект, что затрудняло доступ к снарядам и снижало скорострельность.

Еще в 1940 году был отмечен и такой существенный недостаток танка, как неудачное размещение приборов наблюдения и их низкое качество. Так, например, смотровой прибор кругового обзора устанавливался справа, сзади от командира танка, в крышке башенного люка. Ограниченный сектор обзора, полная невозможность наблюдения в остальном секторе, а также неудобное положение головы при наблюдении делали смотровой прибор совершенно непригодным к работе. Неудобно располагались и приборы наблюдения в бортах башни. В бою все это приводило к потере зрительной связи между машинами и несвоевременному обнаружению противника.

Важное и неоспоримое достоинство Т-34 — применение мощного и экономичного дизельного двигателя. Но он в танке работал в крайне перенапряженном режиме, в частности из-за системы воздухоподачи и воздухоочистки. Крайне неудачная конструкция воздухоочистителя способствовала быстрому выходу двигателя из строя. Так, например, во время испытаний тридцатьчетверки в США в 1942 году это произошло после 343 км пробега. В мотор набилось слишком много грязи и пыли, что привело к аварии. В результате поршни и цилиндры разрушились до такой степени, что их невозможно было отремонтировать!

Самой большой проблемой Т-34 долгое время оставалась коробка передач с так называемыми надвижными шестернями. Осуществить переключение передач в движении с ее помощью было нелегким делом. Мешала этому процессу и не слишком удачная конструкция главного фрикциона, который почти никогда не выключался полностью. При невыключенном же главном фрикционе «воткнуть» нужную передачу удавалось только очень опытным механикам-водителям.

Суммируя вышесказанное, можно сделать вывод, что в 1941 году основными недостатками танка Т-34 были теснота боевого отделения, плохая оптика и неработоспособные или почти неработоспособные двигатель и трансмиссия. Судя по огромным потерям и большому количеству брошенных танков, недостатки Т-34 в 1941 году взяли верх над его достоинствами.

ПЕРВЫЕ УСПЕХИ

Тем более ценен нам каждый факт успешного применения тридцатьчетверок в то трудное время. Большинство таких боевых эпизодов относится к битве за Москву. Следует особо отметить, что в отличие от летних боев 1941 года с их прямолинейной тактикой массирования танков операции танковых соединений и частей Красной армии в этот период носили исключительно маневренный характер. Танковые бригады своими контратаками расстраивали боевые порядки противника, действовавшего в основном вдоль дорог, и вытесняли его на бездорожье. Здесь-то впервые начало сказываться преимущество Т-34 в проходимости над немецкими боевыми машинами.

В битве за Москву советские командиры-танкисты впервые применили принцип так называемой подвижной обороны на широком фронте — 15-20 км на бригаду. О действиях одной из бригад — 18-й танковой — можно судить по следующему отчету: «Бригада начала формироваться 5 сентября 1941 года в городе Владимире Ивановской области (Владимирская область образована в августе 1944 года. — Ред.). Формирование закончено к 4 октября. На фронт прибыла 7-8 октября, действовала в районе Уварово — Можайск.

В бой вступила 9 октября, имея в составе танкового полка: Т-34 — 29, БТ-7 — 3, БТ-5 — 24, БТ-2 — 5, Т-26 — 1, БА — 7. В боях 9-10 октября бригадой уничтожены 10 танков, 2 ПТО, до 400 солдат противника. Свои потери составили 10 танков подбитыми и сожженными и два ПТО на тягачах».

Куда более эмоционально описал события тех дней начальник политотдела бригады старший батальонный комиссар Захаров: «9.10.1941 г. 18-я танковая бригада в составе танкового полка и мотострелкового батальона вступила во встречный бой с частями противника, усиленными танками и мотопехотой, состоящей из эсэсовцев (из моторизованной дивизии СС «Рейх». — Прим. автора). В этом бою танкисты и мотопехота бригады с артиллеристами 509-го артполка уничтожили до 400 вражеских солдат и офицеров, 10 танков, 4 противотанковых орудия, 2 минометные батареи, несколько бронемашин…

Гусеницы наших танков, когда они вернулись из боя, были буквально забиты клочьями амуниции, останками физически истребленных фашистских выродков…»

Еще одну отличившуюся в битве за Москву танковую бригаду — 4-ю (с 11 ноября 1941 года — 1-я гвардейская) сформировали в сентябре 1941 года в Сталинграде, включив в ее состав 49 машин (из них 16 — Т-34 производства СТЗ). Это соединение под командованием Михаила Катукова успешно сражалось под Орлом и Мценском против 2-й немецкой танковой группы генерала Гейнца Гудериана. В бригаде была хорошо организована разведка, умело применялась маскировка. За восемь дней боев соединение шесть раз меняло позиции, его воины подбили 133 танка, две бронемашины, семь тяжелых орудий, 15 тягачей, девять самолетов, уничтожили зенитную батарею и много другой боевой техники противника. Действия 4-й танковой бригады являются блестящим примером ведения активной обороны в условиях значительного превосходства противника в силах и средствах.

САМЫЙ РЕЗУЛЬТАТИВНЫЙ

Именно так действовал командир отдельной танковой группы старший лейтенант Дмитрий Лавриненко, отражая 6 октября 1941 года атаку немецких танков в районе Нарышкино — Первый Воин. Вражеские танки, смяв нашу противотанковую оборону, прорвались к позициям 4-й бригады и начали «утюжить» окопы мотострелков. Четыре тридцатьчетверки Лавриненко выскочили из леса наперерез противнику и открыли огонь. Немцы никак не ожидали появления советских боевых машин. После того как загорелись шесть Pz.III, они остановились, а затем начали отходить. Танки Лавриненко исчезли так же внезапно, как и появились, но уже через несколько минут показались левее из-за пригорка и вновь открыли прицельный огонь. В результате нескольких подобных стремительных атак на поле боя осталось 15 подбитых немецких танков. Наша группа потерь не имела.

О 27-летнем старшем лейтенанте Дмитрии Лавриненко следует сказать особо. Он участвовал в 28 боях. Три танка Т-34, на которых он воевал, сгорели. В день своей гибели, 17 декабря 1941 года, под Волоколамском Лавриненко подбил 52-й по счету танк противника и стал самым результативным советским танкистом периода Второй мировой войны. Но звание Героя Советского Союза ему тогда так и не присвоили. 22 декабря 1941 года он был награжден орденом Ленина посмертно.

В послевоенные годы эту вопиющую несправедливость пытались устранить маршал Михаил Катуков и генерал армии Дмитрий Лелюшенко, но только спустя 50 лет они смогли преодолеть чиновничью рутину. Указом президента СССР от 5 мая 1990 года за мужество и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, Лавриненко Дмитрию Федоровичу было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно. Его родственникам вручили орден Ленина и медаль «Золотая Звезда» (№ 11615). Именем Героя названы школа № 28 в станице Бесстрашная, улицы в родной станице, в Волоколамске и Краснодаре.

Говоря о боевой деятельности Дмитрия Лавриненко, хотелось бы обратить внимание читателя на тактику, которую он применял. В целом она укладывалась в рамки той тактики, которую использовала 4-я танковая бригада, — сочетание действий из засад с короткими внезапными атаками ударной группы при хорошо поставленной разведке.

Все имеющиеся в наличии описания боев с участием Лавриненко свидетельствуют, что прежде чем обрушиться на противника, он внимательно изучал местность. Это позволяло и правильно выбрать направление атаки, и определиться с последующими действиями. Используя преимущество Т-34 перед немецкими танками в проходимости в условиях осенней распутицы, Лавриненко активно и уверенно маневрировал на поле боя, скрываясь за складками местности. Сменив позицию, он вновь атаковал уже с нового направления, создавая у противника впечатление о наличии у русских нескольких групп танков.

При этом, по свидетельству сослуживцев, артиллерийский огонь из танка Лавриненко вел мастерски. Но даже будучи метким стрелком, он стремился на максимальной скорости сблизиться с противником на дистанцию 150-400 м и бить наверняка.

Суммируя все это, можно утверждать, что Дмитрий Лавриненко, с одной стороны, был хорошим, хладнокровным тактиком, а с другой — принимал во внимание как недостатки тридцатьчетверки, так и ее достоинства, что и позволяло ему добиваться успеха.

topwar.ru

Т 34 1941

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.