Курская дуга:
В бою принимали участие 186 немецких и 672 советских танка. СССР потерял 235 танков, а немцы — три!

unnamed

74 года назад на Восточном фронте вермахт начал наступательную операцию на Курской дуге. Однако она не получилась неожиданной – Красная Армия на протяжении нескольких месяцев готовилась к обороне. Военный историк, полковник в отставке Карл-Хайнц Фризер, много лет проработавший в военно-историческом ведомстве Бундесвера, считается лучшим специалистом по событиям на Восточном фронте. Он подробно изучил как немецкие, так и российские документы.

unnamed (1)

Die Welt: Битва под Курском летом 1943 года считается «крупнейшим сражением всех времен». Это утверждение справедливо?

Карл-Хайнц Фризер: Да, превосходная степень в этом случае вполне уместна. В битве на Курской дуге в августе 1943 года с обеих сторон принимали участие четыре миллиона солдат, 69 тысяч орудий, 13 тысяч танков и 12 тысяч самолетов.


unnamed (2)

– Обычно численное превосходство бывает у нападающей стороны. Однако под Курском ситуация обстояла иначе. Вермахт располагал втрое меньшими силами, чем армия Сталина. Почему Гитлер все же решился на нападение?

– Летом 1943-го Германии в последний раз удалось объединить все свои силы на Восточном фронте, потому что в это время войска антигитлеровской коалиции начали свою операцию в Италии. Кроме того, немецкое командование опасалось, что советское наступление летом 1943-го, началом которого должна была стать битва на Курской дуге, будет нарастать, подобно снежной лавине. Поэтому было принято решение о превентивном ударе, пока эта лавина еще не сдвинулась с места.

– Гитлер еще за несколько недель до начала этого наступления решил, что оно будет прервано, если союзники нанесут удар по Италии. Это было стратегически правильное или ошибочное решение?

– Гитлер относился к этому наступлению очень двойственно. Верховное командование сухопутных войск выступало за, Верховное командование вермахта – против. В конце концов, под Курском речь шла о тактико-оперативных, а в Италии о стратегических целях, а именно о предотвращении войны на несколько фронтов. Поэтому Гитлер решился на компромисс: наступление должно было начаться, но незамедлительно прерваться, если ситуация в Италии становилась критической.


– Самой известной частью операции «Цитадель» стало танковое сражение под Прохоровкой 12 июля 1943 года. Действительно ли тогда столкнулись две «стальные лавины»?

– Кое-кто утверждает, что в битве принимали участие 850 советских и 800 немецких танков. Прохоровка, где якобы было уничтожено 400 танков вермахта, считается «кладбищем немецких танковых сил». Однако на самом деле в этом бою принимали участие 186 немецких и 672 советских танка. Красная армия потеряла при этом 235 танков, а немецкие войска – всего три!

unnamed (3)

– Как такое могло быть?

— Советские генералы сделали неправильно все, что только можно было сделать, потому что Сталин, ошибаясь в своих расчетах, очень поджимал их по срокам операции. Таким образом, «атака камикадзе» в исполнении 29-го танкового корпуса окончилась в незамеченной ловушке, устроенной ранее советскими войсками, за которой находились немецкие танки. Русские потеряли 172 из 219 танков. 118 из них были уничтожены полностью. Вечером того дня немецкие солдаты отбуксировали свои поврежденные танки в ремонт, а все поврежденные танки русских взорвали.

– Битва под Прохоровкой окончилась победой советских или немецких сил?

– Все зависит от того, с какой стороны на ситуацию посмотреть.


тактической точки зрения победили немецкие войска, а для советских этот бой обернулся преисподней. С оперативной точки зрения это был успех русских, потому что немецкое наступление было на время остановлено. Но вообще-то Красная Армия изначально планировала уничтожение двух танковых корпусов противника. Поэтому стратегически это тоже была неудача русских, так как под Прохоровкой планировалось развернуть Пятую гвардейскую танковую армию, которая впоследствии должна была играть главную роль в летнем наступлении.

– После высадки британских и американских войск на Сицилии Гитлер отозвал Второй танковый корпус СС с фронта, хотя невозможно было быстро перекинуть его на Сицилию. С точки зрения ведения боя это было совершенно бессмысленно, ведь передислокация танков на юг Италии заняла бы несколько недель. Почему Гитлер все же сделал это?

– Это было не военное, а политическое решение. Гитлер боялся краха своих итальянских союзников.

– Битва под Курском действительно стала переломным моментом Второй мировой войны?

— Нет.

unnamed (4)

– Почему нет?

– Ни Курск, ни Сталинград не стали переломными моментами. Все было решено еще зимой 1941 года в битве под Москвой, окончившейся крахом блицкрига. В затяжной войне у Третьего рейха, испытывавшего, в частности, нехватку горючего, не было шансов против Советского Союза, который к тому же получал поддержку от США и Великобритании. Даже если бы Германия победила в Курской битве, она бы не смогла предотвратить собственного поражения во всей войне.


– Своими исследованиями Вы уже развеяли несколько мифов о Курской битве, господствовавших в бывшем Советском Союзе. Почему именно об этом сражении было сложено так много легенд?

– В советской историографии Курской битве, «величайшему сражению всех времен», поначалу отводилась на удивление незначительная роль. Потому что ошибки, допущенные советским командованием в ходе нее, были просто позорными, а потери ужасающими. По этой причине правду впоследствии подменили мифами.

unnamed (5)

– Как Ваши российские коллеги оценивают Курскую битву сегодня? По-прежнему ли в России доминируют легенды на этот счет? И изменилось ли что-нибудь в восприятии этого вопроса в в эпоху Путина по сравнению с временами Ельцина?

– В последние годы появилось несколько критических публикаций. Автор одной из них, Валерий Замулин, подтвердил огромные потери советских сил под Прохоровкой. Другой автор, Борис Соколов, указал на то, что официальные данные о потерях были сильно занижены. Российский президент Владимир Путин потребовал, впрочем, чтобы российские историки создавали положительный образ Красной Армии. С тех пор эти коллеги, как мне рассказывали источники в Москве, вынуждены «раздваиваться» между «правдой и честью».

© Свен Феликс Келлерхофф для Die Welt (Германия)

andreistp.livejournal.com

Для меня вся Курская битва, почему-то сконцентрирована вот в этих двух известных фотографиях:


Потери в курской битве с обеих сторон
Потери в курской битве с обеих сторон

Итоги Курской битвы и Прохоровского сражения. Потери сторон.

Сразу надо оговориться, в данной статье не подвергается сомнению результат Курской оборонительной операции и Прохоровского сражения. Операция «Цитадель», задуманная германским командованием, как «главный» удар на Восточном фронте в 1943 г., и имевшая целью окружить и разгромить полуторамиллионную группировку советских войск потерпела полный крах в результате в целом успешных действий наших войск. Речь идет о более реалистичных оценках контрудара 5-й гв. ТА 12 июля 1943 г. Завышенная роль контрудара командованием фронта и армии привела к тому, что практически недельные бои в районе станции Прохоровка в массовом сознании ассоциируются именно с контрударом 5-й гв.ТА. Этот стереотип неправомерен, а главное несправедлив по отношению к усилиям солдат и офицеров других армий, которые вели тяжелейшие бои в этом районе на протяжении нескольких дней июля 1943 г.

«Подлил масла в огонь» и бывший командующий 5-й гв.


П.А. Ротмистров.
Мало того, что оказывается в его мемуарах не отражена реальная картина боев 12 июля, завышено количество бронетехники противника, искажено общее течение событий, так еще и сделаны неправильные выводы из «побоища на танковом поле». Уж в угоду чему или кому была принесена историческая правда — об этом каждый читатель может догадаться сам. В данном случае мы по прошествии 65-ти лет, не вправе давать оценку правильности или неправильности действий Н.Ф. Ватутина, П.А. Ротмистрова, Н.С. Хрущева, М.А. Василевского и других советских военачальников принимавших те или иные решения в ходе Курской битвы. Мы можем обратиться к фактам, а вывод будет делать каждый сам. Итак, что же мы имеем?

Курскую оборонительную операцию на Южном фасе Курского выступа, условно можно разделить на три этапа.

ПЕРВЫЙ ЭТАП — войска Воронежского фронта отражают наступление ударной группировки ГА «Юг», наносящей главный удар на обояньском направлении (4-я ТА) и вспомогательный на корочанском (АГ «Кемпф»). Причем, вследствие превосходства противника в силах и средствах на направлениях главных ударов, ошибок советского руководства в определении направления этих ударов и оценки потенциала ударных группировок противника наступление немцев в пределах тактической зоны обороны, несмотря на ввод в сражение фронтовых резервов, остановить не удалось. Уже через 2 дня — 7 июля противник подошел к тыловому (третьему) рубежу обороны 6-й гв.


Только ожесточенное сопротивление 1-й ТА и постоянные контратаки по правому флангу ударной группировки не позволили противнику прорвать сходу тыловой оборонительный рубеж в направлении на Прохоровку. Ставка потребовала остановить стремительное продвижение противника на рубеже реки Псел, Н.Ф. Ватутин с целью захвата инициативы в свои руки, принимает решение о нанесении по правому флангу вклинившейся группировки контрудара силами 4-х танковых корпусов. Хотя контрудар 8 июля успеха не имел, он серьезно приостановил продвижение противника, и было выиграно время для усиления угрожаемого направления за счет маневра с неатакованных участков фронта и выдвижения резервов из глубины. И к 9 июля войска 6-й и 7-й гв. армий, 69-й и 1-й танковой армий в основном приостановили продвижение немцев на обоих направлениях. Противник понес серьезные потери и не смог отсечь Курскую дугу до подхода стратегических резервов Ставки. Продолжительность первого этапа 5 суток — с 5 по 9 июля.

ВТОРОЙ ЭТАП — войска противоборствующих сторон напрягают все силы, чтобы добиться перелома в обстановке в свою пользу. С 10 июля противник наращивает усилия на прохоровском направлении, рассчитывая разгромить наши подходящие резервы ударами двух танковых корпусов по сходящимся направлениям и наконец вырваться на оперативный простор. Цель советских войск — нанести максимальные потери противнику, окончательно остановить его и создать условия для его разгрома.


агодаря принятым мерам и отчаянному сопротивлению советских войск немцы за два дня — 10 и 11 июля — продвинулись всего на 5-7км. У Ватутина и Василевского создалось впечатление, что противник выдыхается. Решено было, что коренного перелома в развитии сражения можно достигнуть только мощным контрударом войск фронта, усиленных за счет стратегических резервов. В сражение были введены две армии, которые вообще-то предназначались для перехода в контрнаступление в момент, когда противник окончательно исчерпает свои силы. 12 июля 1943 года юго-западнее Прохоровки произошел бой между основными силами 5-й гв. ТА и 2-го ТК СС, который и получил название «Прохоровское встречное танковое сражение». Контрудар по ряду причин своей цели не достиг, перехватить инициативу не удалось, что серьезно осложнило дальнейшие действия фронта. Бои под Прохоровкой приняли затяжной характер и продолжались вплоть до 16 июля. Этот этап получил название Прохоровского сражения, и продолжался без малого неделю — с 10 по 16 июля.

ТРЕТИЙ ЭТАП — начался 17 июля и заключался в том, что после того, как немецкое командование окончательно убедилось в крахе операции «Цитадель» и начало отвод войск, советские войска перешли к преследованию отступающего противника. Одиннадцать дней немцы «прогрызали» нашу оборону, примерно столько же потребовалось нашим войскам для того, чтобы отбросить их на исходный рубеж. Преследование превратилось в «выдавливание». Оборонительная операция завершилась выходом наших войск на рубежи, занимаемые ими до 5 июля.


КОНТРУДАР 12 ИЮЛЯ

С легкой руки бывшего командующего 5-й гв. ТА, нанесение контрудара его армией 12 июля 1943 года, получило название «Прохоровское встречное танковое сражение». Описание данное П.А. Ротмистровым кочует из одной книги в другую, и никто не задумывается почему контрудар превратился в это самое «встречное сражение». Впервые вопрос о правомерности такого названия боя 5-й гв. ТА и 2-го ТК СС был задан Ротмистрову еще в 1963 г., когда отмечалось 20-летие Курской битвы. Редакция «Военно-исторического журнала» обратилась к прославленному военачальнику с вопросом, а не являлось ли «встречное сражение» незавершенным контрударом. П.А. Ротмистров ушел от прямого ответа.

Подмена определения «контрудар» на «встречное сражение» неслучайна. Это позволило уйти от рассмотрения задач, поставленных армии, от выяснения причин их невыполнения и огромных потерь. Одно дело столкновение «лоб в лоб» двух танковых лавин — другое дело лобовая атака на неподавленную оборону противника. Немцы действительно наступали, но где? На флангах 5-й гв. ТА, а в центре дивизии 2-го ТК СС временно перешли к обороне — они ждали атаки наших танков. Противник не дал нашим танкистам навязать ближний бой. Немцы максимально использовали свое преимущество в танковом вооружении, на дальней дистанции расстреливая наши танки огнем с места. Только во второй половине дня, после того как Хауссер понял, что дивизия СС «Лейбштандарте Адольф Гитлер» выдержала удар советских танков, начались контратаки , в ходе которых возникали встречные бои танковых подразделений — особенно на одном участке боя, на фланге 18-го ТК.


Есть все основания предполагать, что контрудар был нанесен преждевременно. Противник к 12 июля отнюдь не исчерпал свои силы. Советское командование серьезно недооценило силы и боевые возможности элитных дивизий СС. По донесениям наших частей уже к 9 июля было выведено из строя 2460 танков и штурмовых орудий! Разведка абсолютно не учла большие возможности противника по восстановлению поврежденной бронетехники. В целом, несмотря на действительно большие потери, ударная группировка противника к 12 июля представляла из себя серьезную силу, сохранив свои наступательные возможности.

С другой стороны наше командование переоценило возможности своих войск. Получив 2 свежие армии, из них одну танковую командование фронта было загипнотизировано действительно большим потенциалом этих соединений. Напомним, что с учетом переданных в ее подчинение 2-го гв. и 2-го ТК, 5-я гв. ТА насчитывала более 900 танков и САУ, а личного состава в двух армиях было около 120 000 человек. Но при этом совершенно не учли возможности немцев по созданию в кратчайшие сроки сильной противотанковой обороны и качественное превосходство в бронетехнике.

Не будем никого обвинять. Гораздо более важный вопрос — почему контрудар на главном направлении вылился в лобовое столкновение с наиболее сильной группировкой противника и почему он не достиг своей цели?

Удар во фланг наступающей группировки немцев, сулил большие перспективы — в случае прорыва обороны 167-й ПД противника, оборонявшейся на фронте в 17-18км, танки 5-й гв. ТА выходили в тыл 4-й ТА Гота. Получив задачу на нанесение контрудара, П.А. Ротмистров назначил рекогносцировку на 3:00 11 июля в районе Шахово, именно перед фронтом немецкой167-й ПД. Командующий 5-й гв. ТА прекрасно понимал, что здесь есть шанс глубокого прорыва. Но в свою очередь при нанесении удара на этом участке, 5-я гв. ТА подставляла свой фланг и тыл под удар 3-го ТК АГ «Кемпф», силы которого были преувеличены нашей разведкой. Ставка ВГК просто решила не рисковать и не уводить танковую армию с угрожаемого направления. Стратегически это было верно, но были упущены тактические и оперативные выгоды, хоть и связанные со значительным риском.

Оставался единственный вариант — нанесение контрудара в коридоре между заболоченной поймой реки Псел и глубокими балками в районе Ямки и Сторожевое. Наше командование посчитало, что на этом направлении можно создать многократное превосходство в танках. Решили проломить боевой порядок 2-го ТК СС танковым тараном. Для этого П.А. Ротмистров включил в первый эшелон оперативного построения своей армии три танковых корпуса из четырех. Но и противник, к сожалению, ожидал удара резервов русских именно здесь. В итоге удар пришелся не по слабому флангу, а по наиболее плотной группировке 2-го ТК СС — более двух танковых дивизий в полосе всего 10км. Советские танки на направлении главного удара (29-й и 18-й ТК) так и не смогли вырваться из узкого дефиле шириной 5-6км. Это не позволило в полной мере использовать преимущество наших боевых машин в подвижности и маневренности и привело к излишним потерям от огня артиллерии и ударов авиации противника.

Длительное время продолжались споры о количестве танков, принявших участие в боевых действиях в районе Прохоровки 12 июля 1943 года. Цифры озвученные П.А. Ротмистровым (1500 танков и САУ), всегда вызывали сомнение. Однако легенда оказалась чрезвычайно живучей и это количество кочует из источника в источник уже много лет. В книге «Ватутин», изданной в 2001 г. говорится, что в знаменитом танковом сражении под Прохоровкой сошлись в бою уже около 2000 танков. В советской военной энциклопедии 1978 года, названа меньшая цифра — 1200 танков и САУ. Так сколько же единиц бронетехники сошлись в схватке 12 июля 1943г. у станции Прохоровка?

Итак, 12 июля немцы попытались разгромить подошедшую крупную танковую группировку русских путем охвата ее флангов с одновременным отражением контрудара в центре. С их стороны в боях приняли участие 2 танковых корпуса, всего 6 танковых и 2 пехотных дивизии. Войска Воронежского фронта наносили мощный рассекающий удар всеми силами 5-й гв. ТА (4 ТК и 1 МК) по танковому корпусу СС с одновременными ударами других армий по флангам вклинившейся группировки. В отражении ударов немцев на флангах приняли участие по одному СК от 5-й гв. и 69-й армий, позже к ним присоединились подразделения 5-го гв. МК.

В результате боевые действия на прохоровском направлении приняли характер встречного сражения, где каждая из сторон стремилась выполнить поставленные задачи с помощью наступления. Но развернулось оно не на «танковом поле» шириной 4-5км, а в полосе 35 км, на местности радиусом примерно 20км от Прохоровки. Боевые действия велись в трех районах.

В первом районе, юго-западнее Прохоровки наступали 3 наших танковых корпуса 5-й гв. ТА и 2-й ТК приданный ей. Непосредственно в бою 12 июля приняли участие 513 боевых машин этих корпусов. Им противостояли в основном части ТД СС «ЛАГ» и «Райх», а также часть сил ТД СС «МГ», имевшие в своем составе порядка 200-210 танков и штурмовых орудий, и до 40 САУ «Мардер». Таким образом в этом районе с обеих сторон участвовало порядка 750 единиц бронетехники. В первой половине дня немцы в основном отражали атаки наших танковых корпусов, а затем сами перешли к активным действиям. В результате больших потерь обе стороны к исходу дня перешли к обороне.

Во втором районе прорвавшиеся к селу Ржавец танки и пехота 3-го ТК противника пытались развить наступление в направлении Прохоровки. В своем составе дивизии 3-го ТК имели не менее 130 танков и штурмовых орудий и около 20 САУ «Мардер». Им противостояли соединения советского 48-го СК, вынужденные отражать атаки и с запада и с востока одновременно. Сводный отряд генерала Труфанова (168 танков и САУ) во второй половине дня 12 июля и на следующий день пытался отбросить противника в южном направлении, но в связи с потерями перешел к обороне.

В третьем районе — излучине реки Псел против 11-й гв. МСБр и 52-й и 95-й гв. СД, не имевших танков, перешли в наступление основные силы ТД СС «МГ» — не менее 80 танков и штурмовых орудий. Соединения армии Жадова понесли серьезные потери, но не допустили выход противника в тыл 5-й гв. ТА.

Всего, таким образом, 12 июля 1943 года в боях на прохоровском направлении участвовало не более 1100 танков и самоходных орудий: с нашей стороны — 670, со стороны противника — 420. С учетом САУ «Мардер» (около 70 ед.) порядка 1200.

Сколько же танков и САУ сошлись в бою на «танковом поле»? На этом участке шириной 4-5км, в отражении атак наших танковых корпусов участвовало до полутора танковых дивизий противника (ТД СС «ЛАГ» полностью, ТД СС «Райх» и «МГ» частью сил, всего около 160 танков и САУ). С нашей стороны — соединения 18-го ТК (без 38 танков 110-й ТБр третьего эшелона) и 29-го ТК (без 69 танков 25-й ТБр, наступавшей восточнее железной дороги), всего 261 танк и САУ. С учетом этого на «танковом поле» 12 июля участвовало с обеих сторон максимум 420 танков и САУ, а с учетом САУ «Мардер» до 470, не более.

Главным итогом боев 12 июля 1943г. для советских войск явился срыв планов немецкого командования по разгрому резервов Воронежского фронта и прорыву третьего оборонительного рубежа. Это было достигнуто благодаря упорству и самоотверженным действиям танкистов 18-го и 29-го ТК, отряда генерала Труфанова, солдат и офицеров 5-й гв. и 69-й армий.

ПОТЕРИ СССР В БРОНЕТЕХНИКЕ

Каждая из сторон стремиться минимизировать свои потери и преувеличить потери противника. Верить боевым донесениям ни наших частей и соединений ни немецких нельзя.

Попробуем сначала разобраться с потерями советских войск в бронетехнике. Многих документов о потерях обнаружить до сих пор не удалось, а имеющиеся полны противоречий и неточностей. Нет полных данных и за 12 июля. Сначала, видимо, уточняли — не очень хотелось докладывать «наверх» итоговые цифры потерь. Наконец Василевский доложил Сталину, но за 2 дня боев, и то в процентах. В донесении 5-й гв. ТА о состоянии, потерях и трофеях безвозвратные потери армии даются за пять дней боев — с 12 по 16 июля — 334 танка и САУ.

Существуют абсолютно различные (отличающиеся в разы!) цифры потерь 5-й гв. ТА в боях 12 июля 1943г. Приведем наиболее обоснованные, по возможности конечно.

В журнале боевых действий названа цифра потерь за 12 июля — 299 танков, но без указания безвозвратных потерь и разбивки по корпусам. В одной из работ по боям в районе Прохоровки озвучена другая цифра — 335 танков и САУ безвозвратно, в том числе 199 в течение 12 июля и 136 на следующий день.

В книге «Курская дуга» приводятся следующие данные по 18-му и 29-му ТК и отряду генерала Труфанова. Из 503 танков и 21 САУ, принявших участие в бою 12 июля, на поле боя остались 334 танка и 19 САУ, в 18-м ТК был эвакуирован 21 танк. В том числе в отряде генерала Труфанова из 100 танков и САУ (не все танки этого отряда участвовали в бою 12 июля) на поле боя осталось 37, безвозвратные потери — 29 машин. Согласно приведенным авторами данным, было подбито и уничтожено — 374 танка и САУ, из них не подлежали восстановлению — 213 ( 18-й ТК — 30, 29-й ТК — 154). Но авторы книги не учли потери 2-го и 2-го гв. ТК — они ведь тоже участвовали в бою 12 июля. Кроме того, вызывают сомнения цифры безвозвратных потерь 29-го ТК — они слишком велики.

В 2002 г. историк В.Н. Замулин опубликовал данные о количестве танков и САУ, участвовавших в боях 12 июля в районе Прохоровки, и потерях 5-й гв. ТА, основанные на донесениях танковых частей и соединений в ходе боя и сразу после него. По его данным из 609 танков и САУ, участвовавших в бою, армия Ротмистрова потеряла сгоревшими и подбитыми 348, из них 203 танка и САУ безвозвратно.

Л.Лопуховский в книге «Прохоровка без грифа секретности» на основе большого количества документов, вывел цифру общих потерь 5-й гв. ТА с учетом ВСЕХ частей и соединений входивших, или приданных ей. По его данным общие потери армии в танках и САУ за 12 июля составили 382 единицы, из них безвозвратно — 220-235.

Согласно донесениям частей и соединений, безвозвратные потери армии (с учетом 11-й и 12-й МБр 5-го гв. МК), составили 223 единицы. Немцы, которые контролировали поле боя, хотя бы и визуально насчитали 244 подбитых советских танка (по другим данным 249).

В последней редакции Военной энциклопедии приведена цифра потерь армии Ротмистрова — 350 танков и САУ. Причем 5-я гв. ТА потеряла безвозвратно 70% бронетехники, по отношению к общим потерям. Столь значительная диспропорция объясняется тем, что специальные команды противника взрывали наши подбитые машины, оставшиеся на контролируемой им территории.

Что касается безвозвратных потерь войск Воронежского фронта в бронетехнике за весь период оборонительной операции — здесь также нет единства. Приведем наиболее известные цифры.

По справке о потерях Воронежского фронта в бронетехнике штаба БТ и МВ КА, в период с 5 по 20 июля фронт потерял безвозвратно 1254 танка, из 2924 имевшихся в его распоряжении (2924 — цифра учитывает все вновь прибывшие в его состав танковые части).

По докладу начальника штаба фронта потери составили 1571 танк и САУ (из них подбито 834). Надо сказать, что цифра безвозвратно уничтоженных советских танков поведанная Ставке в докладе начштаба фронта (1571-834=737), даже на 1943г. вызывала недоверие. Видимо, в Ставку подавались заведомо заниженные цифры (под предлогом, что еще не все «посчитано», а в Генштаб более точные). И.В. Сталин такого отношения не терпел, и Н.Ф. Ватутин приказом Ставки от 11.11.1943г. был предупрежден, что в случае попыток предоставления неточных сведений он будет привлечен к строжайшей ответственности, начальник штаба фронта С.П. Иванов этим же приказом был снят с должности.

Манштейн назвал цифру 1800 уничтоженных советских танков, однако наши генералы тоже заявляли о более чем 2400 подбитых и уничтоженных танков противника уже к 9 июля. Так, что цифра 1800 плод фантазии господина Манштейна.

Наиболее обоснованной кажется цифра штаба БТ и МВ — 1254 боевых машин потерянных безвозвратно с 4 по 23 июля 1943г. Но возможно она была еще выше и приближалась к 1500 единицам.

ПОТЕРИ ПРОТИВНИКА В БРОНЕТЕХНИКЕ

Споры о количестве уничтоженных танков противника в ходе операции и Прохоровского сражения и о том, как соотносятся потери сторон, продолжаются вот уже более 60-ти лет.

Дело в том, что немецкая сторона до сих пор не опубликовала официальных данных о суммарных потерях бронетехники в отдельных операциях и в ходе Второй мировой войны (как впрочем нет и официальных данных по людским потерям). Существуют выкладки и расчеты отдельных исследователей и историков. При этом всеми авторами отмечаются сложности в решении этого вопроса. Связано это как с особенностями учета потерь в бронетехнике немцами, так и с отсутствием или противоречивостью некоторых архивных документов. В вермахте в потери (по советской терминологии — безвозвратные) включались только машины полностью разрушенные, оставленные на территории занятой противником и отправленные для восстановления в Германию. Остальные поврежденные машины продолжали числиться в частях и в отчетных документах проходят по графам краткосрочного (менее 3-х недель) и долгосрочного ремонта.

Большинство исследователей оперируют только цифрами безвозвратных потерь. По данным Цеттерлинга и Франксона, основанных на документах военного архива ФРГ, безвозвратные потери ГА «Юг» с 5 по 17 июля составили 172 танка и 18 штурмовых орудий, всего 190. По их данным, ГА «Юг» с 5 по 31 июля потеряла 211 танков основных типов (154 уничтожено, 57 отправлены в Германию). Однако, сравнение этих данных с общей убылью бронетехники ГА «Юг» за июль вызывает сомнения в их достоверности.

А.С. Томзов, лично побывавший в федеральном военном архиве ФРГ и ознакомившийся с донесениями различных немецких инстанций в течение июля 1943г., оценивает безвозвратные потери войск Манштейна в бронетехнике в 290 единиц за время проведения операции «Цитадель» то есть только с 5 по 17 июля. Особенностью учета потерь в вермахте было значительное количество списанной в безвозвратные потери бронетехники задним числом. Именно это учел в своем исследовании А.С. Томзов.

До настоящего времени при подсчете сил и средств сторон и потерь в бронетехнике почему-то учитывали только танки и штурмовые орудия немцев, забывая об их противотанковых САУ «Мардер» и САУ артиллерийской поддержки «Грилле», что совершенно справедливо отметил А.С. Томзов. По своим показателям они во многом превосходили советские СУ-76 и СУ-122. К 18 июля 2-й ТК СС потерял 7 САУ «Мардер», 3-й ТК потерял в июле 9 САУ. Общие потери ГА «Юг» в противотанковых САУ за июль около 24 штук (только 48-й ТК — безвозвратно 8). В ходе Прохоровского сражения с 10 по 16 июля противник потерял примерно 11 САУ (2-й ТК СС — 5, 3-й ТК — 6).

Потери танковых корпусов ГА «Юг» распределились следующим образом: 48-й ТК — 53 (без учета «Пантер» понесших наиболее сильные потери — 80ед.), то есть 13% своего состава; 2-й ТК СС — 48 (10%), 3-й ТК — 105 (28%) и АК «Раус» — 10 штурмовых орудий (23%). При этом наименьшие потери понес корпус Хауссера действовавший на направлении главного удара 4-й ТА Гота при массированной авиаподдержке. А наибольшие 3-й ТК дважды форсировавший Северский Донец и «вязший» в обороне стрелковых дивизий 69-й А. Его 19-я ТД потеряла 34 танка — 40% своего состава.

Все вышеперечисленные данные привязаны к 17 июля — дате окончания операции «Цитадель», однако бои продолжались и после 17 числа, при этом немцы также несли серьезные потери.

Попытаемся вывести итог. Во всех танковых корпусах группы армий «Юг» на 1 августа были боеспособны 511 танков и штурмовых орудий (без учета 503-го ОТБ «Тигров», 10-й «Пантербригады» и штурмовых орудий АК «Раус», данные о которых Цеттерлинг «почему-то» не включил в свои расчеты), еще 421 танк и штурмовое орудие находились в ремонте. То есть боеспособными были всего 55% машин от общего количества оставшейся бронетехники.

Если исходить из первоначальной численности бронетехники трех корпусов ГА «Юг» (1155) убыль за июль составила 223 единицы. А вот с учетом потерь только по 18 июля 503-го ОТБ (7 «Тигров»), 10-й «Пантербригады» (80 «пантер») и АК «Раус» (10 штурмовых орудий) реальная убыль в бронетехнике ГА «Юг» превысит 320 единиц. Поэтому данные Цеттерлинга и Франксона кажутся заниженными.

Вывод напрашивается один: безвозвратные потери ГА «Юг» в бронетехнике значительно превышают известные по трудам западных специалистов и составляют минимально, в операции «Цитадель» — 290, за июль месяц — 320 (с учетом САУ — порядка 350).

И это только безвозвратные потери. Но число подбитых танков, штурмовых орудий, САУ обычно значительно превышает количество уничтоженных. Не приняв в расчет этого факта, нельзя понять то, что потеряв безвозвратно к исходу 10 июля всего 19 единиц бронетехники 2-й ТК СС, на 11 июля насчитывал всего 273 боеспособных танка и штурмовых орудия (из 494 на 5 июля). Не имея данных об изменении ремфонда немецких танковых соединений нельзя оценить результаты боев. Ведь техника эвакуированная для долгосрочного ремонта по сути выведена из строя на время проведения операции, а то и всей летней кампании. Как провести грань между танком отправленным в Германию, или в ремонтные мастерские ГА «Юг» в Днепропетровск или Харьков? В немецких документах неоднократно описаны случаи перевода боевой машины из категории требующей краткосрочного ремонта, в категорию долгосрочного ремонта, а затем списания в безвозвратные потери задним числом или отправки в Германию на капремонт. Не случайно в отношении подбитых и уничтоженных немецких боевых машин существуют только расчетные цифры.

Так генерал Хейнрици, утверждает, что несмотря на небольшие разночтения 4-я ТА Гота в ходе операции «Цитадель» потеряла до 60% танков и штурмовых орудий, из них 15-20% не подлежали восстановлению. Это составит для нее 629 единиц бронетехники, из которых 20% (126) подлежат списанию. АГ «Кемпф» потеряла 336 бронеединиц, из них 67 (20%) безвозвратно, а 9-я армия Моделя 647 и 130 соответственно. Получается общие потери ГА «Юг» составили 193 единицы бронетехники безвозвратно. Всего по данным Хейнрици немецкие войска потеряли в ходе операции «Цитадель» 1612 танков и штурмовых орудий, из них 323 уничтоженными. С учетом того, что реальная убыль была много выше, не 193, а 290 единиц — потери обеих групп армий составят около 420 бронеединиц.

Столь малая доля безвозвратных потерь немецкой бронетехники (20%) относительно весьма больших общих потерь говорит, с одной стороны о высокой бронезащищенности немецких боевых машин и хорошей работе ремонтных подразделений, с другой — о том, что наши войска не всегда принимали меры по гарантированному уничтожению подбитых танков и САУ противника.

Если принять минимальную цифру безвозвратных потерь ГА «Юг» — 290 единиц, то окажется, что потери войск Манштейна, с учетом отношения выведенного Хейнрици, составят 1580 единиц. То есть в ходе операции «Цитадель» каждый (!) танк и САУ противника был поврежден не менее одного раза.

Лишнее доказательство этому, проведенное Научно-исследовательским центром армии США в 1995-1997 годах исследование, на основании советских и немецких архивных документов. Особенно хорошо американцы разобрались с немецкими потерями, так как в их распоряжении имелось большое количество трофейных документов вермахта и войск СС. Кроме, того всплыли интересные факты. Например, что во 2-м ТК СС имелось еще 66 трофейных танков, из них минимум 26 Т-34, а в 48-м ТК на 4 июля числилось 22 трофейных французских танков. Американцы также высчитали средний процент повреждений танков «Тигр» в ТД СС «МГ» в ходе операции — 190,9%. Это значит, что каждый «Тигр» подбивался нашими войсками минимум дважды и после ремонта снова шел в бой. Действительно, к исходу 13 июля все 10 танков «Тигр» имевшихся в этой дивизии были выведены из строя.

А сколько же бронетехники потерял 2-й ТК СС в бою 12 июля и сколько безвозвратно? По данным основанным на ежедневных сводках, в течение 12 июля корпус потерял 130 танков и 23 САУ, всего 153 единицы. Соединения ГА «Юг» в этот день потеряли безвозвратно 55 танков и 3 САУ. Эти общие потери подтверждает и Фризер, но почему-то делает вывод, что 2-й ТК СС в этот день безвозвратно потерял всего 3 танка.

Немецкий историк Й. Энгельманн утверждает: во 2-м ТК СС на 13 июля в строю оставались 131 танк и САУ, в 48-м — 199, в 3-м ТК на 15 июля — 69. Убыль по 2-му ТК СС по сравнению с 11 июля (294) — 163 танка и САУ.

Хейнрици дает несколько другие данные о наличии боеспособной техники — на 13 июля во 2-м ТК СС в строю осталось 157 танков и САУ и 11 трофейных Т-34. В таком случае число боеспособных танков и САУ во 2-м ТК СС уменьшилось на 126 единиц. Но это без учета того, что количество танков в ТД СС «Райх» даже увеличилось на 15 штук, а число штурмовых орудий в ТД СС «ЛАГ» увеличилось на 10 единиц. С учетом этого убыль будет все равно около 150 единиц.

Генерал-майор Бундесвера Дитер Бранд, утверждает, что в результате боя 12 июля только в танковых дивизиях СС «ЛАГ» и «Райх» было подбито 108 танков и САУ, из них отправлено в долгосрочный ремонт 41, в краткосрочный — 67.

Таким образом, количество получивших повреждения в бою 12 июля танков и САУ 2-го ТК СС составляет скорее всего около 150 штук (52% от имевшихся на 11 июля). Косвенно это подтверждается данными нашей разведки, по данным которой с поля боя в ночь с 13 на 14 июля немцы эвакуировали около 200 танков. Наверное, они не только советские танки вытаскивали?

Безвозвратные потери были гораздо меньше, и составили учитывая характер боя порядка 15% от общих, то есть примерно 20 танков и 2-3 противотанковых САУ. Дивизии 3-го ТК потеряли в этот день безвозвратно 23-25 танков и 3-5 САУ. Оба корпуса не менее 45-50 танков и САУ.

На основании вышеизложенного, приходим к неутешительному выводу: 5-я гв. ТА в бою 12 июля 1943г. под Прохоровкой потеряла примерно в 2,5 раза больше танков и САУ, чем противник. Такова цена самоубийственной атаки на неподавленную оборону противника, насыщенную ПТС и усиленную танками и штурмовыми орудиями. Соотношение безвозвратных потерь еще более удручающее 6:1 не в нашу пользу. Соотношение безвозвратных потерь в ходе всей оборонительной операции составило 4:1 не в нашу пользу. На фоне соотношения безвозвратных потерь, соотношение общих потерь бронетехники просто отличное: примерно 1,6:1.

ПОТЕРИ СТОРОН В ЖИВОЙ СИЛЕ

Потери войск Воронежского фронта
За вечными спорами о соотношении и количестве потерь в бронетехнике — забывается самое главное, потери в людях, усилиями которых была добыта победа. А это несравненно более важный вопрос, чем количество подбитых и сгоревших танков.

Итак, попробуем привести данные из различных источников. Право судить опять предоставим читателю. На этот раз обойдемся без выводов — просто факты.

По данным авторов книги «Гриф секретности снят» потери Воронежского фронта с 5 по 23. 07. 1943г. составили: безвозвратные — 27 542 человека, санитарные — 46 350, общие — 73892. Потери Степного фронта с 9 по 23.07.1943: безвозвратные — 27452, санитарные — 42 606, общие — 70 058. В общем, по двум фронтам — 143 950 человек.

По докладу штабов фронтов. Воронежский фронт: с 4 по 22 июля — безвозвратные 46 505 ( в том числе убитых — 20 578, пропало без вести — 25 898) человек, санитарные — 54 427. Общие — 100 932 человека. Степной фронт: с 20 по 31 июля — безвозвратные 8657 человек ( в том числе убитыми — 6167, пропавшими без вести — 2490), санитарные — 34340. Общие — 45 023. Итого по двум фронтам: 145 955. Всего за июль оба фронта потеряли 179 000 человек.

Итоговые цифры не намного отличаются друг от друга. Хотя коллектив авторов книги «Гриф секретности снят» неправомерно отнес потери 5-й гв А и 5-й гв. ТА к потерям Степного фронта, хотя уже с 9 июля обе эти армии входили в состав Воронежского фронта. Этот факт, казалось бы незначительный, на самом деле, имеет большое значение. Одно дело потери Воронежского фронта в оборонительной операции составили 73 892 человека, совсем другое 100 932, это станет понятно когда мы увидим потери противника.

Потери Войск ГА «Юг»
Итак, Э. Манштейн приводит данные о том, что в ходе наступления 4-я ТА и АГ «Кемпф» потеряли всего 20 720 человек. Господин Манштейн опять лукавит. Потери его группировки были гораздо выше.

Всего по ГА «Юг» с 4 по 20 июля, даже по официальным немецким данным времен войны было убито — 5699 человек, ранено — 27334, пропало без вести — 1203. Всего 34 554. Однако, эти данные, приведенные в книге Цеттерлинга и Франксона, вызывают некие сомнения. Так в дивизии СС «Райх» по состоянию на 16.07 насчитывалось 2045 раненных военнослужащих, а это на 234 человека больше чем по данным шведских исследователей. То же самое по дивизии СС «МГ», в ней на 21 .07 насчитывалось раненых на 249 человек больше, всего — 2477. Так что с учетом только этих данных потери 2-го ТК СС с 5 по 20 июля составили не 8095 человек, а 8578.

Также в немецкой армии не учитывались потери железнодорожных и инженерных войск, отсутствуют данные о небоевых потерях, в том числе «хиви».

А вот статистика по июлю месяцу немного другая, ведь войскам Манштейна еще надо было «унести ноги» — общие потери ГА «Юг» за июль 1943г. составили 85 787 человек. Что соотносится с потерями войск Воронежского и Степного фронтов как 2,08:1.

Несколько слов о судьбе элитных танковых дивизий СС «Лейбштанадарте Адольф Гитлер», «Мертвая голова» и «Райх». В начале 1945г. все три дивизии участвовали в боях с Красной Армией в Венгрии. В апреле они были разгромлены на венском направлении. В американскую зону оккупации пробились до батальона мотопехоты и несколько танков дивизии «ЛАГ» и жалкие остатки (около 250 человек) дивизии «Райх». К американцам также пробились около 1000 человек и 6 танков дивизии «МГ». Пленные из этой дивизии, воевавшей только на Восточном фронте, были переданы советской стороне. Многие из них были казнены, как военные преступники.

Источники всей серии статей по Курской дуге:

Источники: Г. Колтунов, Б. Соловьев «Курская битва» М. Воениздат 1970.
М. Коломиец, М. Свирин. «Курская дуга». 1998
Военная энциклопедия Т.7 М. Воениздат 2003.
Л. Лопуховский «Прохоровка без грифа секретности» М. ЭКСМО 2005.
А. Томзов. «Потери бронетехники ГА «Юг» в Курской битве» М. Яуза 2007.
Н. Замулин. «Прохоровское сражение» М. Яуза 2007г.
Engelmann Y. Zitadelle. “Die Panzerschlacht im Osten, 1943”. Frriedberg 1980.
Zetterling. N. and Frankson A. “Kursk 1943. A Statistical Analisys” London, 2000.
Brand D. “Vor 60 Jahren: Prochorowka” (Teil 2). Ostrreichische Militarische Zeitschrift. Ausgabe 62003.
Heinrici and Hauck. Zitadel (по D.V. Glantz and J.M. House «The Battle of Kursk»).

mihalchuk-1974.livejournal.com

Курская битва (5 июля — 23 августа 1943 года)

Начало боевого пути Уральского добровольческого танкового корпуса

     Поражение немецко-фашистской армии под Сталинградом зимой 1942-1943 года потрясло фашистский блок до основания. Впервые с начала Второй мировой войны перед гитлеровской Германией во всей его неотвратимости встал грозный призрак неизбежного поражения. Её военная мощь, моральный дух армии и населения были основательно подорваны, а престиж в глазах союзников серьезно поколеблён. Чтобы улучшить внутриполитическое положение Германии и предотвратить распад фашистской коалиции, гитлеровское командование решило летом 1943 года провести на центральном участке советско-германского фронта крупную наступательную операцию. Этим наступлением оно надеялось разгромить группировку советских войск, находившуюся на Курском выступе, снова овладеть стратегической инициативой и повернуть ход войны в свою пользу. К лету 1943 года обстановка на советско-германском фронте уже изменилась в пользу Советского Союза. К началу Курской битвы общее превосходство в силах и средствах было на стороне Красной армии: в людях в 1,1 раза, в артиллерии – в 1,7, в танках – в 1,4 и в боевых самолетах – в 2 раза.

     Курская битва занимает в Великой Отечественной войне особое место. Она продолжалась 50 дней и ночей, с 5 июля по 23 августа 1943 года. По своему ожесточению и упорству борьбы эта битва не имеет себе равных.

     Цель Вермахта: общий замысел германского командования сводился к тому, чтобы окружить и уничтожить оборонявшиеся в районе Курска войска Центрального и Воронежского фронтов. В случае успеха предполагалось расширить фронт наступления и вернуть стратегическую инициативу. Для реализации своих планов противник сосредоточил мощные ударные группировки, которые насчитывали свыше 900 тысяч человек, около 10 тысяч орудий и минометов, до 2700 танков и штурмовых орудий, около 2050 самолётов. Большие надежды возлагались на новейшие танки "Тигр" и "Пантера", штурмовые орудия "Фердинанд", самолёты-истребители "Фокке-Вульф-190-А" и штурмовики "Хейнкель-129".

     Цель Красной армии: советское командование решило сначала обескровить ударные группировки врага в оборонительных сражениях, а затем перейти в контрнаступление.

     Начавшаяся битва сразу же приняла грандиозный размах и носила крайне напряженный характер. Наши войска не дрогнули. Они встретили лавины танков и пехоты врага с невиданной стойкостью и мужеством. Наступление ударных группировок противника было приостановлено. Лишь ценой огромных потерь ему удалось на отдельных участках вклиниться в нашу оборону. На Центральном фронте — на 10-12 километров, на Воронежском — до 35 километров. Окончательно похоронило гитлеровскую операцию "Цитадель" крупнейшее за всю Вторую мировую войну встречное танковое сражение под Прохоровкой. Оно произошло 12 июля. В нем с обеих сторон одновременно участвовали 1200 танков и самоходных орудий. Это сражение выиграли советские воины. Фашисты, потеряв за день боя до 400 танков, вынуждены были отказаться от наступления.

Потери в курской битве с обеих сторон

Кадр из кинохроники времен Великой Отечественной войны. Курская битва. СССР, 1943 год.

     12 июля начался второй этап Курской битвы — контрнаступление советских войск. 5 августа советские войска освободили города Орёл и Белгород. Вечером 5 августа в честь этого крупного успеха в Москве впервые за два года войны был дан победный салют. С этого времени артиллерийские салюты постоянно возвещали о славных победах советского оружия. 23 августа был освобождён Харьков.

     Так завершилась битва на Курской огненной дуге. В ходе нее было разгромлено 30 отборных дивизий противника. Немецко-фашистские войска потеряли около 500 тысяч человек, 1500 танков, 3 тысяч орудий и 3700 самолетов. За мужество и героизм свыше 100 тысяч советских воинов, участников битвы на Огненной дуге, были награждены орденами и медалями. Битвой под Курском завершился коренной перелом в Великой Отечественной войне в пользу Красной армии.

               Потери в битве на Курской дуге.

Вид потерь

Красная армия

Вермахт

Соотношение

Личный состав

(общие)

860000

500000

1,7:1

Орудия и миномёты

5240

3000

1,7:1

Танки и САУ

6060

4657>

1,3:1

Самолёты

1630

3700

1:2,3

УДТК на Курской дуге. Орловская наступательная операция

     Боевое крещение в сражении на Курской дуге получил 30-й Уральский добровольческий танковый корпус, входящий в состав 4 танковой армии.

На 17 июля 1943 год материальная часть корпуса составляла:

танков Т-34 – 202 единицы, Т-70 — 7, бронемашин БА-64 — 68,

самоходных 122-мм орудий — 16, орудий 85-мм — 12,

установок М-13 — 8, орудий 76-мм — 24, орудий 45-мм — 32,

орудий 37-мм — 16, миномётов 120-мм — 42, миномётов 82-мм — 52.

     Армия, которой командовал генерал-лейтенант танковых войск Василий Михайлович Баданов, прибыла на Брянский фронт накануне начавшихся 5 июля 1943 года боев и в ходе контрнаступления советских войск была введена в бой на орловском направлении. Уральский добровольческий танковый корпус под командованием генерал-лейтенанта Георгия Семеновича Родина имел задачу: наступая из района Середичи на юг, перерезать коммуникации противника на линии Болхов — Хотынец, выйти в район села Злынь, а в дальнейшем оседлать железную и шоссейную дороги Орел — Брянск и отрезать пути отхода орловской группировки гитлеровцев на запад. И уральцы приказ выполнили.

     29 июля генерал-лейтенант Родин поставил задачу 197-й Свердловской и 243-й Молотовской танковым бригадам: форсировать реку Нугрь во взаимодействии с 30-й мотострелковой бригадой (мсбр), овладеть селом Борилово и далее наступать в направлении населенного пункта Вишневский. Село Борилово размещалось на высоком берегу и господствовало над окружающей местностью, а с колокольни церкви она просматривалась на несколько километров в окружности. Все это облегчало противнику ведение обороны и затрудняло действия наступающих подразделений корпуса. В 20:00 29 июля после 30-минутной артиллерийской подготовки и залпа гвардейских минометов две танковые мотострелковые бригады приступили к форсированию реки Нугрь. Под прикрытием танкового огня первой, как и на реке Орс, форсировала реку Нугрь рота старшего лейтенанта А. П. Николаева, захватив южную окраину села Борилово. К утру 30 июля батальон 30-й мсбр при поддержке танков, несмотря на упорное сопротивление противника, овладел селом Борилово. Здесь сосредоточились все подразделения Свердловской бригады 30-го УДТК. По приказу командира корпуса в 10:30 бригада начала наступление в направлении — высота 212,2. Штурм был тяжёлым. Закончила его введённая в бой 244-я Челябинская танковая бригада, находившаяся до этого в резерве 4-й армии.

Потери в курской битве с обеих сторон

Герой Советского Союза Александр Петрович Николаев, командир роты мотострелкового батальона 197-й гвардейской Свердловской танковой бригады. Из личного архива Н. А. Кирилловой.

     31 июля в освобождённом Борилове были похоронены геройски погибшие танкисты и автоматчики, в их числе командиры танковых батальонов: майор Чазов и капитан Иванов. Массовый героизм воинов корпуса, проявленный в боях с 27 по 29 июля, получил высокую оценку. Только в Свердловской бригаде 55 солдат, сержантов и офицеров были удостоены правительственных наград за эти бои. В бою за Борилово совершила подвиг свердловчанка санин­структор Анна Алексеевна Кванскова. Она спасала раненых и, заменяя выбывших из строя артиллеристов, подносила снаряды на огневые позиции. А. А. Кванскова была удостоена орде­на Красной Звезды, а впоследствии за проявленный героизм награждена орденами Славы III и II степеней.

Потери в курской битве с обеих сторон

Гвардии сержант Анна Алексеевна Кванскова оказывает помощь лейтенанту А. А. Лысину , 1944 год.

Фотография М. Инсарова, 1944 год. ЦДООСО. Ф.221. ОП.3.Д.1672

     Исключительная храбрость воинов-уральцев, их готовность не щадя жизни выполнять боевую задачу, вызывали восхищение. Но к нему примешивалась боль от понесенных потерь. Казалось, что они слишком велики по сравнению с достигнутыми результатами.

Потери в курской битве с обеих сторон

Колонна немецких военнопленных, захваченных в боях на орловском направлении, СССР, 1943 год.

Потери в курской битве с обеих сторон

Подбитая немецкая техника во время боёв на Курской дуге, СССР, 1943 год.

ugvim.ru

Потери в курской битве с обеих сторон

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.